Партия "Гнчак" (Колокол)

И. С. Багирова

Армянские национальные, а вернее националистические партии, стали появляться и действовать в пределах границ современного Азербайджана с конца прошлого столетия, то есть спустя небольшое время после своего возникновения за границей с целью разрешения пресловутого "армянского вопроса". Как известно одной из первых армянских партий была претендующая на роль социал-демократической партия "Гнчак" (Колокол), организованная в августе 1887 года, в Женеве, группой армянских студентов. Среди ее основателей были А. Назарбекян (Лоренц), М. Варданян Х. Оганесян, Г. Гараджян (С. Аркомед), Г. Гафеян (Шмавон), Р. Хан-Азат и другие.

Первоначально она носила название "Армянская революционная партия", но с появлением печатного органа - газеты "Гнчак", приняла одноименное название и вскоре Центральный Комитет партии вместе с редакцией газеты переехали в Лондон. Основной своей целью партия провозгласила освобождение так называемой Восточной или Турецкой Армении и образование на ее территории независимого армянского государства на основании статьи 61 Берлинского трактата 1878 года. Эта статья касалась в основном Балканских народов и поддержки европейскими державами независимости некоторых из них от Турции. Вожди зарождающегося тогда армянского революционного, в основном антитурецкого движения, "ненавязчиво" подвели свои сепаратистские требования под эту статью, которая на протяжении многих последующих лет являлась козырной картой в их территориальных притязаниях.

После нескольких открытых антитурецких выступлений в 90-х годах XIX века и резкого их подавления правительством Абдул Гамида, огромные массы армянского населения хлынули в Закавказье, главным образом на территорию Елизаветпольской, Эриванской и Бакинской губернии. Если численность армян в Закавказье в конце XIX века составляла 900 тысяч человек (после нескольких волн миграций, начиная с 1826-28 годов), то к 1908 году их было уже 1,3 миллиона человек (Н. Н. Шавров "Новая угроза русскому делу в Закавказье: предстоящяя распродажа Мугани инородним", Баку. 1990 переиздание 1911 года, с.60).

Соответственно произошло и смещение армянского революционного движения в Закавказье, где образовался еще один его мощный центр. К тому времени кроме "Гнчака" активно функционировала и самая влиятельная армянская партия "Дашнакцутюн", создавшая свои центральные комитеты в Тифлисе и Баку. Бакинская организация "Гнчак" появилась в начале 90-х годов XIX века (вероятная дата - 1892 год). Основателем и руководителем партии был Х. С. Мелик-Агамирян, затем ее возглавил О. Ованесян. В 1902 году отделения "Гнчак" возникли в Шуше и в Елизаветполе. Социальная база партии была представлена в основном средними, мелкобуржуазными слоями населения, ремесленниками, торговцами, интеллигенцией, а также рабочими, в определенный момент даже преобладающими по численности, незначительной частью крестьянства. Именно эта часть населения оказалась наиболее восприимчивой как к националистическому, так и социалистическому влиянию.

По высказыванию одного из исследователей национального движения в России В. Медема "если у иных классов гипертрофия национального чувства парализуется ярко выраженными социальными стремлениями, то в мелкобуржуазных (отчасти и в интеллигентских) кругах именно в силу безнадежности их социальных мечтаний и шаткости социального положения, националистические настроения принимают особенно острую, всеохватывающую форму. Национальная идея становится высшим регулятивом. Национальная борьба принимает характер самоцели" (В. Медем "Национальное движение и национальные социалистические партии в России". В книге: "Формы национального движения в современных государствах", Санкт-Петербург, 1910, с.751). Если к этому добавить генетическую ущемленность нации, претендующей на роль великой, но не имеющей даже собственной территории с компактно проживающим населением, то становится понятным, почему именно революционный путь борьбы избрали все армянские партии для достижения своей общей цели - создания "Великой Армении".

Социалистические партии с их стремлением к разрушению существующего государственного строя и растущей популярностью, оказались как нельзя более подходящими союзниками для армянских партий.

Первой из них объявила себя социалистической партия "Гнчак", выпустив вслед за этим свою программу (в 1897 году), состоявшую из пяти "отделов". В первом из них декларировалась "отдаленная цель" партии - приобретение рабочим классом всех сил и средств производства. Во II отделе программы провозглашалась ближайшая цель партии - уничтожение посредством переворота монархических порядков, замена их демократическими и конституционными и создание для армянского народа возможности вмешиваться в политические дела. Остальные пункты программы были посвящены положению турецких армян. Поскольку турецкое государство вследствие внутренних смут и потрясений (большинство из которых провоцировалось самими армянами), а также ударов от европейских держав постепенно разлагается, говорилось в программе, революционная деятельность армян исключительно должна быть посвящена тому, чтобы отделить судьбу армянского народа от Турецкой империи и добиться национальной независимости. Указывались средства и способы ведения борьбы: "Борьба эта должна начаться общим восстанием армян, сопровождаться террором, образованием вооруженных отрядов, учреждением отдельных организационных групп и т.п".

Для осуществления всеобщего восстания предполагалось установить тесные контакты со всеми христианскими народами, населяющими Турецкую империю, а также курдами и сирийцами. Заветной же мечтой гнчакистов объявлялся всеобщий и независимый союз всех мелких народов Азии, подобно Швейцарии, что было позаимствовано из программы европейских и русских (на первом этапе их деятельности) социал-демократов. Интересно отметить, что уголовное дело, возбужденное в Баку в 1904 году по делу И. Иоанесянца и А. Тер-Ованесянца, задержанных с программой "Гнчака", было прекращено, а обвиняемые выпущены на свободу. Основанием для этого послужило то, что полиция усмотрела в программе преступные цели лишь в отношении Турции. В пожелании же социалистического строя для всего человечества, указывалось в полицейском рапорте, нельзя видеть стремление к насильственному ниспровержению существующего строя в России. Недальновидность русских властей в этом вопросе, которую производивший в 1905 году в Баку ревизию сенатор Кузминский объяснял законопослушанием и добросовестностью полицейских чинов, проявилась еще и в том, что к этому времени отношение всех армянских партий к российскому правительству резко изменилось.

Как известно это было связано с изданием закона от 12 июня 1903 года о секуляризации церковных имуществ армяно-григорианского духовенства, которому предшествовал закон 1897 года о подчинении армяно-григорианских церковных училищ ведомству министерства народного просвещения. Сразу после этого указа каталикос предал российский царствующий дом проклятию, а при Эчмиадзине была создана духовная партия "Паторик". Эта партия начала издавать так называемые "кондаки" - церковные указы, в которых армянам под страхом проклятья прямо запрещалось исполнять правительственные распоряжения. Армянское револющюнное движение, одним из организаторов которого была партия "Гнчак", приняло откровенно антироссийский характер. Заметно активизируется деятельность "Гнчака" в Бакинской и Елизаветпольской губерниях.

В сентябре 1902 года, в присутствии представителя ЦК партии, в Шуше состоялось общее собрание гнчакистов, где было образовано ее местное отделение и сроком на 6 месяцев было выбрано 3 члена правления - Ш. Ширванянц, "Тричк" и "Пайлак" (партийные клички). Собрание обратилось в Центральный Лондонский комитет с просьбой принять шушинское отделение под названием "Варанда" в число отделений "Гнчака" и утвердить избранное правление. Со временем шушинское отделение приобрело известность тем, что его член А. Аракелян (присяжный поверенный в Шуше) начал проводить усиленную антироссийскую пропаганду как в Закавказье, так и в Европе и Персии и, по существу, явился вдохновителем антирусского движения среди закавказских армян.

В октябре 1903 года Елизаветпольское отделение "Гнчака" организовало массовую демонстрацию местных армян в знак протеста против передачи церковных имуществ в русскую казну. Толпа из нескольких тысяч человек встретила полицию кучей камней и выстрелами. Войска открыли, ответный огонь, в результате которого было убито 5 и ранено 15 человек.

В Баку отделения "Гнчака" появились, как указывалось выше, в начале 90-х годов XIX века. В 1897 году уже существовало Балаханское отделение гнчакистов, выпустившее свою листовку с обращением к рабочим. С 1902 по 1904 года были образованы еще два отделения, таким образом в 1904 году в Баку существовало три отделения партии под названиями "Банвор" (Рабочий), "Инкер" (Товарищ) и "Мурад".

Первоначально они насчитывали небольшое количество членов - всего 46 человек, однако после 1905 года число их увеличилось, и к 1907 году, судя по обнаруженным спискам, составляло 203 активиста. Полновластным законодательным органом "Гнчака" являлось общее собрание, собирающееся по уставу раз в три года, однако уже с 1903 года оно созывалось раз в год (в Лондоне). В одном из циркуляров, посланных из Лондона, клеймилась деятельность так называемых "альфаристов" - отколовшихся от "Гнчака" членов партии, а также сообщались инструкции по дальнейшей деятельности в России и Турции. Указывалось на необходимость подготовки к вооруженному сопротивлению (фактически к наступлению), для чего должны были быть устроены кассы для сбора денег с населения, организация закупки и перевозки оружия, устройство стоянок, скрытие новых организаций и т.п. 1 января 1904 года в Баку была выпущена листовка за подписью "Союза гнчакистов", где говорилось о том, что "церковные имущества хочет отобрать нынешний наш Государь", и поэтому понятен приказ "Лучезарного (каталикоса), коим предписывает не повиноваться Государю." Далее все армяне призываются к противодействию правительству.

Одним из средств противодействия были террористические акты, наиболее известным из которых явилось организованное гнчакистами покушение на Главноначальствующего на Кавказе генерал-адьютанта князя Голицына, как инициатора закона о церковных имуществах, 14 октября 1903 года в Тифлисе. Осуществление этого покушения было поручено Г. Ованесянцу, члену бакинской организации "Гнчак", работавшему буровым мастером у известного нефтепромышленника А. Манташева. Для подготовки терактов и антиправительственных выступлений, включая и восстания на территории Турции, гнчакистами организовывались постоянные сборы денег с населения соответственно их доходам, с самых бедных взималось по 20 копеек. Деньги шли, в основном, на закупку оружия.

В Баку, в феврале 1903 года, был задержан некий Погос Шадик оглы (турецкий армянин), оказавшийся давно разыскиваемым П. Шадикьянцем и занимавшийся вымогательством денег у местных богачей с целью формирования банд для участия в предполагаемом весной восстании в Ване (Турция). Гнчакисты в своих циркулярах не скрывали, что большие надежды они связывают с Македонским движением против Турции. Они смотрели на него, как на средство, посредством которого покровительствующая Македонии Россия будет вовлечена в войну с Турцией, а тогда, как сказано в полицейском донесении, "можно будет под шумок провести в исполнение все планы "Гнчакистов".

Несмотря на то, что на первом плане у гнчакистов стояла борьба за независимость турецких армян, сильное развитие рабочего движения на Кавказе и особенно, в Бакинском промышленном районе, не могло не обратить на себя внимание партии, тем более, что именовала она себя социал-демократической. Стремясь занять руководящее положение среди армянских рабочих, гнчакисты развили среди них довольно бурную деятельность, выпуская листовки, перепечатывая и рассылая номера своих издающихся за рубежом и в России газет, участвуя в стачках. Судя по листовкам, выпущенным "Гнчаком" в 1904-1905 годах и посвященным различным событиям международной и внутренней жизни, гнчакисты не вполне ясно представляли себе разницу между социал-демократами и эсерами. В частности листовка, выпущенная в феврале 1904 году и проклинающая армянских священников за отслуженный ими молебен на дарование победы самодержавию в русско-японской войне, подписана "социально-революционная партия гнчакистов". В других листовках встречаются призывы к террору, осужденному тогда социал-демократами, эсеровские формулировки встречаются у гнчакистов и в последующем, в новой редакции их программы. Однако с 1904 года начинается их тесное сотрудничество с бакинскими большевиками и частично с эсерами. Первым актом этого альянса стало участие "Гнчака" в декабрьской стачке 1904 года. Сразу же после начала стачки большевистский БК РСДРП, чтобы не отдать руководство забастовкой полностью в руки эсеров, образовал Организационный комитет (ОК), в который вошли и представители "Гнчака". ОК продолжал функционировать и после окончания забастовки, вплоть до мая 1905 года, занимаясь сбором средств на вооружение рабочих. Гнчакисты вместе с гумметистами вошли также и в состав большевистского стачкома. Тенденция к объединению с БК РСДРП части гнчакистов приняла далее конкретную форму в 1905 году, с началом революционных событий и ростом рабочего движения. В апреле 1905 года группа гнчакистов издала прокламацию, в которой протестовала против действий армянской буржуазии, собравшейся в Тифлисе для представления от имени народа петиции царскому правительству. В листовке говорилось, что единственным путем к свободе народа является социализм, и заканчивалась она словами: "Долой Самодержавие! Да здравствует социал-демократическая республика!" В начале июня 1905 года три бакинских отделения "Гнчака" - "Инкер", "Банвор" и "Мурад" объединились в один Комитет Бакинского района, о чем он сообщил в своей листовке "Ко всем гражданам". Дифференциация в рядах партии к тому времени усилилась.

Бакинский районный комитет, представляющий левую часть партии и состоящий в подавляющем большинстве из рабочих, в ноябре 1905 года заявил о своем вхождении в РСДРП. Этому событию предшествовала, однако, конференция Кавказского союза РСДРП, принявшая резолюцию, в которой всем рабочим организациям было предложено не входить ни в какие соглашения с "Гнчаком", кроме временных, до тех пор, пока она окончательно не порвет с националистическими традициями и не войдет в организацию Российской социал-демократической рабочей партии. Резолюция Бакинского районного комитета о присоединении к РСДРП была опубликована в Тифлисской легальной газете "Кавказкий рабочий листок" и в бакинской прессе. По этому поводу объединенная в декабре 1905 года Бакинская организация РСДРП с радостью сообщала в своем "Извещении": "Бакинская Армянская организация "Гнчак" окончательно сливается с нами и прекращает свое самостоятельное существование".

Однако, БО РСДРП выдавала желаемое за действительное, несколько преувеличивая степень слияния бакинского "Гнчака" с социал-демократами. В РСДРП вошла лишь часть большевистки настроенных членов Бакинского районного комитета - С. Султаньянц, С. Касьян, П. Мнацаканов, А. Вартанян, Т. Арутюнян М. Саркисян, О. Овакимов, Б. Овшян и другие. С остальными гнчакистами, которых большевики называли панарменистами, произошел раскол. О размежевании с ними БРК гнчакистов заявил еще в ноябре 1905 года в Тифлисской прессе, а об окончательном отделении - в газете "Баку" - "А партии "Гнчак" мы объявляем, что ту борьбу, которую мы до сих пор вели против гнчакистов-националистов негласно, отныне мы будем вести открыто и против всей партии "Гнчак", - писали вновь испеченные социал-демократы, благодаря которым национальный состав БО РСДРП в последующие годы существенно видоизменился. Следует отметить, что гнчакисты, вошедшие в РСДРП, во многих случаях оставались верны своим традиционным террористическим методам борьбы, принимая, например, активное участие в создании боевых дружин БО РСДРП (Г. Айрапетов).

В 1906 году бывший гнчакист О. Авакимов организовал, вопреки воле социал-демократической организации, "группу террористов" и проводил регулярно "эксы", после одного из которых по приказу БО РСДРП группа была распущена. Отделения же "Гнчака" в Баку, Елизаветполе и Тифлисе продолжали существовать и функционировать, хотя и в значительной степени потеряли свою популярность среди армянского населения, не выдержав конкуренции с могущественной "Дашнакцутюн". Борьба гнчакистов с дашнаками за влияние на массы шла постоянно, не прекращаясь и после революции 1917 года. В одной из листовок за 1905 год тифлисские гнчакисты назвали местный комитет "Дашнакцутюн" палачом армянского народа и врагом рабочего класса. В Елизаветпольской и Эриванской губерниях эта борьба доходила до прямых вооруженных столкновений, когда эти две партии отбивали друг у друга целые села. Однако, в случае "мусульманской опасности" как в Турции, так и в Закавказье, гнчакисты как правило выступали единым фронтом с дашнаками в целях "самообороны". Но во время февральских и августовских событий 1905 года в Баку "Гнчак" резко выступил вместе с РСДРП против погромов и провокационной политики властей. В отличие от "Дашнакцутюна", "Гнчак" не располагал постоянно действующими вооруженными отрядами, ограничиваясь спонтанными вылазками в уездах и городах плохо организованных "групп террористов" или участием в боевых дружинах местных комитетов РСДРП. А с 1906 года, то есть после раскола, "Гнчак" сосредоточил свою деятельность на территории Азербайджана в основном на пропаганде среди рабочих и распространении партийных газет и листовок.

Переход "Гнчака" на относительно мирные методы борьбы можно объяснить той лояльной политикой, кототорую проводил в отношении армян новый Кавказский наместник И. И. Воронцов-Дашков, начавший свою деятельность на Кавказе с отмены ненавистного армянам закона о секуляризации церковного имущества. Из периодических изданий выходили ежемесячный журнал "Гнчак", издававшийся в Женеве, газеты "Пайккар" (Борьба), выходившая в Тифлисе, "Кайц" (Искра) - в Стамбуле. В Баку гнчакисткая газета "Мер Орер" (Наши дни) стала выходить только в 1918 году. Типография гнчакистов располагалась в Баку, на Парапете, где была ликвидирована полицией в 1906 году и перенесена в другое место.

Всего же "Гнчак" издавал в Европе, Америке, Азии с 1887 по 1922 года 41 наименование газет и журналов. В обнаруженных в 1906-1907 годах в Баку и Елизаветполе многочисленных листовках и воззваниях "Гнчака" достаточно ярко выявляется та путаница и противоречивость, которая характеризовала как теоретические установки, так и практическую деятельность этой партии. Например, в воззвании "К цели" объяснялись задачи социализма, который "представляет собой такую гранитную скалу, на которой должен укрепиться пролетариат со своим знамением и конечной целью - социализацей земли (эсеровский лозунг), средств производства и путей сообщения". Для осуществления этой цели "Гнчак" призывал к созыву Учредительного собрания и устройству в России демократической республики на началах всеобщего голосования, т.е. к парламентским методам борьбы.

В октябре того же 1906 года "Гнчак" выпускает прокламацию под названием "Прошел один год", посвященную годовщине Манифеста 17 октября, где призывает граждан к вооруженному восстанию. "Единовременная сознательная борьба городских и сельских рабочих должна окончательно свалить современный режим самодержавия, - говорится в прокламации. - Значит, мы приготовимся, вооружимся и сгустим наши ряды для всеобщего восстания". В другой своей листовке, сообщающей о намерении "Гнчака" участвовать в выборах во II Государственную Думу, лидеры партии объявляют, что идут в Думу для превращения бюрократического учреждения в одну революционную кафедру (большевистский лозунг) и для требования народного Учредительного собрания. Как видим, ни о какой единой тактической линии в выборе средств борьбы за "социализм" здесь говорить не приходится. Если прибавить к этому несовместимые с социалистическими лозунгами националистические устремления партии, заявившей устами одного из своих лидеров С. Сапах-Гюльяна: "Для нас существует только Армения и армянский вопрос!", то становится понятным то недоверие, с которым относились к этой партии как ортодоксальные марксисты, так и махровые националисты из других армянских партий - "Арменакан", "Дашнакцутюн" и другие.

В частности, С. Шаумян писал в газете "Вперед" за 1905 год о "Гнчаке" как о партии, которая "несмотря на свою исстари социалистическую этикетку и добрую волю своих литературных вожаков, была и остается в общем и целом до сих пор националистической партией."

В октябре 1908 года была составлена новая программа "Гнчака", которая затем была принята за основу на состоявшемся в 1909 году V съезде партии в Стамбуле. Хотя в подзаголовке и было сказано, что программа предназначена для Турецкой Армении, она явилась руководством к действию и закавказских гнчакистов, во многом изменивших с этого времени свои тактические приемы. В программе отражалась изменившаяся общественно-политическая ситуация в Турции, связанная с приходом к власти младотурок и в соответствии с этим выдвигались новые приоритеты в политической линии партии. В преамбуле программы вновь подчеркивалось, что "Гнчак" явилась на политическую арену не как национальная, а как социалистическая партия, которая до сих пор была сепаратистской лишь в отношении турецкого деспотизма, т.е. султанского режима. В нынешних же условиях ближайшей целью партии провозглашалось "изменение все еще существующих монархических порядков на демократическо-конституционные на основе полноправного народного представительства и таким образом производящему (т.е. рабочему) классу живущих в Турции народностей дать возможность участвовать во всех политических делах страны". Далее шло перечисление демократических свобод, которых должна добиваться партия в будущей Конституции: "полновластное законодательное собрание на основе 4-х членной формулы: общинное широкое самоуправление (опять эсеровская формулировка); полное равенство всех перед законом; свобода прессы, собраний, совести; неприкосновенноть личности и жилища; всеобщее бесплатное обучение" и т.п.

В национальном вопросе гнчакисты, оставаясь верными себе, провозгласили с одной стороны абсолютное равенство всех народностей, а с другой - "принцип самоопределения, как неприкосновенное право каждой народности". Что имелось в виду под самоопрелением - культурная или территориальная автономия - оставалось неясным. Главным отличием этой программы от предыдущей явилось изменение средств и методов борьбы. "Гнчак" заявил, что "средством для достижения его цели является отныне парламентская работа, пропаганда, профессиональные и крестьянские союзы, забастовки, производственная и потребительская кооперация", т.е. тактика международной социал-демократии, а в России - ее меньшевистского крыла. При этом было отмечено, что в Конституционной Турции будут отвергнуты все виды сепаратизма.

Однако умеренный и примирительный тон этой программы, написанной в октябре 1908 года, т.е. сразу после младотурецкой революции, резко изменился через год, когда гнчакисты поняли, что ни на какое '"национальное самоопределение" иттихадисты (младотурки) не пойдут. На V съезде "Гнчака" в июне 1909 года в дополнение к программе была принята резолюция, в которой осуждалась иттихадистская идея ассимиляции турецких народов под общим названием османов и еще раз провозглашалось право наций на самоопределение. Кроме того, принимая во внимание "непрочное положение османской Конституции и вероятность революционного движения", съезд поручил исполнительным органам "Гнчака" поднять вопрос самообороны. Таким образом, все социал-демократические идеи гнчакистов и парламентские формы борьбы моментально забывались, как только речь заходила об интересах нации. На состоявшемся в 1910 году в Лозанне съезде студенческих организаций, в которой принимали участие и студенты-гнчакисты, было принято решение об использовании всех методов борьбы с целью "Освобождения всей армянской нации от турецкого и российского гнета".

После V съезда партия опять раскололась на две фракции, одна из которых приняла название "Гнчакистская партия турецких армян" и объявила на своем первом съезде в 1910 году, что будет придерживаться Программы, принятой на V съезде "Гнчака". Другая фракция, названная "Обновленный Гнчак", избрала традиционный экстремистский путь борьбы.

На съезде, состоявшемся в 1913 году в Стамбуле "Обновленный Гнчак" принял свою программу-устав, в которой снова главной целью партии провозгласил автономию Армении, а для ее осуществления избрал нелегальные методы борьбы. Произошла очередная переориентировка в политике "Гнчака" на союз с российскими властями и конфронтацию с Турцией. Этому способствовала и сложившаяся к тому времени внешнеполитическая обстановка, поражение и ослабление Турции в Балканских войнах, вселившая в армян надежду на скорое осуществление их заветной мечты. В свою очередь политика симпатизировавшего армянам И. И. Воронцова-Дашкова в Закавказье также сыграла не последнюю роль в "примирении" армянских партий с царскими властями.

Популярность же "Гнчака" среди закавказских и, в частности, бакинских армян в этот период значительно ослабла из-за бесконечных внутрипартийных расколов, дезориентирующих рабочих, часть из которых попала в сферу влияния других армянских социал-демократов ("спецификов"), а часть пошла за дашнаками. Но главная причина потери влияния и авторитета этой партии заключалась во взаимоисключающих друг друга задачах, поставленных ею в основу своей программы и деятельности. Если национальная идея освобождения армян могла объединить людей самого разного социального положения, то социал-демократические идеи, глашатаями которых упорно пытались представить себя гнчакисты, наоборот, разъединяли этих людей, делая невозможной общность интересов капиталиста и рабочего. Тем самым партия лишала себя широкого фронта поддержки среди армянского населения, уступив в этом пальму первенства дашнакам.