§2.МУСУЛЬМАНСКАЯ КОНСТИТУЦИОННАЯ ПАРТИЯ

Довольно сложными, как уже отмечалось, были отношения кадетов с азербайджанской  либеральной  интеллигенцией, представители которой являлись членами бакинского отделения партии. Кроме перечисленных уже лиц, членами местного отделения кадетской партии стали К.Гаджинский,  К.Эфендиев и М.С.Гасанов.[1] В  своей речи, произнесенной на общем собрании членов партии и озаглавленной "Партия народной свободы и мусульмане города Баку", председатель бакинского отделения С.А.Вонсович отверг обвинения "высших сфер бакинского мусульманского населения в игнорировании к.-д. партией местных мусульман, представляющих весьма значительную и коренную группу населения города, в стремлении устранить их от всякого участия в избирательной кампании партии народной свободы."[2]  

В оправдание себе он привел доводы, в которых в свою очередь обвинил азербайджанских членов партии в пассивности и неучастии в заседаниях партии, несмотря на неоднократные обращения и воззвания местных кадетов к избирателям-мусульманам на азербайджанском языке. Хотя в этом заявлении и была доля правды, но председатель умолчал об основных причинах пассивного участия азербайджанской интеллигенции в деятельности партии народной свободы. Они заключались, во-первых, в действительном невнимании к потребностям коренного населения и прежде всего к такой важной проблеме, как уравнение его в правах с христианским населением России. Даже лозунги автономии Кавказа носили у кадетов больше абстрактный характер, в них не выделялись права отдельных национальностей. 

Второй причиной было активное участие в работе бакинских кадетов представителей армянской буржуазии и особенно их органа - газеты "Баку", которая после известных событий 1905 г. не могло не отразиться на отношении азербайджанских интеллигентов к местному отделению партии. Даже такой известный либерал и кадет по убеждениям, как А.М.Топчибашев, который на заседании ЦК кадетской партии в Санкт-Петербурге был признан членом Бакинского мусульманского комитета партии,[3] с местным отделением кадетов контактировал нечасто, предпочитая этому выступление о нуждах своего народа на страницах редактируемой им газеты "Каспий". 

Большому воодушевлению в  среде  азербайджанских либералов, впрочем, как и российских, способствовало издание царского рескрипта. 18 февраля 1905 г.. несколько дней спустя после бомбы эсера Каляева, разорвавшей на куски московского генерал-губернатора, был опубликован царский рескрипт министру внутренних дел Булыгину о созыве "достойнейших, доверием обличенных, избранных от населения людей" к участию в предварительной разработке законодательных положений, разумеется, "при неизменном сохранении незыблемости основных законов империи."[4]  

Газета "Каспий" посвятила этому событию передовицу, в которой назвала его главной основой всех мероприятий и реформ последнего времени.[5] Многочисленные статьи А.М.Топчибашева, посвященные этой проблеме, стали выражением надежд и чаяний всех сословий азербайджанского общества на коренное  изменение управления Кавказом и прежде всего "уравнение жителей Кавказского края в правах с населением всей России ,"[6]  

Кроме того, в рескрипте был обещан созыв Особого совещания избранных представителей от всех губерний России, что также вселяло надежды на учреждение основ парламентаризма, способного законодательной деятельностью разрешить многие проблемы национальных окраин. Подкрепило эти надежды и обещание Булыгина на встрече с депутацией Бакинской городской думы в Петербурге 2 апреля 1905 г., заявившего, что на совещание будут допущены не только представители Кавказа, но и Бакинской думы.[7]

Воодушевленные этими посулами, а также обещаниями вновь назначенного наместником на Кавказе графа И.И.Воронцова-Дашкова о введении земства на Кавказе, наиболее активные деятели азербайджанской либеральной интеллигенции начали петиционную кампанию. Первая  петиция "доверенных от мусульманского населения Закавказья" была написана в апреле 1905 г. А.М.Топчибашевым и представлена в Кабинет министров.[8] Под петицией стояли подписи А.Агаева, М,Векилова, Ш.Асадуллаева, А.Зиятханова, Г.Б.Зюльгадарова и др.[9] Петиция явилась по существу первой общенациональной программой переустройства Кавказа и властности, Азербайджана, на законодательных началах. Открыто заявляя о тех ограничениях, которые терпят мусульмане края в общественной и хозяйственной жизни, петиция ставила вопрос об их отмене, в частности, об увеличении числа гласных в городском самоуправлении, разрешении заниматься педагогической деятельностью, приеме в высшие учебные заведения. Особое место занимал вопрос о введении земства на Кавказе, которое авторы петиции предполагали осуществить на началах полного самоуправления при условии отмены ограничительных законов. Затрагиваюсь в петиции рабочие и крестьянские вопросы, а также демократические требования, заключающиеся в распространении на  мусульман свободы совести, слова и печати, собраний и союзов, неприкосновенности личности и жилища, введение всеобщего и бесплатного начального образования с преподаванием на родном языке.[10]

Царская администрация ответила на эту петицию изданием 17 апреля 1905 г. указа о предоставлении мусульманам права выборов муфтиев, казиев и приходского духовенства, а также свободы вероисповедания.[11] Естественно, такой ответ не мог удовлетворить азербайджанское общество, и петиционная кампания продолжалась. Вскоре за первой последовала вторая петиция от мусульман Елисаветпольской губернии в Петербург, затем наместнику на Кавказе была представлена петиция мусульман Закатальского округа, в сентябре того же года - прошение от мусульманского населения Шекн и Джеватского уезда.[12] В июне 1905 г.А.М.Топчибашевым была написана новая петиция и лично представлена гр.И.И.Воронцову-Дашкову. В ней вновь акцентировалось внимание на необходимости "уравнения мусульманского населения в политических, гражданских и религиозных правах с такими же правами коренного русского населения."[13]  

Наместник пообещал содействовать открытию школ на родном языке и изданию газет и журналов с отменой некоторых цензурных ограничений.[14] К тому времени уже было получено разрешение на издание газеты "Хаят" под редакцией А.Агаева и А.Гусейнзаде, а несколько позже — в 1906-1907гг. газеты "Иршад" и журнала "Фиюзат".[15] На страницах этих органов, наряду с "Каспием", нашли яркое отражение все направления азербайджанской общественной мысли, в том числе и довольно смелые выступления в защиту прав мусульман. Во многих из них проводилась идея о близости программы конституционо-демократической партии нуждам и мировоззрению мусульман. В своей статье, озаглавленной "Партии", А.М.Топчибашев призвал все вновь образовавшиеся партии и движения объединиться вокруг ''партии гражданской и политической свободы" (кадетов - И.Б.) для фактического осуществления программы Манифеста 17 октября и претворения в жизнь основ парламентаризма.[16] И только после установления конституционного строя выяснять отношения между собой и выставлять требования правительству. 

Восторженно отозвался А.М.Топчибашев и о съезде земских и городских деятелей, проходившем в Москве 6-13 ноября 1905 г. и названным им "первым конституционным собранием в России."[17] В подробно излагаемой им программе кадетов Топчибашев особое внимание уделил пункту о предоставлении местной автономии и представительных собраний с правом участия в осуществлении законодательной власти, в котором он видел основу переустройства России на федеративных началах.[18] В другой своей статье А.М.Топчибашев впервые открыто высказался даже за создание на Кавказе сейма с законодательными функциями, обеспечивающего самоуправление края в широких размерах.[19] Интересные мысли содержатся в одной из статей публициста А.Гасанзаде под название "Лучшее в работе — золотая середина".[20]  

Автор классифицирует существующие в России партии по четырем типам: конституционно-монархическая, конституционно-демократическая, социал-демократическая и социал-революционная. Острой критике подвергаются программы всех крайних партий, как монархистов (видимо, имеются в виду октябристы), так и с.-д. и эсеров. "Мы уверены,- пишет автор, - что молодые люди, называющие себя социалистами, сами не читали ни одной брошюры Маркса, Лассаля... Кроме того, социалистическая система правления пока еще не проведена в жизнь ни в Европе, ни в Америке, чтобы мы могли учиться на их примерах... И мы сегодня не вправе опереться на то, что неизвестно в Европе."[21] Как видим, дальнейший ход исторических событий полностью подтвердил правоту этих слов.

"Наиболее выгодной" для мусульман автор считает программу кадетской партии, которая хочет установить в стране более совершенное конституционное правление. Эта партия, по словам автора, считает революцию крайностью и предпочитает золотую середину. "Эту партию мы можем назвать благородной. И мы, мусульмане России, желая создать себе политическую партию, должны составить себе программу, в которой кроме политических, мы должны учесть и наши духовные особенности..., включающие в себя все нужды и требования мусульман России."[22]

Видя что собственные петиционные кампании и отдельные выступления увенчиваются минимальным эффектом, представители азербайджанской либеральной интеллигенции стремились к установлению тесных контактов с мусульманским населением остальных частей Российской империи, надеясь созданием единой партии добиться больших результатов в борьбе за свои права. Эти стремления были поддержаны крымско-татарской и казанской интеллигенцией, которая явилась инициатором создания Всероссийского мусульманского союза, конституировавшегося позже в партию.

В июне 1905 г. до 500 мусульманских деятелей со всех концов страны собрались в Чистополе под предлогом свадьбы сестры муллы Кемаля.[23] На превратившихся в общественное собрание торжествах, была принята резолюция, отстаивающая идею конституционной монархии при соблюдении свободы слова, собраний, а также осуществлении народного представительства со всеобщим и равным избирательным правом.[24] Было принято решение о создании мусульманского союза и о проведении первого его съезда в августе текущего года.

Первый учредительный съезд "Иттифаги-муслимин" ("Союза мусульман") состоялся 15 августа 1905 г. в Нижнем Новгороде.[25] Съезд. проходил нелегально на зафрахтованном пароходе "Густав Струве".[26] Председателем был избран выдающийся крымско-татарский общественный деятель и издатель газеты "Тарджуман" Исмаилбек Гаспринский. Открыл съезд А.М.Топчибашев. Об "Иттифаги-Муслимин", его съездах и деятельности в Государственной Думе существует довольно обширная историческая литература, поэтому нам бы хотелось остановиться лишь на некоторых вопросах организационной структуры и политической программе этого союза. Одним из основных вопросов на съезде был вопрос о создании мусульманской политической партии, способной объединить всех мусульман России как в вопросах политической, так и культурной жизни. В принятой на I съезде резолюции говорилось как о необходимости создания партии, так и отмены всех ограничений в отношении мусульман и "полного их уравнения с населением русского государства во всех правах — политических, гражданских и религиозных."[27]

С большим воодушевлением был встречен мусульманской интеллигенцией указ от 6 августа 1905 г. об учреждении Булыгинской Думы, а также Манифест 17 октября. Участники I мусульманского съезда послали всеподданнейший адрес царю, где просили его разрешить 25 млн. мусульман иметь своих свободно избранных представителей в Государственной Думе.[28] Издание октябрьского манифеста, по словам газеты '"Каспий", наполнило сердца мусульман "счастьем и надеждами на скорое избавление от тех порядков полицейского-бюрократического режима, под гнетом которых особо страдали жители окраин, поставленных по соображениям и видам "высшей политики" правительства в положение пасынков России."[29] Манифест вселил новые надежды на возможность представительства во всероссийском парламенте для чего нужно было создавать  собственную партию.  Эти надежды были подкреплены согласием русских кадетов на II съезде внести в свою программу предложения и дополнения участвовавших в работе съезда представителей "Иттифаги-Муслимин" С.Алкина и Ю.Акчурина, а также возможности войти в блок с кадетами на предстоящих выборах в Думу.[30]

Организационно мусульманская конституционная партия оформилась на II и III съездах "Иттифаги-Муслимин", состоявшихся соответственно в январе 1906 г. в Петербурге и в августе того же года в Нижнем Новгороде. На этих съездах были приняты программы и устав партии, написанные А.М.Топчибашевым.[31]

В работе II съезда принимали участие от азербайджанского населения также врачи К.Карабеков и А.Ахундов.[32] Разработанный съездом устав партии включал 23 пункта. Согласно первому его пункту, в заселенных мусульманами губерниях России создавалось 16 районов, во главе которых стояли порайонные собрания. На Кавказе центром такого района был Баку, в Крыму — Симферополь, в Нижнем Поволжье — Астрахань, Среднем Поволжье — Казань, в Туркестане — Ташкент.[33] Порайонные  собрания были обязаны подчиняться  Всероссийскому съезду, а периоды между съездами — главному Совету. С членов "Иттифаги-муслимин" по уставу предполагалось взимать взносы в размере от 50 коп. до 5 руб. Съезд должен был созываться ежегодно.[34] На съезде была принята временная программа "Иттифаги-Муслимин", во многих пунктах совпадавшая с программой кадетов. С ними же и было решено блокироваться на выборах в Государственную Думу. В резолюции по данному вопросу говорилось, что "в нынешней избирательной кампании ввиду краткости срока выборов в Г.Д. и ввиду заявлений делегатов-мусульман внутренних губерний, считаем более целесообразным действовать солидарно с конституционно-демократической партией."[35] Окончательный и дополненный вариант программы был принят на III съезде "Иттифаги-Муслимин", состоявшемся 16-21 августа 1906 г. В его работе участвовало 800 делегатов, принявших решение о создании Мусульманской конституционной партии и избравших ее Центральный Комитет."[36] В ЦК было избрано 15 человек, в основном это были выдающиеся представители казанской, крымско-татарской и азербайджанской либеральной интеллигенции, духовенства и городских властей. Среди них были И.Гаспринский, А.М.Топчибашев; редактор газет "Ульфет", "Тильмиз" — Рашит Ибрагимов; член ЦК кадетской партии, сотрудник газеты "Казан-Мухбири" и известный деятель тюркского возрождения Юсуф Акчурин; редактор-издатель "Казан-Мухбири" — Сеит Гирей Алкин и другие.[37] Предполагалось образовать постоянное бюро партии из трех лиц, проживающих в Петербурге и получающих за свой труд вознаграждение.

На том же заседании съезд поручил ЦК рассмотреть программу партии, в основном одобренную II съездом. Комиссия ЦК рассмотрела программу и вынесла решение пока принять ее как руководящие правила (ввиду невозможности обсуждения 75 пунктов программы на многолюдном съезде - И.Б.) для учреждаемого в Петербурге ЦК с постоянным бюро.[38]

Как отмечалось выше, программа партии в своей общеполитической части совпадала с кадетской. В вопросах государственного устройства, говорилось в программе, партия стоит за конституционную парламентскую монархию с однопалатной системой народного представительства, избираемую по 4-х членной формуле (в том числе наделение женщин избирательными правами). Министерство, назначенное монархом, должно быть ответственно перед народным представительством.[39]

В области местного самоуправления, согласно статье 30 программы, все местные дела, включая полицию и внутреннюю безопасность, должны быть целиком переданы местным административным органам. Лучшим учреждением для осуществления этого признавались земства, чьи права должны были быть расширены.[40]

Экономическая часть программы также была выдержана в кадетском духе. §7 программы признавал "неприкосновенность собственности". В аграрном вопросе признавалось "необходимость увеличения площади землепользования путем принудительного отчуждения всякого рода земель вплоть до частновладельческих с вознаграждением, выдаваемым по справедливой, не рыночной цене".[41] Повторялись пункты кадетской программы и в рабочем вопросе. Говорилось о необходимости определить максимальный предел рабочего дня, хотя он в программе не уточнялся.[42]

В то же время в программе получили отражение специфические требования мусульман России. Это касалось прежде всего осуществления действительного равноправия всех народов России, в том числе и мусульман, и фактического осуществления начал политической и гражданской свободы, возвещенных Манифестом 17 октября.[43]

Статьи 46-53 программы выдвигали также требование о реорганизации системы школьного образования и необходимости обучения в начальных школах на родном языке, издание газет и журналов на национальном языке и т.д.,[44] т.е. осуществление начал национально-культурной автономии.

Особое внимание было уделено в программе вопросам религии и выдвинуты требования предоставления всем мусульманам России права свободного отправления религии ислама, строительство мечетей и медресе и пр. Выражался протест против проводимой правительством политики русификации мусульман.[45]

На III съезде была принята резолюция о межнациональных столкновениях в Закавказье, которая призывала всех духовных и светских лидеров края во имя человеколюбия и общности интересов всех народов России в освободительном движении прекратить взаимную распрю и содействовать установлению разумной жизни на началах гражданской и политической свободы.[46]

Таковы были основные программные требования Мусульманской конституционной партии, которая после роспуска I Государственной Думы заявила о своем отделении от кадетской партии. Это заявление было сделано в Москве 23 ноября 1906 г. на заседании ЦК партии.[47] На этом заседании в устав были внесены некоторые изменения, сближавшие его с программой возникшей тогда более правой Партией мирного обновления. Целью партии провозглашалось "проведение в жизнь начал конституционного строя".[48] Некоторое поправение партии проявилось и в том, что в окончательном варианте программы "Иттифаги-Муслимин" не оговаривался, как у кадетов, вопрос об областной автономии. Требования самоуправления ограничивались лишь введением земства.[49]

На III съезде Мусульманской конституционной партии, был создан Комитет из представителей ЦК, который должен был заниматься вопросами легализации партии и предвыборной агитацией. Однако, несмотря на весьма умеренный характер требований программы партии, правительствующий сенат дважды отклонял ходатайство о ее легализации. Предлогом для отказа, по словам газеты "Бакинский день", послужил пункт устава партии о проведении в жизнь начал конституционного строя, который был полностью заимствован из устава легализованной партии мирного обновления.[50] Мусульманская партия фактически существовала полулегально. Несмотря на неоднократные попытки ее представителей открыть отделения партии в Баку, оно так и не было учреждено. Причиной этого явилась индифферентность так называемых "почетных" граждан города, представлявших верхние слои общества и не явившихся на созванное по этому поводу собрание, хотя программа Союза была одобрена и утверждена ими еще до II съезда.[51] В связи с этим, газета "Прогресс" издаваемая Ахмедбеком Агаевым, писала в своей передовице:" Все это результат игры в политику, в "народничество", которая доминирует среди бакинских мусульман, представленных всегда кучкой "почетных", кучкой демагогов, являющихся господами времени и положения... Отсутствие представителя г.Баку во II Государственной Думе..., нежелание г.Баку участвовать во Всероссийском союзе мусульман — все это сплошной позор для кавказских мусульман и для бакинских в частности."[52]

Фактически не имея оформленных местных отделений, Мусульманская Конституционная партия просуществовала недолго. После 1908 г. сведений о ее деятельности, как партии, не имеется.

Основная работа партии сводилась к руководству и направлению деятельности Мусульманской фракции Государственной Думы. Многие из членов и лидеров партии были депутатами Думы и принимали активное участие в ее деятельности, руководствуясь программой Союза и решениями его съездов.

21 августа 1909 г. в Нижнем Новгороде было проведено собрание мусульман, где был заслушан отчет о деятельности мусульманской фракции Государственной Думы. На собрании присутствовали, кроме А.М.Топчибашева, и делегаты от Шемахи и Сальян И.Вейсов, Х.Салагов, А.Ахундов, Ю.Везиров. Было принято решение создать при мусульманской фракции Бюро во главе с Топчибашевым и К.М.Тевкелевым и обеспечить его материально.[53] С целью разъяснительной работы среди населения, а также сбора материалов для докладов и законопроектов К.М.Тевкелев и А.М.Топчибашев направились по заданию Бюро в города с мусульманским населением — Оренбург, Уфу, Тюмень, Екатеринбург, Пермь и пр.[54]

Четвертый съезд мусульман России состоялся в июне 1914 г. в Петербурге. Он был созван по предложению мусульманской фракции Думы, разославшей приглашения видным представителям российского мусульманства. Председателем съезда был избран К.М.Тевкелев, товарищами его — А.М.Топчибашев и И.Ахтямов.[55]

Основным вопросом повестки дня съезда была реорганизация духовных учреждений мусульман. От имени азербайджанских мусульман выступил М.Ю.Джафаров, отметивший вредность государственного вмешательства в религиозные дела и указавший на необходимость учреждения единого для всех мусульман России духовного правления.[56] Аналогичное решение было принято и съездом. Это был последний дореволюционный мусульманский съезд. Следующий состоялся лишь в апреле 1917 г. в совершенно новых исторических условиях.

Стр.| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 |