ГЛАВА VII

ОБРАЗОВАНИЕ НАЦИОНАЛЬНОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА

Осенью 1945 года национально-освободительное движение в Южном Азербайджане вступило в новую фазу своего развития. В те тяжелые дни С.Дж.Пишевари заявлял: «Мы должны добиться справедливости собственной силой...Народ не боится жертв в борьбе за свои права. Народ, не готовый приносить жертвы, не достоин свободной жизни»[1].

С осени 1945 года в Азербайджане установилось двоевластие. Контролирующая ситуацию Азербайджанская Демократическая партия не была представлена в официальных органах власти, в то время, как официальная власть, потерявшая всякий контроль над ситуацией, не обладала реальной силой. Тегеран не решался ввести дополнительные контингенты иранской армии в Азербайджан. Посол США в Тегеране Уоллес Мюррей после встречи с начальником генерального штаба иранской армии генералом Арфа в секретном донесении от 8 декабря на имя госсекретаря писал: «Я сожалею о подобных действиях Ирана. Это свидетельствует о том, что они соглашаются с запретом Советского Союза нападать на Тебриз. Вчера в беседе с полковником Бейкером Арфа высказал очень пессимистические мысли по поводу сложившейся ситуации. Он заявил, что Тегеран уже находится на северной границе Ирана и с помощью русских, руками «демократов» будет прерван поток продуктов в столицу. Арфа также заявил, что для отражения внезапного наступления «демократов» на Тегеран, генеральный штаб 24 часа в сутки находится в состоянии боевой готовности»[2].

Не имея возможности военным путем решить проблему, центральное правительство возлагало большие надежды на дипломатические маневры и на переговоры, которые вел в Тебризе Муртазагулу Баят (Сахам ас-Султан), только что назначенный на должность вали (генерал-губернатора). Первый тур этих переговоров завершился 3 декабря. Но безрезультатно. После консультаций с Тегераном Баят стал добиваться новых переговоров с Пишевари.

Прекрасно понимая безнадежность ситуации, он рассчитывал тянуть время в ожидании действенных шагов со стороны Тегерана.

В 10 часов утра 8 декабря в доме тебризского аристократа Сираджа Зекауддовле состоялась вторая официальная встреча между М.Баятом и Хасаном Довлетшахи, с одной стороны, и С.Дж.Пишевари, Гаджи Мирза Али Шабустари, Мухаммедом Бирия, с другой стороны. В течение полутора часов Баят старался выяснить суть документа, предложенного демократами, в котором содержались требования о предоставлении Азербайджану автономии, о правах и обязанностях местного Меджлиса, о принципах взаимоотношений Азербайджанского и Иранского Меджлисов. Как и на первой встрече, Баят вновь пытался перевести беседу в плоскость обсуждения вопросов о создании провинциальных энджуменов, решения языковой проблемы, предоставления возможности получения образования на родном языке. Он заявил, что не представляет себе работы Иранского Меджлиса параллельно с Азербайджанским Меджлисом. К тому же он довел до сведения Пишевари, что это противоречит и Иранской Конституции. Пишевари понял, что Баят, обещая большие уступки в создании энджуменов, а также в других вопросах, пытается уйти от обсуждения темы предоставления Азербайджану автономии. Поэтому, Пишевари решительно заявил, что требования Азербайджанского народа ясно изложены в опубликованном Заявлении. Эти требования полностью должны быть удовлетворены шахом и Меджлисом. Независимо от их решения, уже избранный Азербайджанский Меджлис на днях начнет свою работу. Бирия и Шабустари также поддержали Пишевари по вопросу об автономии. Баят их перебил: «Вы не сможете существовать автономно» [3]. Позднее С.Дж.Пишевари, вспоминая об этих переговорах, писал: «Господин Баят, признавая наше право и отмечая правильность наших взглядов и принципов, не мог говорить об этом открыто. Он хотел словоблудием выхолостить нашу идею национальной автономии. Его слова были в разладе с его совестью. Ограниченный в возможностях, он напоминал связанного по рукам и ногам человека, судорожно дергающегося на месте, ведущего длительные споры из-за пустяков, пытаясь убить время»[4].

Делегатам центрального правительства, отстаивающим тезис о том, что автономия Азербайджана противоречит Конституции Ирана, Пишевари напомнил, что за последние 25 лет изменены многие статьи этой конституции. Например, Рза шах отменил статью, подтверждающую право династии Каджаров на престол, и включил взамен статью о собственном престолонаследии. Или же, по конституции шахиней Ирана может быть только персиянка, однако нынешняя шахиня родом из Египта[5].

В конце переговоров Баят попросил переслать ему декларацию и другие документы, принятые Национальным конгрессом. Весьма возможно, что он отправится в Тегеран и эти документы помогут ему при переговорах с шахом. Баят выразил пожелание еще раз встретиться с Пишевари. Сообщая о ходе этих переговоров председателю Совета Народных Комиссаров СССР И.Сталину, секретарь Центрального Комитета Коммунистической Партии Азербайджанской ССР Мир Джафар Багиров писал: «Вторая встреча с Баятом еще раз подтвердила, что он, действуя по заданию иранского правительства, путем бесконечных переговоров старается затянуть разрешение основного и главного вопроса автономии Азербайджана, видимо, имея в виду перенесение вопроса об Азербайджане на разрешение иностранных правительств. Учитывая это, нами даны указания:

1. Заседание первой Сессии Меджлиса больше не откладывать и провести его 12-го декабря.

2. Как Меджлису, так и утвержденному Меджлисом правительству Азербайджана немедленно приступить к проведению в жизнь принятых всенародным собранием Азербайджана и первой Сессией Меджлиса решений.

3. От дальнейших встреч с Баятом, до окончания работы 1-ой Сессии Меджлиса, воздержаться»[6].

По окончании встречи с Сахам ас-Султаном, вечером того же дня бакинская тройка (Гасан Гасанов, Мирза Ибрагимов, Агаселим Атакишиев) и тебризская тройка (Пишевари, Шабустари, Бирия) обсудили организационные вопросы открытия Азербайджанского Национального Меджлиса, выборов его руководящего состава, утверждения состава правительства.

Тем временем азербайджанские события уже превратились в объект обсуждения в политических кругах великих держав и в их средствах массовой информации. Комментатор американского радио Стил 7-го декабря пригласил бывшего редактора Иранского телеграфного агентства Резу Шахшахани выступить по радио с обзором азербайджанских событий. Шахшахани положительно оценил как национально-демократическое движение в целом, так и документы, принятые Народным Конгрессом, подчеркнув правоту позиции азербайджанского народа. По его мнению, истерию вокруг этих вопросов раздувают враждебно настроенные к СССР люди, такие как посол Ирана в США Гусейн Ала[7].

Почувствовав серьезность ситуации, Великобритания через своего посла в Москве 8-го декабря предложила народному комиссару иностранных Дел СССР Вячеславу Михайловичу Молотову обсудить вопрос эвакуации советских и английских войск из Ирана. Письмо британского посла основывалось на соглашении, достигнутом между Молотовым и министром иностранных дел Британии Эрнестом Бевиным в Лондоне, а также письме, направленном Молотовым Бевину еще 20 сентября. Действия азербайджанских партизан, разоружающих в городах полицию и жандармерию, потеря армией боеспособности вызывали в аккредитованных в Иране дипломатических миссиях серьезный, точнее тревожный интерес. Срочно прибывший в Тебриз пресс-секретарь американского посольства Кайлер Янг 9 декабря встретился с председателем ЦК АДП Пишевари. В процессе беседы Янг интересовался проблемой азербайджанской автономии, партизанским движением, структурой Демократической партии, ее классовым и национальным составом, документами Народного Конгресса, отношением Демократической партии к вооруженным партизанам и источниками их вооружения и т.п. Особенно много вопросов было об участии советских эмиссаров в организации национального движения. М.Дж.Багиров в донесении на имя кремлевских руководителей отмечал, что Пишевари дал обоснованные ответы на все вопросы. В частности, на вопрос американца «Ведь декларация противоречит Конституции Ирана», он ответил, что Конституция есть выражение законных требований и прав народа, а у азербайджанского народа имеются исторические права и справедливые требования, такие же, какие были в свое время у американского народа, добившегося своих законных демократических прав. Американскому народу на его пути к демократии не помешала действующая тогда конституция. Азербайджанский народ рассчитывает на сочувствие демократических народов мира и надеется также на поддержку американского народа, который должен лучше понять народ Азербайджана и поддержать его справедливые желания. В конце американец заявил, что он разделяет мнение Пишевари и согласен с его доводами. Но Янг просил Пишевари дать ему слово, что об этом не будет опубликовано в газете «Азербайджан» до тех пор, пока Янг не вернется в Тегеран для доклада своему послу[8].

Накануне встречи министров иностранных дел посол Ирана в Вашингтоне Г.Ала, получив соответствующие инструкции из Тегерана, просил государственного секретаря Дж.Бирнса о том, чтобы на Московской встрече союзники подняли вопросы, связанные с Ираном, особенно вопрос о немедленном выводе иностранных войск из Ирана и предоставлении Ирану полной свободы самоуправления. Он писал: «Это позволит нам восстановить порядок в стране и пресечь действия иммигрантов (имеются в виду иммигранты из СССР - Дж.Г.) и неизвестных лиц, убивающих государственных чиновников и разрушающих государственные учреждения в Азербайджане. Если состояние паралича будет продолжаться и мы будем и впредь встречать препоны на своем пути, то силы безопасности в Иранском Азербайджане и в северных областях будут резко ослаблены и попадут под влияние масс и деструктивных сил»[9]. Вопрос досрочного вывода иностранных войск из Ирана был поднят также в ноте США Советскому Союзу от 29 ноября. Москва не приняла предложение США «вывести все войска союзников из Ирана до 1 января»[10]. Государственный Департамент огласил ответную советскую ноту 8 декабря. По мнению Советского руководства в досрочном выводе иностранных войск из Ирана нет острой необходимости. Что же касается обеспокоенности США по поводу кризиса в Южном Азербайджане, то в советской ноте отмечалось: «После опубликования Декларации Всенародного Меджлиса Северного Ирана стало очевидным, что обеспечение демократических прав азербайджанского населения, проживающего на севере Ирана, завоевание ими автономии в составе Иранского государства (в сфере самоуправления и употребления национального языка) является проблемой национального волеизъявления азербайджанского народа»[11].

Пресс-секретарь американского посольства Янг спустя пять дней вернулся из Тебриза в Тегеран. В тот же день посол Мюррей направил собирающемуся в Москву госсекретарю Джеймсу Бирнсу отчет Янга о проведенных им в Тебризе переговорах с официальной делегацией Ирана, с лидерами демократов, зарубежными консулами, духовными лидерами, гражданскими лидерами. В телеграмме посла сказано: «Сегодня ожидается захват Тебриза «демократами». Вали Азербайджана Баят и командующий иранскими войсками в Тебризе генерал Алекпер Дарахшани заявили Янгу, что они не в силах защитить город, и ограничатся обороной дома вали и военных казарм, что в Тебризе будет проведено первое заседание «Азербайджанского Меджлиса», и что на собрании будет избран кабинет из 10 министров. Собрания демократов в Тебризе охраняются людьми, одетыми в форму советских солдат. Янг лично видел, как иранские военные части, желающие покинуть Тебриз, не были пропущены через дорожный пост, контролируемый русскими. Кроме того, он ознакомился с официальным военным рапортом, только что полученным из Ардебиля. В рапорте говорится, что расположенные там советские войска перекрыли путь и вернули обратно армейскую машину, спешащую на помощь подвергнувшемуся нападению жандармскому участку. Советское командование запретило иранскому командованию передислоцировать свои войска. Все населенные пункты Азербайджана, за исключением Ризаийи, де-факто контролируются демократами. Иранские государственные чиновники заявили Янгу, что они уже ничего не контролируют. Государственные чиновники заявили, что последние действия демократов оказались гораздо более активными, чем ожидалось»[12].

Прибывшие в Тегеран в связи с азербайджанским кризисом английские журналисты, в сопровождении пресс-секретаря посольства были приняты 10 декабря премьер-министром Ибрагимом Хакими. На вопрос о путях выхода из создавшейся ситуации, премьер ответил: «Война уже давно окончена. Нет никакой необходимости для пребывания войск союзников в Иране. Если три великие державы выведут свои войска из Ирана, тогда правительство получит необходимую свободу действий, проведет в стране реформы и обеспечит спокойствие. Тогда Иранское правительство докажет Советскому Союзу и всему миру, что оно готово строить дружеские отношения с СССР». Британские журналисты также спросили, не желает ли премьер обратиться с просьбой о направлении в Иран специальной комиссии для изучения положения дел на месте. Премьер ответил, что надеется на разрешение конфликта путем переговоров с Советским Союзом. В то же время он отметил, что приветствует любые проявления внимания к этой проблеме со стороны Организации Объединенных Наций[13].

11 декабря уже вся территория Азербайджана находилась под контролем АДП. Федаины заняли Марагу, Сараб, Бостанабад, Маранд и Софиян. Тебриз был окружен, всякая связь с расквартированными там войсками была прервана. Завершились последние подготовительные мероприятия по открытию сессии Милли Меджлиса и формированию Национального Правительства. Проект внутреннего устава Национального Меджлиса, подготовленный ЦК ДПА и Национальным Комитетом, был передан М.Дж. Багировым И.Сталину, В.Молотову, Л.Берия и Г.Маленкову. Устав, состоявший из 39 статей, был одобрен в Баку и в Москве без серьезных замечаний[14]. Предложение Пишевари и Шабустари об образовании парламентских комиссий по бюджету и народному законотворчеству, в дополнение к ранее согласованным комиссиям парламента, не были одобрены в Баку. М.Дж. Багиров дал указание не создавать никаких комиссий, кроме ранее согласованных. В то же время М.Дж. Багиров рекомендовал не допускать беспорядков в Тебризе во время заседаний Меджлиса. По ходу выполнения секретного постановления ЦК ВКП(б) от 6 июля 1945 года «О мероприятиях по организации сепаратистского движения в Южном Азербайджане и других областях на севере Ирана» член бакинской тройки в Тебризе Мирза Ибрагимов, народный комиссар внутренних дел Мир Теймур Якубов, комиссар государственной безопасности Степан Емельянов представили М.Дж. Багирову свои предложения по поводу дальнейшего развертывания событий. В документе было записано: «Направляем проект предложений о главной задаче второго этапа национально-освободительного движения в Иранском Азербайджане, подготовленный по Вашему поручению». Программа действий, выработанная по ходу обсуждений между ответработниками из Советского Азербайджана и лидерами АДП, включала открытие 12 декабря первой сессии Азербайджанского Милли Меджлиса и формирование кабинета правительства автономного Азербайджана. В период с 15 по 20 декабря предусматривалось подчинение реакционных чиновников новому Азербайджанскому правительству и на этом планировалось завершение первого этапа национально-освободительного движения в Азербайджане. В документе указывалось, что лидеры ЦК АДП и руководители Национального Комитета озабочены дальнейшим ходом автономистского движения в Иранском Азербайджане и тем, какую форму оно может принять. В результате анализа первого этапа национально-освободительного движения указывалось, что даже в случае, если шах и Иранское правительство официально признают автономию Азербайджана, вывод советских войск за пределы Северного Ирана может в корне изменить ситуацию. По мнению лидеров АДП, любое правительство в Иране, воспользовавшись выводом Советских войск, может силой оружия ликвидировать автономию Азербайджана [15]. Руководители Советского Азербайджана также были согласны с мнением демократов. Они объясняли позицию официального Ирана тем, что правительственные круги, общественно-политические силы этой страны заражены великодержавным фарсидским шовинизмом. В предложениях, направленных М.Дж.Багирову, говорилось: «По их (руководителей демократов - Дж.Г.) твердому убеждению единственной гарантией защиты национальных прав азербайджанцев, живущих в Иранском Азербайджане, может быть создание самостоятельного народно-демократического государства типа Монгольской Народной Республики». Поэтому, развитие самих событий и твердолобая позиция реакционного Тегеранского правительства по отношению к требованиям азербайджанского народа неизбежно приведет к созданию самостоятельного народно-демократического правительства в Иранском Азербайджане. «С целью ликвидации исторической несправедливости и удовлетворения вековой мечты и чаяния азербайджанского народа, мы считаем правильными предложения национального комитета и ЦК Азербайджанской демократической партии о главной задаче 2-го этапа национальной освободительной борьбы в Иранском Азербайджане - создание государственности типа Монгольской Народной Республики» [16]. Спустя примерно месяц в документе, озаглавленном «Требования Азербайджанского народа» и подписанном лидерами Национального Правительства во главе с С.Дж. Пишевари, идея независимости получила дальнейшее развитие. В нем говорилось: «Мы должны, полностью отделившись от Ирана, организовать свое независимое государство на демократических основах, т.е. создать Азербайджанскую национально-демократическую республику. Наша страна должна именоваться Азербайджанской национально-демократической республикой»[17]. А объединение Азербайджана на следующем этапе неоднократно подчеркивалось в ходе обсуждений лидеров Демократической партии и Советского Азербайджана. Тайно и явно боровшийся против образования АДП и независимости Азербайджана и снабжавший Советское руководство секретными материалами один из лидеров Партии Туде Ардашир Ованесян позднее говорил: «Зародившееся в Азербайджане движение было результатом личных планов М.Дж. Багирова и С.Дж.Пишевари и разворачивалось под их диктовку. Я был полностью против этого движения. Багиров хотел объединить пятимиллионный Южный Азербайджан с трехмиллионным Северным и самолично здесь править».[18].

Развитие Азербайджанских событий примерно в таком направлении предполагали и политические, и военные круги Ирана. Начальник Генерального штаба генерал Гасан Арфа в опубликованных за рубежом мемуарах пишет: «Начался процесс отделения этого региона от Ирана и присоединения к Советскому Азербайджану»[19].

Наконец, после серьезной подготовки и согласований с Советским политическим руководством, 12 декабря 1945 года (21 Азера 1324 года) в 9 часов утра в Тебризском кинотеатре «Дидабан» открылась первая сессия Азербайджанского Милли Меджлиса. Таким образом, важнейшее событие в истории и судьбе Азербайджанского народа -день «21 Азера» стало достоянием истории. В сообщении Азербайджанского Телеграфного Агентства из Тебриза в Баку отмечалось: «Памятные даты бывают в биографии каждого человека, их много в истории каждого народа и государства. Для 5 миллионов азербайджанцев, живущих в Северном Иране, навсегда будет памятен день 21 Азера (12 декабря)»[20].

На первой сессии участвовали 76 из 95 депутатов, избранных со всех уголков Азербайджана. Из дипломатических представителей присутствовали работники советского Генконсульства, французский дипломатический представитель, он же руководитель французской католической миссии, а также чиновники генерал-губернаторства. Заседание открыл старейший депутат, крупный помещик Низамуддовла Рафии. После избрания временного президиума меджлиса, был постатейно обсужден внутренний устав Меджлиса. Наиболее оживленному обсуждению подверглась статья 35 устава, предусматривающая наличие кабинета министров из 10 министров во главе с премьер-министром. Ряд депутатов, в том числе депутаты из Миане и Маранда, требовали создать министерство иностранных дел. Председательствующий С.Дж.Пишевари объяснил, что Азербайджан добился своей автономии, но остается в составе Иранского государства, а потому в создании министерства иностранных дел нет необходимости. Большинством голосов Меджлис не счел необходимым создание министерства иностранных дел.

Путем голосования Устав был утвержден единогласно. Затем тайным голосованием Меджлис избрал постоянный президиум в составе: Мирза Али Шабустари (председатель Милли Меджлиса), Садыг Падеган, Н.Рафии и Гасан Джевдет в качестве заместителей председателя, Миррагим Вилаи и Мухаммед Азими в качестве секретарей Меджлиса, Алиаскер Дибаиан, Садыг Дилмагани и Мурадалихан Баят Маку были избраны в качестве членов президиума.

М.А.Шабустари, в соответствии со статьей 33 Устава Меджлиса, предложил поручить формирование правительства Азербайджана лидеру Демократической партии С.Дж.Пишевари, получившему большинство голосов во время выборов.

Во время заседания явились два представителя от жандармерии города Тебриза с ответом на ультиматум о разоружении, предъявленный Жандармскому управлению партизанами. Они заявили, что жандармерия приняла условия ультиматума партизан. Парламент поручил двум депутатам - Гуламу Яхья Данешиан и Вилаи официально оформить сдачу жандармским управлением оружия. На этом утреннее заседание завершилось. Собравшиеся у кинотеатра «Дидабан» жители Тебриза встретили депутатов аплодисментами[21].

Основным вопросом вечернего заседания 12 декабря было формирование Азербайджанского Национального Правительства. По представлению С.Дж.Пишевари кабинет министров был утвержден в следующем составе: Сеид Джафар Пишевари - премьер-министр, Саламулла Джавид - министр внутренних дел, Гуламрза Илхами -министр финансов, Рза Расули — министр экономики и торговли, Джафар Кавиан - министр ополчения, Гасан Оренги - министр здравоохранения, Мирза Раби Кябири - министр почт и телеграфа, Юсиф Азими - министр юстиции, Джавид Мехташ - министр сельского хозяйства, Мухаммед Бирия - министр просвещения[22]. Позднее Гасан Джавдет заменил Рзу Расули. На этом же заседании Зейналабдин Гиями был утвержден председателем Верховного суда, а Фирудин Ибрагими - прокурором Азербайджана. Окончив формирование кабинета, М.Дж.Пишевари представил программу правительства[23].

С.Дж.Пишевари так формулировал задачи нового правительства: «Азербайджанское Национальное Правительство, будучи создано для счастья и благополучия народа, призывает всех быть деятельными, справедливыми, беречь мир и порядок, сохраняя между собой братские отношения...От каждого требуется служение народу и стране, отдача сил на благо будущего Азербайджана. А государство постарается создать ему приемлемые условия». Функционирующим в Тебризе дипломатическим правительствам было объявлено, чтобы они продолжали свою деятельность в соответствии с общепринятыми международными правилами. «Национальное государство также не пожалеет усилий по охране спокойствия и имущества граждан зарубежных демократических государств»[24].

На следующее утро после образования Азербайджанского правительства мэр Тебриза Ровшани известил советского Генерального консула А.Красных, что М.Баят дал указание армии, полиции и жандармерии без сопротивления подчиниться демократическому правительствую, считая бессмысленным проливать кровь. Ровшани также сообщил, что Баят считает необходимым считаться с демократическим правительством, так как это дело народа, и Ровшани полагает, что Баят готов сотрудничать с Азербайджанским демократическим правительством, как представитель центрального правительства. В тот же вечер он встретился с американским консулом и обсудил с ним сложившееся положение. 13 декабря было получено сообщение, что Баят срочно готовится к выезду в Тегеран. По этому поводу он обратился к Красных за содействием в предоставлении ему самолета через «Интурист». Генконсул Красных дал такое распоряжение. Мэр Ровшани от имени Баята также просил во избежание отдельных эксцессов, грабежей и беспорядков в городе не отказывать в помощи Красной Армии. Красных дал положительный ответ. По этому поводу М.Д.Багиров писал Сталину: «Считаем ответ Красных неудачным и дали нашим военным товарищам вновь указание не вмешиваться в происходящие дела, тем более, что порядок в городе обеспечен самими демократами»[25].

После образования Национального Правительства пребывание вали М.Баята в Тебризе стало бессмысленным. Поэтому было принято решение направить к Баяту официальную делегацию с требованием покинуть пределы Азербайджана. В свою очередь Баят, не имея никакой опоры и помощи, не счел возможным сопротивляться, а потому заявил о своем согласии[26].

13 декабря, после шестнадцатидневного пребывания в Азербайджане, М.Баят вместе с 6 журналистами из тегеранских газет покинули Тебриз[27]. На аэродроме его провожали Пишевари и секретарь Советского консульства. По этому поводу С.Дж.Пишевари вспоминал: «Чтобы подчеркнуть разумную непредвзятость наших отношений, мы проводили его до аэродрома. Там я лично заявил ему, что при условии принятия Тегераном наших условий, мы готовы в любой момент начать переговоры с тегеранским правительством»[28].

После отъезда Баята лидеры Национального Правительства переехали в его резиденцию. В ночь на 12 декабря по дороге в Марагу, недалеко от Тебриза партизанами был задержан следовавший на автомашине английский консул в Тебризе Уолл. Очевидно, что под предлогом поездки в Марагу он хотел разведать ситуацию вокруг Тебриза. На предложение вернуться в Тебриз Уолл ответил отказом и настаивал на встрече с начальником партизанского отряда. Всю дорогу до местечка Уску Уолл через своего переводчика выпытывал, откуда у партизан оружие, много ли партизан. Он заявил: «Тегеран не дает автономию Азербайджану...У Вас нет денег, Вы не сможете существовать»[29]. Начальник партизанского отряда немедленно пропустил Уолла, который ночью прорвался в Курдистан.

В ночь с 12 на 13 декабря завершился процесс разоружения жандармов. После вечернего заседания Меджлиса начались переговоры между представителями Национального Правительства и командиром Тебризской дивизии генералом Дарахшани. В ходе переговоров Дарахшани согласился подчиниться Азербайджанскому правительству. Он дал приказ войскам, даже в случае проникновения федаев в военный городок, не открывать огонь. Для окончательного решения проблемы он попросил срок до 900 13 декабря. Однако к установленному сроку он не явился в правительственную резиденцию. К 1200 его лично вызвал к себе Пишевари. На требование Пишевари принять предложение правительства о подчинении дивизии и сдаче оружия Дарахшани просил дать ему возможность подумать полтора часа. Пишевари согласился. По истечении срока Дарахшани вновь не явился, а по телефону просил дать ему еще сутки на обдумывание. Пишевари категорически отказался. После окончания переговоров с Пишевари, Дарахшани обратился с письмом к командиру советского корпуса генерал-лейтенанту Глинскому, в котором известил его, что город окружен многочисленными вооруженными людьми. В случае атаки с их стороны, дивизия будет обороняться.

На вечернем заседании Милли Меджлиса Пишевари доложил о действиях Дарахшани и охарактеризовал их как шаг к кровопролитию. Срочно были подготовлены листовки, разъясняющие населению провокационное поведение Дарахшани. Депутаты поклялись в верности Правительству и Азербайджанской автономии. Они поклялись перед Кораном, что будут свято выполнять решения Меджлиса и с честью будут служить своему народу. К командованию советской 4-ой армии обратились с просьбой: для успешного разоружения дивизии выделить в помощь командирам партизанских отрядов четырех хороших инструкторов и переводчиков. Однако командующий Бакинским Военным округом генерал армии Иван Масленников запретил делать это. В его приказе отмечалось: «Никаких инструкторов не выделять. Глинскому совершенно в происходящие события не вмешиваться, заниматься руководством боевой подготовки корпуса, в соответствии с моими личными указаниями. Атакишиев располагает всеми другими возможностями и ни в коем случае без моего разрешения ни одного солдата и ни одного офицера ему не давать» [30]. Заместителю комиссара государственной безопасности Азербайджанской ССР генералу А.Атакишиеву было поручено не переходить к активной деятельности против гарнизона Дарахшани, а блокировать гарнизон, лишив его воды и продовольствия. По мнению советников, в таком случае солдаты сами сложат оружие. Одновременно, правительству было рекомендовано привлечь к процессу разоружения гарнизона влиятельных людей и использовать все мирные средства.

Дарахшани не смог договориться с Тегераном. В телеграфном сообщении на имя премьера Хакими он указал, что если к 9 часам вечера 13 декабря гарнизон не сдастся, то демократы при поддержке советских войск атакуют иранские военные части. Хакими поручил военному министру генералу Риязи вместе с начальником Генштаба Арфа подготовить приказ о сдаче дивизии. После долгих обсуждений премьер-министр сам подписал «позорный» приказ и направил его Дарахшани. Но было уже поздно! За два часа до отправки приказа Дарахшани сдался[31].

В 8 часов вечера 13 декабря Дарахшани по телефону попросился на прием к Пишевари, который принял его в присутствии Шабустари, Джавида, Бирии и других. Дарахшани заявил о своем согласии подчиниться вместе с Тебризским гарнизоном. Однако он отказался дать соответствующий приказ командирам бригад в Резайе и Ардебиле, ссылаясь на подчинение этих бригад непосредственно Тегерану. Дарахшани также передал желание группы офицеров уехать в Тегеран и просил дать им гарантии безопасности. Такая гарантия была дана. Пишевари и Дарахшани подписали документ о подчинении иранской дивизии в Азербайджане Национальному Правительству и ее разоружении. В документе отмечалось: «Войска Тебризского гарнизона полностью подчиняются национальному правительству Азербайджана; немедленно слагают свое оружие в склад под охрану партизан; без разрешения национального правительства войска не выходят из своих казарм; офицерам, не желающим продолжать службу в Тебризе, будет разрешен выезд в Тегеран; офицерам и солдатам, остающимся служить, оружие будет возвращено после принятия присяги»[32]. Членам нового правительства Илхами и Джавиду было поручено направиться в казармы, переговорить с офицерами и принять от них оружие. После подписания документа Дарахшани заявил, что он больше не хочет возвращаться в дивизию и просил Пишевари разрешить ему переночевать в помещении национального правительства. Ему была предоставлена возможность ночевать у председателя Азербайджанского Меджлиса М.А.Шабустари.

Пришло распоряжение от М.Дж.Багирова, чтобы солдат дивизии не вооружать пока не будет произведено полное разоружение иранских гарнизонов, и, в первую очередь, бригад в городах Ардебиле и Резайе. Солдат и офицеров дивизии, желающих разойтись по домам, не задерживать, чем облегчить положение с продовольственным снабжением и материальным обеспечением[33].

Утром 14 декабря партизанские отряды организованно вошли в Тебриз. Премьер-министр С.Дж.Пишевари объявил, что все учреждения и предприятия целиком находятся в руках Национального Правительства. В связи с наступлением религиозных траурных дней месяца Мухаррам, Милли Меджлис приостановил работу на одну неделю.

На этом осуществленная под военной, политической, дипломатической опекой и активном участии СССР первая стадия национально-освободительного движения в Южном Азербайджане -процесс завоевания власти - завершилась[34]. По мнению С.Дж.Пишевари, в результате стремительного развития событии «с ликвидацией двоевластия в Азербайджане и передачей полномочии , руки народного Национального Правительства не только Азербайджане, но и во всем Иране началась новая эпоха»[35].

Стр.| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 |