Как отмечалось выше, советская историческая наука достигла значительных успехов в исследовании проблем генезиса феодализма в Закавказье. В задачу исследования не входило изучение генезиса феодализма в Азербайджане. Эта проблема должна явиться предметом специального исследования на более широкой источниковой и исследовательской базе. Эта работа, в свою очередь, должна явиться лишь одной из тех работ, которые в будущем и составят исследовательскую базу такой важной, сложной, многоплановой проблемы, как генезис феодализма в Азербайджане. Перед нами стояли конкретные задачи.

В то же время заметим, что, учитывая современные достижения советской исторической науки в исследовании генезиса феодализма в Закавказье, мы рассматривали различные аспекты исторического развития Кавказской Албании в IV-VII вв. н.э. как раннефеодального государственного образования.

Вопросы раннесредневековых общественных отношений относятся к числу таких, по которым сохранилось мало конкретных данных и которые еще ждут своего полного и всестороннего решения.

Основой социальных отношений раннесредневековой Албании были антагонистические отношения феодальной собственности. По Егише, социальным фундаментом Албании тогда были крестьяне (68, гл. II; 331, с. 103; 341, с. 26; 389, с. 186-189). Подтверждая это сообщение, М. Каганкатваци в то же время сообщает, что крестьяне делились на земледельцев, скотоводов (79, кн. I, гл. 26; 451, с. 185; 331, с. 103; 341, с. 26) и садоводов (79, кн. I, гл. 11, 26; 451, с. 185; 331, с. 103; 341, с. 26). Среди людей труда были и рыбаки (79, кн. II, гл. II, 14). По своему социальному положению крестьяне делились на имущих (туаник), середняков (тарапял), бедняков (79, кн. I, гл. 26), простолюдинов (рамиков) (79, кн. I, гл. 26; 331, с. 103; 341, с. 26), чернь (79, кн. I, гл. 26; кн. 26; кн. II, гл. 11,14). Каждая деревня Албании имела старшину (79, кн. I, гл. 26; кн. II, гл. 14).

Фавст Бузандаци (87, кн. V, гл. 4; 331, с. 103; 341, с. 21, 26) и М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 19, 23; кн. И, гл. 10, 16; 331, с. 103; 341, с. 21-26) констатируют наличие в Албании ремесленников. Имелись в ней и торговцы (79, кн. II, гл. 16; 341, с. 27). Вероятно, близки к ремесленникам были в то время албанские архитекторы (79, кн. II, гл. 2; 341, с. 27).

Господствующий класс Албании того периода представлял собой верхушку военно-феодальной иерархии (332, с. 94-95; 341, с. 26-27). О нем сообщает армянский историк Егише (68, гл. I) и М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 17). По Егише, в Албании были начальники (хазарапеты) (68, гл. III). Это утверждение не расходится с данными, приводимыми М. Каганкатваци, Фавстом Бузандаци, Себеосом, М. Хоренаци (79, кн. II, гл. 14; 87, кн. V, гл. 4, 5; 81, отд. III, гл. 35, 38; 76, кн. I, гл. 29; кн. II, гл. 22, 45; кн. III, гл. 37; 331, с. 103; 341, с. 27). Л. Парпеци (74, кн. III, гл. 87; 331, с. 103). Он утверждает, что в Албании были не только рядовые воины, что согласуется со сведениями М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 8, 12; кн. И, гл. 21), но и знатные воины (68, гл. III), "люди знатные" (68, гл. I, II), что также подтверждает М. Каганкатваци (79, кн. II, гл. 21; 451, с. 186).

Отдельные отрывочные данные раннесредневековых письменных источников позволяют высказать некоторые суждения о феодальных социально-экономических отношениях Албании, как основе ее строя (451, с. 289; 331, с. 101-103; 341, с. 26-29; 185; с. 67-68; 343, с. 32 и далее; 387, с. 62-65; 75-82; 389). Из сообщений Агафангела, Корюна, Л. Парпеци, Себеоса, Гевонда, Асогика (65, с. 462; 69, с. 20; 74, кн. II, гл. 2; 81, отд. III, гл. I, 38; 82, гл. III; 84, кн. И, гл. 2; 331, с. 101-102; 341, с. 26) явствует, что в Албании были князья. Албанский историк тоже в свою очередь свидетельствует, что в Албании имелись князья-ишханы (79, кн. I, гл. 17; кн. II, гл. 10, 39; см.: 451, с. 289; 331, с. 102; 341, с. 26; 389, с. 198-199). У Парпеци же есть сведения о существовании в Албании младших князей-ишханов сепухи (74, кн. И, гл. 25; 331, с. 102). М. Хоренаци (76. кн. III, гл. 6; кн. И, гл. 45; 331, с. 102) и Гевонд (82, гл. III; 331, с. 102) отмечают, что в Албании были вельможи. М. Каганкатваци также пишет о вельможах-нахарарах Албании (79, кн. II. гл. 3: 14, 36; 451, с. 289; 331, с. 102), родоначальниках, людях царской крови (79, кн. II, гл. 3, 14, 36, 451, с. 289; 331, с. 102).

Егише, М. Хоренаци, Л. Парпеци и Асогик (68, гл. III; 76, кн. Ш, гл. 3, 54, 60; 74, кн. И, гл. 25; 84, кн. I, гл. 5; 331, с. 102; 341, с. 26) говорят о правителях в Албании. В частности, Асогик сообщает о наличии в Албании наместников (84, кн. I, гл. 5). Эти данные армянского историка подтверждает М. Каганкатваци (79, кн. II, гл. 36; 341, с. 26). По Фавсту Бузандаци, в Албании имелись еще и владетели (76, кн. IV, гл. 50; 331, с. 102). И эти сведения находят подтверждение у М Каганкатваци (79, кн. И, гл. 10; 451, с. 289; 331, с. 102; 341, с. 26).

По Егише, Корюну и Л. Парпеци (68, гл. I, II; 69, с. 19; 74, кн. II, гл. 27; 331, с. 106; 341, с. 26; 389, с. 197-198), составной частью албанского раннефеодального общества являлись люди свободные -азаты. Такого же рода данные приводит Моисей Каганкатваци (79, кн. II, гл. 27; 331, с. 106; 341, с. 26; 389, с. 197-198).

Исключительно трудно на базе ныне доступных источников проследить хотя бы в общих чертах процесс установления феодальной собственности на основное средство производства - землю в раннесредневековье (494; 501; 403, т. II, с. 303-310; 451, с. 185; 331, с. 104-105; 341, с. 28-29; 189, с. 155-156; 185, с. 62-63; 389, с. 208-246). Однако известно, что значительные площади обрабатываемой земли в Албании принадлежали наследственно албанским царям (79, кн. I, гл. 10). Последние имели коронную земельную собственность, а также собственность (поместья) членов царской семьи. По М. Каганкатваци, албанский царь Ваче владел тысячью дымов (семейств), которые подарил ему отец в детстве (79, кн. I, гл. 10; см.: 331, с. 104-105; 341, с. 64). Отрекшись от престола, Ваче ушел, взяв с собой"... только собственную долю, полученную от отца - тысячу семейств" (79, кн. I, гл. 10; см.: 331, с. 104-105:, 341, с. 64). Этот же историк сообщает, что персидский царь Иездигерд III дал Джаванширу "... в услужение деревни с жителями и реки с рыбой" (79, кн. II, гл. 18; 331, с. 104-105; 341, с. 28), что село Лютакан было собственностью царя Вачагана III (79, кн. I, гл. 21; 331, с. 104-105; 341, с. 28), что в Албании у членов царской семьи имелись поместья. У царя Вачагана III была дочь по имени Хынчик, "ей он построил поместье" (79, кн. I, гл. 23; 331, с. 105, 341, с. 28),

Как известно, характерным для феодализма являлось церковное землевладение. Самым крупным землевладельцем после албанского царя была албанская церковь (79, кн. I, гл. 11, 29 (канон 6); см.: 189, с. 196; 185, с. 62; 389, с. 221-223 и 246). Имели свои владения, поселения и "азаты" Албании (79, кн. 1,гл. 26; см.: 331, с. 105; 341, с. 28; 343, с. 32; 389, с. 243), албанские вельможи (79, кн. I, гл. 16, 17; см.: 403, т. II, с. 308; 331, с. 105т 341, с. 28; 389, с. 221-225, 243-244). В Албании были и крестьяне, которые владели "пашнями и садами" (79, кн. 1,гл. 26; 331, с. 105; 341, с. 28; 389, с. 246).

Население Албании облагалось трудовыми повинностями и налогами. Ценные сведения сохранил М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 26; 441, с. 185; 189, с. 156; 331, с. 105; 341, с. 29). По этому источнику крестьяне-землевладельцы и крестьяне-садоводы обязаны были давать церкви следующее: "Тот, кто богат, должны дать четыре грива пщеницы, шесть гривов ячменя и 16 кувшинов сладкого (вина)" (79, кн. I, гл. 26; 185, с. 63; 331, с. 105; 341, с. 29), середняки - "половину каравая хлеба и столько вина, сколько может" (79, кн I, гл. 26; 185, с. 63; 331, с. 105; 341, с. 29), а у "кого нет пашни или виноградника, с того (ничего) не брать" (79, кн. I, гл. 26; 185, с. 63; 331, с. 105; 341, с. 29). Крестьяне-скотоводы давали скотом". "... Тот, кто имеет в своем домашнем хозяйстве овец - одну овцу, трех овец -шерсть и одну головку сыра, а у кого лошадь - жеребенка, у кого крупный рогатый скот - теленка" (79, кн. I, гл. 26; 185, с. 63; 331, с. 105; 341, с. 29).

Кроме натурсбора свободные люди "азаты" давали церкви десятинную долю. Причем, "при сдаче десятинной доли азаты обязаны дать половину ее центральной церкви, половину же - своей церкви" (79, кн. I, гл. 26; 331, с. 105; 341, с. 29; 345, с. 93). После принятия христианства, при царе Урнайре, крестьяне-земледельцы и крестьяне-скотоводы стали давать церкви "десятинные доходы с гумна и садов, виноградников, пастбищ и стад и всех домашних животных" (79, кн. I, гл. И; 331, с. 105; 341, с. 29; 189, с. 156). Натуральный доход, собираемый с жителей Албании, шел в пользу церкви (79, кн. 1,гл. 26; 331, с. 105).

Кроме того, "миряне", свободные люди - "азаты", крестьяне, как и все население Албании, обязаны были ежегодно отслуживать обедни за упокой душ своих умерших, за что платили священникам и вносили пожертвования в пользу церкви. "Каждый благородный (свободный) или сельский житель или другой мирянин не должен пропускать ни одного ежегодного подношения в память умершего, в том количестве, сколько он может себе позволить, никто не должен лишать умерших доли их доходов" (79, кн. I, гл. 26; 185, с. 64, 67; 341, с. 73; 345, с. 93). Лица царской фамилии и "азаты" - люди свободные еще при своей жизни "за спасение своей души" должны были дать церкви "... одного коня, оседланного и с доспехами, и все, что может сам принести. Если он не даст этого в течение своей жизни, то его семья должна сделать после его смерти" (79, кн. I, 26). Из оставленного умершим имущества его приближенные должны были выделить определенную долю монастырям и церквам: "Если умерший человек имел лошадей, так тот должен дать церкви одну лошадь, которую он пожелает, если он имел крупный рогатый скот,- одного быка, какого он пожелает" (79, кн. I, гл. 26; 185, с. 64; 341, с. 74; 345, с. 93).

Давали также феодалам и церкви так называемые "пожалования" из поясов, браслетов, одежды, жемчуга, золота, ткани, редких животных, птиц, украшений (79, кн. II, гл. 18, 22; кн. III, гл. 11; 185, с. 66),

Присвоение прибавочного продукта господствующим классом и внешнеполитические интересы албанской знати обеспечивало албанское государство. Эта тема затронута в сводной "Истории Азербайджана", "Очерках истории СССР", в книге К. В. Тревер, а также в работах Т. М. Мамедова, 3. М. Буниятова, А. П. Новосельцева и Ф. Дж. Мамедовой (об этом более подробно см. во "Введении"). Но всестороннее исследование вопроса о государстве Албании IV-VII вв. по раннесредневековым источникам до сих пор полностью не завершено.

После захвата Сасанидами Закавказья в соседних с Албанией странах царская власть была уничтожена. Так было с Арменией: она стала провинцией Сасанидского государства (258, с. 79). Ряд исследователей считают, что Албания тоже была включена в состав Сасанидского государства и находилась в полной зависимости от него (402, т. I, с. 314; 274, с. 3; 185, с. 38; 239, с. 126; 325, с. 33). С этим мнением нельзя согласиться. Раннесредневековые письменные источники показывают иное.

В рассматриваемый период в Албании существовало государство, "царская власть" (451, с. 289-291; 341, с. 30-31; 332, с. 91-95).

По раннесредневековым источникам, государство это называлось Албанским царством, и Агафангел, Корюн, Фавст Бузандаци, Егише, М. Хоренаци, Л. Парпеци (65, с. 113,114,117,133,135; 69, с. 18-19; 87, кн. V, гл. 4, 5, 35, 43; 68, гл. X; 74, кн. II, гл. 35; 76, кн. III, гл. 37, 38, 54; см.: 341, с. 30), Айриванеци, Вардан, Асогик (78, с. 45; 83, с. 37, 100; 84, кн. II, гл. 2) отмечают в Албании самостоятельных царей до VII века включительно. Эти данные подтверждает М Каганкатваци (79, кн. I, гл. 6, 7, 10, 11, 13, 15, 17, 18, 19, 21, 22, 23, 26). Он отмечает, что в VII веке, когда не оказывалось прямого наследника или он не был подходящим, правители Албании избирались знатью. После смерти Джаваншира "правители, наместники, сановники, герцоги и все князья той страны собрались в присутствии католикоса Елиазара" и "... единодушно согласились избрать царем брата Джаваншира, Вараз-Трдата" (79, кн. II, гл. 36; 332, с. 92; 341, с. 30). Избрание албанских правителей сопровождалось соответствующей церемонией: "...все сановники, распустив эмблемы с изображениями животных на поднятых знаменах, при звуках труб посадили его на золотой щит и подняли трижды вверх, выкрикивая слова восхваления" (79, кн. II, гл. 4; 332, с. 92; 341, с. 30).

Из сообщений Фавста Бузандаци, М. Хоренаци и Асогика (87, кн. V, гл. 4; 76, кн. III, гл. 3; “4, кн. И. гл. I; 332, с. 92; 341, с. 30) ясно, что албанские цари венчались короной. Эти данные подтверждает албанский историк (79, кн. I, гл. 19; 332, с. 92; 341, с. 30). Корюн, Егише и М. Хоренаци (69, с. 19; 68, гл. III; 76, кн. III, гл. 54) указывают, что албанские цари имели свою резиденцию и царские дворы. Эти сообщения не расходятся с данными М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 19, 26; кн. II, гл. 2, 3, 28, 34; 332, с. 92; 341, с. 30). Так, по Егише, албанские цари имели зимнюю резиденцию в городе Халхале (68, гл. III; 332: с. 92; 341; с. 30), что тоже подтверждается М. Каганкатваци (79, гл. 2, кн. И, 332, с. 92; 341, с. 30).

Столицей царей Кавказской Албании до V века был город Кабала (319, с. 295, 451, с. 254; 333, с. 72), а с V века и до конца рассматриваемого периода, т. е. VII в.- город Барда (Партав) (79, кн. I. гл. 5; кн. II, гл. II; 333, с. 72; 341, с. 23, 39). Цари Албании имели знамена с "изображением животных" (79, кн. II, гл. 36), албанцы разукрашивали свои разноцветные знамена золотом, серебром и драгоценными камнями (79, кн. I, гл. 21).

Письменные источники сохранили мало сведений о жизни двора царей Албании. Только Корюн и М. Хоренаци (69, с. 19; 76, кн. III, гл. 54; 332, с. 92; 341, с. 31) отмечают, что при дворе царей Албании были священники. Это подтверждает М. Каганкатваци, сообщая (79, кн. I, гл. 19, 26; кн. II, гл. III; 332, с. 92; 341, с. 30), что царь "при дворе содержал много иереев, диаконов, чтецов и псаломопевцов, которые днем и ночью совершали службу святым" (79, кн. I, гл. 19; 332, с. 92; 341, с. 31). Албанские цари держали при дворе воинов, были окружены знатью (79, кн. И, гл. 21; 332, с. 92; 341, с. 31), притворе был ритор (79, кн. II, гл. 34; 332, с. 92; 341, с. 31).

Албанские цари скрепляли свои документы печатью на перстне: "... царь опечатал царской печатью-перстнем" (79, кн. I, гл. 23; 332, с. 92; 341, с. 31). Цари и другие правители Албании титуловались по-разному. Так, один из албанских епископов обращается к Джаванширу со словами:"... заботливый князь, всесильный вождь, эксконсул и патриций, господин Джаваншир, князь Албании" (79, кн. II, гл. 30; 451, с. 289-290; 332, с. 92). Джаваншир в письме к Константу II называет себя "спарапет и князь Албанский" (79, кн. II, гл. 20; 451, с. 290; 332, с. 92). В ответном послании византийский император обращается к нему со словами: "Властитель Гардмана, князь Албании, эксконсул и протонпатриций" (79, кн. II, гл. 21; 451, с. 290; 332, с. 92). Сасанидский царь называл Джаваншира аспарапетом Албанским (79, кн. II, гл. 18; 451, с. 290; 332, с. 92).

Албанские цари облачались в соответствующие пышные одежды, восседали на троне. М. Каганкатваци свидетельствует: "Когда же взошла утренняя звезда, он (Джаваншир) надел свои царские одежды и воссел на троне. Двери отворились и вошли воины, неся свое оружие, и стали позади него с обеих сторон. После того вошли со страхом по порядку знатные" (79, кн. I, гл. 21; 451, с. 290; 332, с. 92; 341, с. 31).

По Егише, некоторые-албанские цари находились в родственных отношениях с династией Сасанидов (68, гл. X; 332, с. 92; 341, с. 31-32). Эти сведения подтверждает М. Каганкатваци (79, кн. II, гл. 9; 332; с. 92; 341, с. 32).

В Албании при дворе царей творили суд. Историк сообщает об этом: "При его дворе собрался праведный суд и неподкупное правосудие над народом" (79, кн. II, гл. 21, 332, с. 92; 341, с. 32), и смертные казни приводились в исполнение по указанию царя (79, кн. II, гл. 26; 332, с. 92; 341, с. 32).

Имена многих албанских царей нам известны, но даты правления их пока точно не установлены. М. Каганкатваци и Айриванеци, К. Гандзакеци оставили списки царей и правителей Албании (79, кн. III. гл. 22; 78, с. 19; с. 19; 83, с. 99- 100; 341, с. 33). С начала рассматриваемого периода и до второй половины V в. здесь правила династия албанских Аршакидов (79, кн. I, гл. 16; 319, с. 294-295; 451, с. 145). Одним из албанских царей в начале IV века был Санат-рук. О нем пишут Фавст Бузандаци (87, кн. III, гл. 6-7; см.: 451, с. 191,194-197; 329, с. 91), М. Хоренаци, Асогик, Вардан (76, кн. III, гл. 3, 4, 5, 6, 9; 84, кн. II, гл. I; 73, с. 43; см.: 451, с. 188-190,195; 329, с. 91) и М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 12; 451, с. 188). Санатрук вел свое происхождение от аршакидской династии (87, кн. III, гл: 6; 76, кн. III, гл. 3). О короновании Санатрука, захвате им города Пайтакарана сообщают М. Хоренаци, Асогик, Вардан (76, кн. III, гл. 9; 84, кн. II, гл. I; 73, с. 43; 451, с. 189; 329, с. 91) и М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 12; 451, с. 180). По данным письменных источников, Санатрук был союзником Сасанидов и по повелению персидского царя Шапура II вместе с ним выступил против византийско-армянских войск (76, кн. II, гл. 9; 79, кн. I, гл. 12; 451, с. 190-191).

После Санатрука в Албании правили Вачаган I Храбрый и Ваче I. К сожалению, о них сохранились только скудные данные у М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 15; III, гл. 22; 78, с. 19).

Одним из албанских - аршакидских царей был Урнайр, о котором сообщают Агафангел, Фавст Бузандаци, М. Хоренаци и Айриванеци (65. с. 113; 87, кн. V, гл. 4, 5, 35; 76, кн. III, гл. 37; 78, с. 45; 332, с. 93; 341, с. 32-33).

Агафагел отмечал, что между албанским царем Урнайром и армянским царем Трдатом были дружеские отношения. "Армянский царь Трдат послал письмо царю албанов и пригласил его к себе в город Вагаршапат" (65, с. 113; 332, с. 93; 341, с. 33).

Царь Урнайр был родственником (зятем) сасанидского царя Шапура (310-379): "Урнайр, царь агванский, был мужем сестры персидского царя Шапуха" (79, кн. I, гл. 9; 319, с. 295; 332, с. 93; 341, с. 31-32). Этот династический брак содействовал обеспечению независимости албанского государства, сделал албанских царей союзниками Сасанидов. Урнайр в качестве союзника Шапура II совместно с ним сражался против войск Византии и Армении (87, кн. V, гл. 4; 76, кн. III, гл. 36-37; 79, кн. I, гл. 13; см.: 451, с. 199-200;329,с. 92).

При Урнайре христианство стало государственной религией Кавказской Албании (65, с. 114-115, 117, 133, 135; 79, кн. I, гл. 9, 11; 78, с. 45; 341, с. 49).

Об албанском царе аршакидской династии Арсвагене (Арсваг) сообщают Корюн, М. Хоренаци и М. Каганкатваци (69, с. 18; 76, кн. III, гл. 54; 79, кн. II, гл. 3; кн. II, гл. 22; 341, с. 33; 329, с. 93). Во время правления Арсвагена, в начале V в. вошла в употребление письменность Албании. Об этом сообщают Корюн и М. Хоренаци (69, с. 18; 76, кн. III, гл. 54; 330, с. 103). Аналогичные сведения о создании письменности Албании в V в. при царе Арсвагене приводят историк М. Каганкатваци, а также Асогик и Вардан (79, кн. II, гл. 3; 84, кн. II, гл. I; 73, с. 51; 330, с. 104).

При Арсвагене была открыта первая школа для обучения детей этой письменности. По его приказу "для обучения письменности" были собраны "дети из разных областей и местностей", которым было назначено "содержание на (их) пропитание" (69, с. 19; см.:330, с. 103).

После составления алфавита албанский епископ Еремия перевел религиозные книги на албанский язык, о чем свидетельствует армянский историк Корюн (69, с. 19; см.: 330, с. 103).

Об албанском царе Ваче II сообщают Егише, Айриванеци и М. Каганкатваци (68, гл. X; 78, с. 19, 47, 48; 79, кн. I, гл. 10-11,15-16, кн. III, гл. 22; 332, с. 93). По апологетической характеристике М. Каганкатваци, Ваче II был "широкоплеч, высокого роста, подобен ангелу, радостен (утешителен), воодушевитедь, ясен, красивее всех товарищей - сверстников своих" (79, кн. I, гл. 11; 341, с. 33). Он находился в родственных отношениях с сасанидским царем, будучи племянником (сыном сестры) Ормизда и Пероза (68, гл. X; 341, с. 33).

Царь Ваче II "... по своим отцовским (обычаям) традициям раньше был христианином, но Иездигерд, царь царей, насильно сделал его магом" (68, гл. X; 451, с. 214; 341, с. 63). После смерти Иездигерда Ваче II, недовольный политикой Сасанидов, в 457 г. восстал против них (68, гл. X; 79, кн. I, гл. 10; 451, с. 214; 341, с. 63). Не имея достаточных сил, чтобы противостоять Сасанидам, он отступил к проходу Чора. К нему примкнуло одиннадцать отрядов горских племен. Заключив с ними союз, Ваче II вел борьбу с Сасанидами: "Приступом взял он (Ваче П.- Т. М.) ущелье и перевел в эту страну войска мазкутов и заключил союз с одиннадцатью царями горных племен" (79, кн. I, гл. 10; 451, с. 214; 430, с. 34; 401, т. I, с. 36). Сасанидский царь Пероз, учитывая, что Ваче II не прекращает борьбу, призвал на помощь хайландуров. Большими сокровищами "он привлек их на свою сторону и с их помощью вел длительную борьбу с восставшими албанами" (68, гл. X; 79, кн. I, гл. 10; 403, т. И, с. 313; 451, с. 215; 423, с. 51). Но ему так и не удалось покорить албанского царя. "Хотя войска Ваче,- сообщает албанский историк уменьшились и рассеялись, но покорить его не могли" (79, кн. I, гл. 10; 451, с. 216).

Тогда Пероз пошел на переговоры и несколько раз пытался заключить с Ваче мир. В своем ответном письме албанский царь, упрекая Пероза за гонения против христианской знати, писал: "Я лучше буду нести их мучения, нежели отлучусь от общества христианского" (68, гл. X; 341, с. 64). Персидский царь просил царя Албании: "Пришли ко мне (твою мать родную), сестру мою и племянника моего (сына ее второго брака), которые прежде исповедывали ученье наше, но которых ты сделал христианами" (68, гл. X; см.: 341, с. 64). Ваче II отослал к Перозу "свою мать и жену (свою)... сам взял Евангелие, оставил всю страну на произвол и ушел" (68, гл. X; см.: 341, с. 64).

Пероз стал предлагать Ваче II все, что тот пожелает, лишь бы он остался в своем царстве.

Таким образом, вышеуказанные материалы показывают, что в тот период Сасанидское государство было заинтересовано в том, чтобы Албания была самостоятельным и сильным государством, могущим противостоять набегам через Дербентский проход кочевников, постоянно угрожавших северу владений Сасанидов.

Но албанский царь в 461 г. отрекся от престола, выговорил у Пероза тысячу домов, которые, как уже отмечалось выше, дал ему отец в детстве, покинул столицу, вернулся на землю своих предков в Чора, где и поселился. Как повествует благочестивый летописец, остаток своей жизни Ваче посвятил служению христианству. Егише пишет: "Поселился в нем с несколькими отшельниками и предался с такою ревностью служению богу, что даже, никогда не вспоминал, что он когда-нибудь раньше был царем" (68, гл. X; 451, с. 215; 403, т. II, с. 308; 341, с. 64). Эти сведения Егише повторяет М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 10; см.: 451, с. 215; 341, с. 64). Он приводит два апологетических письма армянского епископа Гюта к этому албанскому царю (79, кн. I, гл. 11; см.: 451, с. 216-217; 374, с. 88-90). У Каганкатваци о Ваче сказано и в "Книге имен властителей, показывающей ряд их от Иафета до третьего Вачагана" (79, кн. I, гл. 15; см.: 451, с. 217). М. Каганкатваци сообщает о том, что Ваче происходил из фамилии Аршакидов (79, кн. I, гл. 10; см. 451, с. 217). По сообщениям М. Каганкатваци и Айриванеци, этот албанский царь построил город Партав (Барда) (79, кн. I, гл. 10; 78, с. 47; см.: 451, с. 217).

После того, как Ваче II отрекся от престола, в 461 г. власть царя в Албании на короткое время была упразднена (79, кн. I гл 16* см.: 171, с. 21; 451, с. 215; 403, т. И, с. 314; 341, с. 65). Носителями верховной власти в государстве выступали тогда католикос и крупные феодалы.

Однако и после этого в Албании не прекращались антисасанидские восстания. Под их влиянием Сасаниды вынуждены были отказаться от политики, направленной на уничтожение государственной самостоятельности Албании.

Когда брат Пероза Валарш в 485 г. занял сасанидский престол, государство Сасанидов переживало экономический упадок. Аля обеспечения восстановления хозяйства страны Валарш решил заключить мирный договор с восставшими иберами, албанами и армянами. Представителям персидского царя, которым было трудно заключить договор, восставшие предъявили свои условия: управление должно быть предоставлено местной знати; властителем страны может-т5ьггь только лишь царь; предоставление всем свободы вероисповедания. Эти условия персидская сторона приняла, и в 485 году в деревне Нуарсах был заключен мирный договор (Нуарсахский договор) (74, кн. III, гл. 89).

Так в Албании была восстановлена царская власть. Царем был провозглашён Вачаган III (487-510 гг.)- последний албанский царь из рода Аршакидов. Сведения об этом находим у М. Каганкатваци: "Затем страна Албания отказалась (отреклась) от местной царской династии и признала (царем) Вачагана из царского рода Персии. Он был человеком великой доблести, мудрым, рассудительным, высоким, статным, был он сыном Йездигерда и братом царя Албании Ваче. Они приняли его и сделали царем..." (79, кн. I, гл. 17; 451, с. 225; 341, с. 65). При этом албанский царь Вачаган III "вследствие сильной злобы царя (Пероза), принужден был принять магизм, но тайно проводил в молитвах и постах и исповедание Христа..." (79, кн. I, гл. 17; 451, с. 225). После смерти Пероза Вачаган III "... свернул с греховного пути и совершил многие и разнообразные добродетельные поступки, обратив царство от злого дьявольского идолопоклонства на путь истинного служения господу, и искренним раскаянием он дополнил свою добродетель" (79 кн. I, гл. 17; 451, с. 225).

Вачаган III проводил политику укрепления царской власти в Албании. Исходя из этого, он подчинил себе и стал укреплять в Албании христианскую церковную организацию (См. об этом более подробно в главе "Религия IV-VII вв.").

Другим средством упрочения государственной власти, усиления христианства в Албании Вачаган III считал подготовку кадров грамотных чиновников и духовенства. С этой целью им были открыты училище, школа (79, кн. I, гл. 18).

Чтобы расширить масштабы влияния церкви на массы населения и укрепить царскую власть в стране, Вачаган III созвал в 488 году в Агуэне церковный собор. На нем присутствовали наиболее крупные феодалы и высшее духовенство. Собор вынес ряд важных решений, укреплявших положение христианской церкви и усиливавших ее влияние на народ (79, кн. I, гл. 26), которое осуществлялось через энтичные (епископальные) организации (79, кн. I, гл. 26).

Вачаган III уделял большое внимание христианской догматике, а также науке своего времени, переписывался с видными богословами (См. об этом в главе "Письменность и школа").

Укреплению религии служило и насаждение культа мощей. Так, мощи Григориса якобы были найдены в Амирасе именно при этом албанском царе (79, кн. I. гл. 23). Вачаган III построил в Амирасе церковь, на могиле Григориса была воздвигнута часовня (79, кн. I, гл. 23). Всего же по инициативе Вачагана III в Албании было построено 365 церквей (78, с. 48).

После восстания 572 г. Сасаниды должны были пойти на дальнейшие уступки албанской знати. Функции марзпана были ограничены фиском и вооруженными силами, а внутреннее управление Албанией вновь было предоставлено местной знати.

С конца VI века возвышается албанская царская династия Михранидов (171, с. 25). Основоположник ее Михран принимал участие в восстании, которое произошло в конце VI в. в Иране. Опасаясь преследований со стороны царя Хосрова II (590-628), Михран бежал из страны. М. Каганкатваци сообщает: "Затем Михран, родственник Хосрова, бежал: объединив под своей, властью верные ему области страны, перешел в Албанию, взяв с собой Около 30000 семейств, он вступил в провинцию Ути, близ великого города Партава..." . (79, кн. II, гл. 17; 451, с. 234; 185, с. 58; 341, с. 84). *. Хосров II, опасаясь, что Михран может объединиться с его врагами, направил ему письмо, в котором разрешал остаться в Албании. М. Каганкатваци отмечает, что Хосров II так писал об этом Мих-рану: "Брат мой, мой верный брат. Не удаляйся от меня во вражде. Если ты не благоволишь жить со мной, возьми себе в стране (Албании) аая жительства столько земли, сколько успели пройти твои ноги к тому времени, когда ты получишь это письмо" (79, кн. II, гл. 17, 451, с. 234; 185, с. 58; 341, с. 84). Письмо это "дошло до Михрана в холмистой области Гардман. Он взял, прочел его, очень обрадовался. Наблюдая за умеренной природой края, он с удовольствием остался там жить и построил там город и по своему имени назвал его Михраваном" (79, кн. II, гл. 17; 451, с. 234; 185; с. 58; 341, с. 84). Михран начал борьбу против местных правителей, о чем свидетельствует албанский историк: "Когда весна почти наступила, он отправился в верхние районы области Гардман, хитростью пригласил к себе двенадцать ее вождей (владетелей), предал их мечу и овладел страной (79, кн. II, гл. 17; 451, с. 235; 185, с. 58-59; 341, с. 85). Преемники Михрана ''... подчинили себе также дикие народы Кавказа..." (79, кн. II, гл. 17; 451; с. 235,185, с. 58-59; 341, с. 85).

Далее историк сообщает о потомках Михрана: "... У него (Михрана.- Т. М.) был сын Армаэл, который родил ему Варда; Вард родил Вардана Храброго... Он (Вардан) родил сына Варда, Вард родил Варазмана, принцессу Шушик и Вараз-Григора... Вараз-Григор имел четырех сыновей, которых звали Вараз-Перож, Джаваншир, Езуд-Хосров, Варазман" (79, кн. II, гл. 17; 451, с. 235; 185; с. 58-59; 341, с. 85).

Албанское население продолжало упорно бороться за сохранение своей самобытности. Примечательно в данной связи, что Вараз-Григор (628-636 гг.) хотя и был сасанидского происхождения, но, как правитель Албании, он должен был принять христианскую (монофизитскую) религию и был крещен албанским католикосом Виро (79, кн И, гл. 17).

В начале VII в. имела место война между Персией и Византией, во время которой Албания стала ареной военных действий и понесла значительный ущерб. Сведения об этих событиях мы находим у Себеоса, М. Каганкатваци и в грузинском источнике "Хроника Сумбата" (81, отд. III, гл. 26; 79, кн. II, гл. 10-12,14; 56, с. 42, 44, 127-128).

Во время совместного выступления византийского императора Ираклия и хазар против Албании царь Вараз-Григор, чтобы не допустить разорения страны, пошел на восстановление дружеских отношений с императором, объявив себя его союзником (56, с. 126-127; см.: 272, с. 27-28; 403; т. II, с. 319-320, 322), и принимает религию халкедонизма и тем самым переходит от монофизитства в диофизитство. Вараз-Григор поддерживал дружеские отношения и с сасанидскими правителями (79, кн. II, гл. 18).

После Вараз-Григора в Албании правил его сын Джаваншир (636-679). Во время его правления страна развивалась и крепла. Джаваншир "... от границ Иберии до ворот гуннских и до реки Араке правил как абсолютный монарх" (79, кн. И, гл. 21; см.: 451, с. 246; 185, с. 75; 341, с. 93). Он был искусным воином-полководцем (79, кн. II, гл. 18), тонким дипломатом, поддерживая дружеские связи с Арменией (81, отд. III, гл. 35), Грузией (79, кн. II, гл. 19) и другими государствами. При нем упрочились отношения с византийским императором Константином II (79, кн. II, гл. 20-22). Определенное время поддерживались также дружеские отношения с хазарским хаганом (79, кн. II, гл. 26) и арабскими халифами (79, кн. II, гл. 27, 28).

Джаваншир являлся одним из наиболее авторитетных государственных деятелей и политиков Кавказа. "В продолжение этих трех-десяти и трех лет Господь сделал благочестивого князя албанского победоносным. Он был уважаемым и почитаемым четырьмя завоевательными государствами и был не ниже этих властителей. Так как он был во всем велик и высок, то никто ребяческим поведением и легкомыслием не пренебрегал его могуществом" (79, кн. II, гл. 28).

Во времена правления Джаваншира в Албании развивалась наука и вся духовная культура. Возводились храмы и дворцы (79, кн. II, гл. 27; 330, с. 105). При дворе Джаваншира жил поэт Давтак. Это был человек, "обладавший искусством артиста, знаток, сильный в красноречии, преуспевший в насыщении поэзии, человек, который превосходно говорил, с богатой и красноречивой риторикой, чей язык был подобен перу скорописца" (79, кн. II, гл. 34; 330, с. 105). После смерти Джаваншира Давтак написал о нем хвалебную элегию (79, кн. II, гл. 34; 330, с. 105).

Умер Джаваншир в 679 году от тяжелых ран, нанесенных ему "... злобным Ениба, изменником Вараза" (79, кн. II, гл. 34; 451, с. 249).

После смерти Джаваншира, когда прошли дни траура, к албанскому католикосу Егиазару собрались на совещание начальники "родов", владетели областей, правители племен и вся знать страны и "единодушно согласилась избрать одного из главных вельмож, который был отмечен императорским титулом экс-консула и достиг ранга патриция. Его звали Вараз-Трдат, сын Вараз-Пероза, брат Джаваншира" (79, кн. II. гл. 36, 185, с. 102; 332, с. 92; 341, с. 95).

После избрания царем Вараз-Трлата (680-699) халиф Иазид I признал его "наместником восточных областей и правителем царства Албанского и провинции Ути" (79, кн. II, гл. 27; 185, с. 165).

Вараз-Трдат, как и его предшественник, вел осторожную политику с целью защиты страны от грабежей со стороны захватчиков и сохранения ее самостоятельности. Когда в 681 году, т. е. в первый гол правления Вараз-Трлата, многочисленные войска хазар во главе с Алп-Илитвером напали на Албанию (79, кн. II), албанский правитель направил к хазарам посольство (79, кн. II, гл. 36). Албанскому католикосу Егиазару удалось склонить хакана к "... миру и неразрывной дружбе" (79, кн. II, гл. 36). Но в последние годы правления Вараз-Трдата Албания утратила свою самостоятельность и стала зависимой от трех государств. "Он платил дань трем народам - хазарам, таджикам (арабам.- Т. М.) и грекам (Византии)" (79, кн. II, гл. 12; 372, с. 36; 189, с. 165; 185, с. 106).

Улучшив отношения с хазарами, Вараз-Трдат решил прекратить выплату дани византийцам и для этого вместе с сыновьями Гагиком и Варланом отправился в 699 году в Константинополь для переговоров (79, кн. III, гл. 12; 171, с. 96; 403, т. II, с. 533; 451, с. 250). Однако император Тиберий III, располагая данными о том, что Вараз-Трдат к тому времени сблизился с халифатом, заключил царя с сыновьями в крепость и продержал их там до 704 г. (79, кн. III, гл. 12; 171, с. 26; 403, т. II, с. 533; 451, с. 250).

В 705 г. войска халифа под командованием Мухамед ибн Марвана напали на Албанию и завладели ею. Албанский царь Шерой, последний из династии Михранидов, был схвачен и увезен в Сирию (79, кн. III, гл. 16; 451, с. 250; 185, с. 106). После этого Албанией стали управлять наместники халифа. Албания, как государство, потеряла свою самостоятельность.

О войске, на которое опиралось албанское государство, известно из ряда письменных источников. Об этом, в частности, писали Фавст Бузандаци, Егише, М. Хоренаци, Себеос и Асогик (87, кн. I, гл. 4, 5, 43; 68, гл. I, II, III; 76, кн. I, гл. 29; кн. II, гл. 8, 22, 37, 45; 81, отд. III, гл. 38, 35; 84, кн. I, гл. 5; 332, с. 94; 341, с. 34), а также М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 8,12, 21; кн. II, гл. 18; 332, с. 94; 341, с. 34).

По Егише и Каганкатваци, албанские воины имели тяжелые позолоченные щиты (68, гл. III; 79, кн. II, гл. 36; 451, с. 287; 332, с. 94; 341, с. 34). Фавст Бузандаци сообщает, что воины были вооружены копьями и мечами (87, кн. V, гл. 43; 451, с. 287; 332, с. 94; 341, с. 34). По Егише, военачальники были вооружены мечами и кинжалами, носили шлемы (68, гл. III, 451, с. 287; 332, с. 94; 341; с. 34). Эти данные армянских историков подтверждает М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 12; 451, с. 287; 332, с. 94; 341, с. 34).

Он сообщает, что албанские полководцы имели при себе копья и защищали свое тело броней (79, кн. I, гл. 12; 332, с. 94; 341, с. 34). Парадное вооружение полководца состояло из меча в драгоценных ножнах, двух золотых дротиков и двух щитов с золотыми рельефами, которые носили всегда перед ним: около полководца несли знамя, шли трубачи."... Согласно звания полководца дал ему знамя и звонкие трубы, два золотых дротика и два золоченых щита, которые носили всегда перед ним" (79, кн. II, гл. 18; 451, с. 288; 332, с. 94; 341, с. 34). Егише отмечает, что в составе албанских войск, кроме пехоты, была и конница (68, гл. II; 332,<с. 94; 341, с. 34). Повествуя о восстании закавказских народов против Сасанидов в 451 г., он описывает войско и военную организацию восставших. Из этих сообщений Егише видно, что в составе албанской пехоты были лучники и щитоносцы (68, с. 96; см.: 451, с. 288, 289), войско делилось на полки и отряды (68, с. 96; см.: 451, с. 288, 289). Каждый отряд имел свои знамена (68, с. 96; см.:/451, с. 288, 289). В полках были трубачи. Боевое построение албанских войск во время наступления было фронтальным (68, с. 96; см.: 451, с. 289). Когда войско оборонялось, устраивали укрепленный лагерь, располагались станом (68, с. 96; 451, с. 289).

Егише пишет, что в составе албанского войска были люди из свободных и именитых юношей - древней царской крови (68, гл. I; 332, с. 94; 341, с. 34). По Себеосу, Албания "имела многочисленное войско и гарнизоны" (81, отд. III, гл. 37; 332, с. 94; 341, с. 34). По Егише, Хоренаци, Асогику (68, гл. III; 76, кн. II, гл. 8, 9; 84, кн. I, гл. 5; 332, с. 94; 341, с. 34), албанское войско состояло более чем из десяти тысяч воинов, что подтверждает М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 12, 29; 332, с. 94; 341, с. 34). Между тем М. Каганкатваци в другой части своей истории отмечает, что албанская армия была "... в количестве 30 тысяч человек..." (79, кн. I, гл. 12; 451, с. 191; 341; с. 77).

Егише сообщает еще, что албанцы, "отправляясь на военную службу, ...брали с собой на войну священные книги и своих священников" (68, гл. I; 332, с. 94; 341, с. 34).

Об исторически сложившемся административно-территориальном делении Албании сохранились сведения ряда авторов (341, с. 35-37). Из свидетельства Агафангела, А. Ширакаци, Гевонда, М. Хоренаци и Вардана (65, с. 115; И, с. ар. 17, рус. 41; ар. 19, рус. 48; ар. 19, рус. 50; ар. 20, рус. 51; 76, кн. II, гл. 74; кн. III, гл. 54; 82, гл. XXI; 73, с. 40; 341, с. 35) видно, что Албания делилась на области, что отмечает и М. Каганкатваци (79, кн. I, гл. 21; кн. II, гл. 10,11,14,17, 22, 36, 37). У Ширакаци (11, с. ар. 17, рус. 41; ар. 19, рус. 50; ар. 20, рус. 51; 341, с. 36) сохранились сведения о том, что Албания была еще разделена на провинции или, как пишут Корюн и Фавст Бузандаци (69, с. 19; 87, кн. III, гл. 3; кн. IV, гл. 50,13; 341, с. 36), на области. Фавст Бузандаци отличает область от "страны" (87, кн. III, гл. 6; 341, с. 36). Вардан сообщает, что территория Албании была разделена на округи (73, с. 40; 341, с. 36). Фавст Бузандаци пишет, что Албания была разделена на княжества. Эти сведения подтверждают Агафангел и М. Хоренаци (67, кн. IV, гл. 50; 65, с. 115; 76, кн. II, гл. 8; 341, с. 36). Исторически сложившееся административно-территориальное деление более летально и подробно изложено в первой главе работы.

Представляют интерес данные о церковно-административном делении Албании. Об этом некоторые свидетельства сохранил албанский историк. Он отмечает, что Албания была разделена на епископства во главе с епископами (341, с. 38; 185, с. 66; см. также главу "Религия IV-VII вв.").

Анализ степени развития производительных сил и характера производственных отношений в Албании исследуемого периода дает возможность зафиксировать процесс зарождения феодальной земельной собственности (царское и церковное землевладение, земли, принадлежавшие азатам и вельможам) и определить номенклатуру феодальных правящих групп (князья, вельможи, азаты, военная знать, церковная знать - духовенство) и трудящихся (крестьяне, ремесленники, рыбаки, торговцы и др.).

Первоисточники свидетельствуют, что албанское государство IV-VII вв., продолжая традиции древней Албании, было суверенным и имело своих царей, проводивших самостоятельную политику.

Таким образом, раннесредневековые источники документируют основные черты государственно-политической структуры Азербайджана, характеризуя Кавказскую Албанию IV-VII вв. как суверенное государство, опиравшееся на феодальную и феодально-церковную знать, возглавляемое царскими династиями, имевшими свои резиденции, вооруженные силы, царский суд (332, с. 91-95; 341, с. 41).