В этой связи особый интерес вызывают сообщения клинописных источников о племени “лулуби”, проживавшего на территории Древнего Азербайджана. По месопотамским источникам, в середине II тыс. до н.э. на северо-востоке от Месопотамии проживали племена kuti, lulubi, su. По выводам Юсифа Юсифова, этноним lulubi принадлежал населению страны Аратта/Алатэй, близ озера Урмия (4). В историографии Азербайджана по поводу языковой принадлежности и происхождения лулубеев сложилось 2 мнения. Первое представлено Играром Алиевым; по нашему мнению, оно является консервативным, так как автор никак не хочет принять как должное тот факт, что тюрки изначально были автохтонами Древнего Азербайджана. Следует отметить, что его выводы непонятны, и из суждений автора прийти к какому-либо заключению невозможно. Например, по утверждению И.Алиева, “…можно предположить, что язык народа lulubi был родственен эламскому, но по этому поводу невозможно что-либо конкретно сказать” (5).

Второе мнение в отечественной историографии представлено Юсифом Юсифовым. Ученый считает, что версии о близости лулубейского языка с эламским, а последнего с касситским и хурритским безосновательны (6). И.Алиев считает, что в конце III тыс. до н.э. хурриты враждовали с лулубеями и за это нарекли последних “nullatum” (от слова nullu, т.е. варвар), и это слово перешло от Нузийских хурритов к аккадам (7). По его же мнению, урартское слово “lulu” (“враг”) также связано с этим понятием.

Однако здесь нельзя не увидеть противоречий, так как те же хурриты и урарты враждовали и с другими народами, но почему-то этим именем нарекли только лулубеев. Вместе с тем, из выводов ученого можно прийти к выводу, что lulubi – это иноназвание.

Ю.Юсифов отмечает, что Аратта, Луллубум и Су близ озера Урмия – это названия одной и той же страны. Автор считает, что в источниках корень слова (“lullu”) используется со словом с суффиксом bi/mi. По его замечанию, это было обобщающим названием для племен turukki и su, входивших в племенной союз lulbi. Но странно, что и Ю.Юсифов считает этот этноним иноназванием. Он пишет, что термин lulu использовался животноводами когда они направляли скот на пастбище или во время исполнения танцев, и как пример приводит наименование lulu, употребляемое в отношении цыган Средней Азии (8). Однако принимая во внимание сам факт воинственности лулубеев и их отношения с хурритами, нельзя думать, что носителей таких качеств можно было бы назвать “танцорами”, учитывая традиционное отношение к мужчине-танцору на Востоке. Не случайно таких называют “mutrub”, что дословно переводится как “человек легкого поведения” (9).

Сопоставление этнонима лулуби (в значении “танцор”) противоречт сравнению со смысловым значением Аран (“АР” - мужчина/человек/воин; “АН” – суф. мн. числа) (10). Отметим, что использование в тюркских этнонимах компонента “АР” (мужчина/человек/воин) широко распространено у всех тюрок. Например, az+er, bulg+ar (от слова “bulg/balik” [город] + “ar”, с общим значением “горожанин”), sabir/subar/suvar (+”T” – cуффикс обобщения). Полагаем, что обычай представляться “мужчиной” был распространен среди множества народов. Уместно было бы вспомнить такой случай. Когда в конце XIX в. в Калифорнии “бледнолицые” схватили индейца, он назвался “иши” (сравните с тюркским “киши/мужчина”) (11). Или же, например, когда греки вторглись в Малую Азию, то назвали местных “varvar/barbar” вследствии употребления последними по отношению к себе незнакомых грекам слов “varvar/barbar”. Надо полагать, это название образовано путем протезирования фонем “b/v” к вышеуказанному корню “AR”, и это слово имеет обобщающее значение “люди” (“вар” + “вар” = варвар/люди). Подобное толкование подтверждается и другими фактами.

Следует отметить, что еще до прихода греков на Балканы и в Малую Азию эти территории были населены тюркским элементом. К примеру, во время Троянской войны правитель Трои – Приам обратился к союзникам за помощью. Одним из союзников был Пирхем, правитель пеонов. Как сообщает Гомер, пеоны населяли страну Амидан, где протекает река Аксий. Из текста видно, что это название реки. В тюркских же языках названия рек передаются посредством протезирования к корню компонентов “~чаj/~caj/~cej/~су/~сел” (например, Гёичаj, Аксу, Jансаj, Енисеj и т.д.). Комментаторы “Иллиады” Гомера указывают на то, что Аксий – это река на Балканах, в Македонии (12) и нынешнее ее название – Быстрица (греч. -Стримон). Как писал римский историк Тти Ливий, после падения Трои предводителям венедов Энею и Антенору греками было дано разрешение перейти в направлении Альпов и Сицилию (13). Из разноязычных источников же становится ясно, что наименование “венед” принадлежало на славянам (в нынешнем понимании слова “славянин”), а Тюркам-булгарам (14). Уместно упомянуть в связи с этим и хронику “Младшая Эдда”, записанную исландским историком Снорру Стурулсоном в 1222-1225 гг., где этот автор пишет, что предводитель тюрок-асов Один, покинув со своим народом Трою, направляется к Скандинавии (15). Каким бы ни был спорным вопрос об этнической принадлежности асов, тот факт, что Стурулсон именует их “ТУРКАМИ” (в тексте – “турки-асы”) – никак не может быть случайностью. Надо отметить, что название римской области “Аsiya” восходит к томониму “Assuva/Ассува” в Малой Азии (16). Поэтому мы считаем, что название “Аsiya” следует этимологизировать как “Страна Асов/Азов” (например, “Персиjа” – “страна персов”, “Русиjа” - “страна русов” и т.д.). Т.е., в данном случае компонент “~иjа” восходит к тюркскому “~ey/~ev/~oba” в значении “место проживания”; и вполне очевидно, что “ува/uva” в названии “Assuva/Ассува” восходит к тому же тюркскому “oba/uva” с аналогичным значением.

Хотя происхождение асов является предметом дебатов, нужно отметить, что их еще именуют и “алан”. Сами иранисты категорически причисляют “асов/алан” к “ираноязычным” народам (17). Но опираясь на вышеприведенные примеры, мы утверждаем, что мнение это надуманно и в подтверждение “Младшей Эдды” Стурулсона, который называл их тюрками, приведем еще один пример. Это переведенная на старославянский язык “Хроника иудейской войны” Иосифа Флавия, где пишется следующее: “…язык же ясескый есть ведомо (обратите внимание! Слово “ВЕДОМО” выражает установленный факт! - автор), яко рода печенежска родися […], живущие подле Тана и Меотского моря…”. Также: “language of the As is descended from the Pechenegs” (18). Еще раз хотелось бы привлечь внимание читателя к такому факту, что употребление в тексте перевода слова “ведомо” указывает на устоявшийся факт! Ну, а печенеги – это, как известно, тюркское племя.

Все эти факты указывают на то, что до прихода греков в Малую Азию здесь изначально проживали тюрки, и от того, что эллины не знали слова “бар/вар”, нарекли их обобщающим “варвар/барбар”. Поэтому мы считаем, что слово “варвар/барбар” является названием, образованным посредством протезирования фонемы “б/в” к тюркскому понятию “ар/эр/киши” (муж). И это не является единичным случаем добавления фонем. Например,

Или же, “ур/в+ур” в значении “вурмаг/ударить”; “б+ур” - “бурмаг/скрутить”.

Синонимом слова “ар/эр” в тюркском языке является “киши”. Но вместе с тем в простонародье употребляется “ala” (т.е., происходит замена AR на AL по закономерности ротацизма-лямбдаизма; например, A-la-ei-e / A-rat-ta-a [19]). Кроме слова “ala” в народе также употребляется и “ada”, преобразованное в “geda” как результат протезирования фонемы “G”. Мы считаем, что синонимы “al / ar” только во второстепенном значении может употребляться в значении “высокий”, первичным же значением этих слов является “Свет/Огонь”, так как свет по своему физическому свойству имеет тенденцию к высотному расположению, и таким образом “светлый ум” определяет общественное положение индивидуума, т.е., `муж`а.

Вместе с тем, наряду с выражением al/ala в тюркских языках для обозначения понятия “киши” употребляется “lala” (“старший брат”, “воспитатель султана”); в отношении же старших – “ulu (g)”. В ранних статьях (см. также на этом сайте) мы указывали на то, что автор “Повести временных лет” Нестор путал понятия “славянин” и “sklavin”, и поэтому неверно причислял некоторые тюркские имена кславянским (в нынешнем понятиии). Например, у него встречается племя “уличи”, называемая греками “Великая Скифия”. Этноним происходит от тюркского “ulu” (великий) + chi (суффикс принадлежности) [20].

Кроме суффикса множественного числа “~lar” некоторые тюркские слова принимали окончание “З/Z” со значением обобщения. Например, “bi+si” (“men”/[Я] + “sen”/[ТЫ]) = “biz”/[МЫ]. “Si+si” (“sen”/[ТЫ] + “sen”/[ТЫ]) = “siz”/[ВЫ] (20); или же: “gedirik/gediriz” (“идем”).

Вместе с тем, множ. форма образовывалась посредством формант “b/p/m”, “t/d”. К примеру, название славянских племен, живущих в районе Одера, Элбы и Балтики, и называвших себя `велет`ами, было племя “лутичи”. Это, как видим, этноним тюркского происхождения: “lu” (человек) + “~Т~” (суф. мн. числа) + “~chi/~чи” (суф. принадлежности).мы эту мысль обосновываем тем, что и этноним “славяне” происходит от тюркского “saklab/sakalar” (саки). Вполне возможно, что и славянское “люди” происходит от тюркского “lu” (человек) + “~d~” (суф. мн. числа).

У множества народов образ “ЛЬВА” (“Аслан/Барс”) связан с манифестацией “СВЕТА/ОГНЯ”. В современных тюркских языках в значении “лев” употребляется слово “барс”, отраженное в труде Махмуда Кашкарлы (21). Интересно, что в индоевропейских языках в словах с этим же значением присутствует компонент “le~”: сравните русское “лев”, германское “lewi”, греческое “leo” (22). Очевидно, что это есть метатеза общетюркского (23) “al / Свет, Огонь”. Слово же “ala” (обращение к мужчине в простонародье), как мы показали, происходит как раз от “al”.

Итак,становится понятно, что этноним “lulubi” тюркского происхождения и он является самоназванием: “lu”/(человек) + “lu”/(человек) + “b/p” (суф. мн. ч.) = “lulubi”(люди). Скорее всего, выражение “lulu” получило дельнейшее развитие, так как в дальнейшем “ulu(s)” уже имело значение “народ/страна” (24).

1. Faruk Sumer, “Azerbaijanin turkleshmesi tarihine umumi bakish”, TTKB, C-XI, say. 83, 1957

2. Юсиф Юсифов, “Ранние контакты Месопотамии с северо-восточными странами [Приурмийская зона]”; Вестник Древней Истории, 1987, Т-I, с. 19-37

3. Зия Буниятов, “Азербайджан в VII-IX вв.”, Баку, 1989, с.171

4. Ю.Юсифов, там же.

5. “История Азербайджана” под редакцией Играра Алиева, Баку, 1995, с.62

6. Ю.Юсифов, там же.

7. И.Алиев, там же, с.61

8. Ю.Юсифов, там же; “История Азербайджана” под редакцией Ю.Юсифова и З.Буниятова, Баку, 1995, с.79-80.

9. “Толковый словарь Азербайджанского языка”, Баку, 1983, Т-III, с.372

10. Ю.Юсифов, С.Керимов, “Основы топонимики”, Баку , 1987, с.16

11. Атрар Каримулн, “Татары: этнос и этноним”, Казань, 1987, с.47

12. Гомер, “Иллиада”, перевод Т.Гнедича, М., 1978, с.519

13. Тит Ливий, “История Рима от основания города”, М., 1989, T-I, с.10

14. Alekper Alekperov, “Avropada erken Turkler”, Musavat, 03.04.95.

15. Снорру Стурулсон, “Младшая Эдда”, Л., 1970, с.11-12

16. О.Генри, “Хетты”, М., 1987, с.37

17. В.Абаев, “Осетинский язык и фольклор”, М.-Л., 1949, с.33

18. Н.Мещерский, “История иудейской войны Иосифа Флавия в древнерусском переводе”, М.-Л., 1958, с.454; O.Pritsak, “The Pechenegs” //Archivum Eurasiae Medii Aevi, 1975, T-I, р.229

19. Ю.Юсифов, “Ранние контакты…”, с.22

20. А.Алекперов, “О происхождении этнонима `саклаб`”, журн. Средневековый Восток, №2, Баку, 1994; “Повесть временных лет”, T-I, М.-Л., 1950, с.11, 207, 210.

21. Олжас Сулейменов, “АЗ и Я”, Алма-Ата, 1989, с.545.

22. М.Гашшарлы, “Divan lughat at-Turk”, Ankara, 1945, T-I, с.344

23. М.Гмаркелидзе, В.Иванов, “Индоевропейцы и индоевропейский язык”, Тбилиси, 1984, с.500-507

24. В.Радлов, “Опыт словаря тюркских наречий”, СПб, Т-I, с.350

25. С.Кляшторный, “Древнетюркские рунические памятники”, М., 1964, с.129