ЗАКЛЮЧЕНИЕ

XX век войдет в историю как век национального пробуждения и невиданного размаха национально-освободительной борьбы ранее угнетенных народов. Именно благодаря этой борьбе в XX столетии на политической карте мира появились названия десятков независимых национальных государств. Не остался в стороне от этих общемировых процессов и Азербайджан.

Азербайджанское национальное движение, возникшее в начале XIX века, в сущности, явилось процессом национального возрождения азербайджанцев. Формирование национального движения стало результатом сложных этнических процессов в стране, в свою очередь, обусловленных целым рядом факторов политического и социально-экономического характера. Зарождение основных тенденций этих процессов относится к началу XIX века и напрямую было связано с фактом захвата северной части Азербайджана Российской империей.

Следует отметить, что Азербайджан в течение достаточно длительного исторического периода не обладал государственной независимостью и входил в состав различных империй исламского мира. Но общность религии на фоне господства во всех сферах жизнедеятельности этих государств исламской идеологии, формально объявлявшей всех мусульман равными перед Аллахом, способствовала тому, что национальная дискриминация азербайджанцев в них, в значительной степени, приняла завуапи-рованную форму и не бросалась в глаза. К тому же межэтнические контакты в этот период не отличались большой интенсивностью.

С вхождением же Азербайджана в состав Российской империи азербайджанцы впервые почувствовали, что они не равноправные граждане страны, а всего лишь одно из этнических меньшинств, язык, религия, традиции и культура которого, не говоря уже о других гражданских правах и свободах, могут беспрепятственно попираться со стороны господствующей нации. В этой ситуации определяющую роль начала играть антитеза "мы - они", поскольку само представление о существовании особой этнической общности неизбежно предполагает подобное

различение и наличие у членов этой общности представлений о своем отличии в языке, культуре, религии, обычаях и т.д. от всех иных общностей такого рода.

Данное обстоятельство способствовало усилению процессов внутриэтнической консолидации и развитию национального самосознания азербайджанцев. Как подчеркивал М.Э.Расулзаде, "'сто лет назад, когда Азербайджан, состоящий из разрозненных ханств, потерял свою независимость, он не имел такого единства, как сегодня. Урок столетнего национального гнета... позволил нам познать себя" (1). Ведь, как известно, степень развития национального самосознания зависит от этнической ситуации, т.е. от "интенсивности и характера взаимоотношений между контактирующими этносами" (2).

Говоря о национальном самосознании азербайджанцев необходимо учесть сложность и противоречивость исторического пути его формирования. Азербайджан как мусульманская страна испокон веков находился в тесном контакте с исламским миром и в то же время соседствовал с христианскими странами, ориентированными на западную культуру. Такое выгодное положение страны на стыке Востока и Запада позволяло воспринять демократические ценности, имеющиеся в обоих культурах. В силу этого, даже в средние века, характеризующиеся на Востоке засилием религиозного догматизма, азербайджанская общественная мысль отличапась относительной демократичностью и стремлением к свободомыслию.

Однако, хотя оппозиционные к ортодоксальному исламу идейно-философские течения в средние века нанесли серьезный урон феодально-религиозному мышлению и миропониманию, но они не смогли занять ведущее место в социально-экономическом и культурном процессе. Ренессансная культура на Востоке, возникшая еще в X -XII вв., не перешла непосредственно в культуру нового времени, как это было в большинстве стран Европы. В Азербайджане, как и в других странах Востока, "контрреформация" и феодальная реакция пресекли ренессансные процессы.

Поэтому, если эпоха Возрождения в Европе привела к значительным сдвигам в жизни западного общества, став мощным стимулом процессов развития национапьного самосознания европейских народов, то на Востоке аналогичные процессы опоздали на несколько столетий, обусловив господство ислама во всех сферах государственной и общественной жизни. Подобное положение, кроме всего прочего, привело к доминирующему положению конфессиональной характеристики в самосознании азербайджанцев.

С другой стороны, негативное влияние на формирование самосознания оказываю политическая раздробленность страны. Но даже в этих крайне неблагоприятных исторических условиях для этнического развития, азербайджанцы сумели сохранить свою этническую идентичность. Хотя к началу XIX в. их этническое самосознание имело очень сложную "многоярусную систему".

Засилье религиозной идеологии, отсутствие политической независимости, а затем и феодальная раздробленность привели в начале XIX в. к ситуации, когда в структуре этнического самосознания азербайджанцев доминирующую роль играли три компонента - религиозный, региональный и местный. Это свидетельствовало об относительно низком уровне этнополитической консолидации азербайджанцев.

Лишь под воздействием вышеотмеченных объективных факторов в XIX в. начался процесс перераспредления функцоначьной значимости отдельных компонентов самосознания. Собственно этнический компонент становится основой местного и регионального, а с другой стороны лишает конфессиональный фактор его доминирующего положения в структуре самосознания азербайджанцев. Необходимо отметить, что в этот период происходят значительные изменения не только в функциональной значимости, но и в роли религиозного компонента. В силу различия в религиях азербайджанцев и господствующей нации - русских, он, способствуя пониманию отличия от них, приобретает определенную "этническую окраску". Тем самым, из элемента тормозящего развитие этнического самосознания, религия превращается в фактор, объективно способствующий осознанию своего национального "Я".

Безусловно, в стимулировании этноконсолидационных процессов у азербайджанцев наряду с политическими, важное значение имели социально-экономические факторы. Зарождение и развитие капиталистических отношений привели к кардинальной трансформации социальной структуры азербайджанского общества, усложнению и росту внутринациональных экономических связей и складыванию единого национального рынка.

Тем самым, была создана экономическая база процессов этнополитической консолидации, которые, в конечном итоге, привели к новому этническому качеству формированию азербайджанской нации. А нация, как известно, "покрывает собой не только понятие этнографического единства, но и единства политического, государственного. Термин "нация" подразумевает, если не в настоящем, то в будущем, политическо-государственное объединение"(3). Именно из этих потребностей формирующейся азербайджанской нации с первых годов XX в. начало складываться национальное движение.

Хотя само национальное движение явилось результатом процессов формирования нации, но в дальнейшем оно само становится активным стимулятором процессов внутриэтнической консолидации. Оказывая, таким образом, обратное влияние на них, оно способствует укреплению этнополитической сплоченности азербайджанцев.

Азербайджанское национальное движение в своем развитии прошло два этапа. Первый этап охватывает период примерно с начала XX в. до февральской революции 1917г.; лейтмотив данного этапа составляют идеи культурного возрождения азербайджанского народа с помощью развития родного языка, образования и просвещения. На данном этапе немалое место в программе национального движения занимают проблемы равенства и паритетности прав мусульманских и славяно-христианских народов Российской империи.

Преобладание на первом этапе проблем языково-культурного характера объясняется тем обстоятельством, что именно языковая практика являлась важнейшей сферой межэтнических отношений, в которой вызревало представление азербайджанцев о своем единстве. Полное господство русского языка во всех сферах общества, ущемление национального языка и культуры создавали реальную угрозу для языковой и культурной самобытности азербайджанцев. Именно осознание опасности растворения своей языково-культурной самобытности в русской культуре выдвигали эти проблемы в качестве первоочередной задачи национального движения.

Однако очень скоро пришло понимание того факта, что какими бы важными не являлись языково-культурные проблемы, их кардинальное и окончательное решение, также как проблем устранения национального неравноправия азербайджанцев, возможно лишь при условии изменения существующей политической системы и создания в той или иной форме своей национальной государственности.

Неслучайно, что второй этап национального движения, начавшийся с февральской революции 1917г. характеризуется господством лозунга самоопределения наций. Причем, за этот период в представлениях лидеров Азербайджанского национального движения относительно трактовки понятия самоопределение произошла значительная эволюция. Если сразу после февральской революции основной целью национального движения являлось достижение национально -территориапьной автономии в составе Российской империи, то после мартовских событий 1918 г. был взять твердый курс на провозглашение полной государственной независимости Азербайджана.

Эти два этапа национального движения отличаются не только своими целями и задачами, но и методами и формами борьбы. На первом этапе в осуществлении целей национально-освободительной борьбы основной упор делался на национальную прессу, на деятельность культурно-просветительских учреждений и различных общественных организаций, ставшими главными очагами общественно-политической жизни, на подготовку различных петиций, а также на деятельность в различных представительных органах Российской империи. Второй этап характеризуется большим разнообразием форм и методов национальной борьбы. В этот период в борьбе за достижение целей движения наряду с мирными средствами начинает применятся и методы вооруженной борьбы. Политические партии становятся основными центрами национального движения.

В исследуемый нами период Азербайджанское национальное движение характеризуется значительной политической дифференциацией, в результате чего складывается три основных течения, отличающихся по своим политическим программам и идеологическим воззрениям:

1) Национально-демократическое течение, возглавляемое партией "Мусават".

2) Социалистическое течение, куда входили различные партии и группировки эсеро-меньшевистского толка.

3) Исламистское течение, представленное, главным образом, партией "Игтихад".

Выступая единым фронтом за национальное освобождение азербайджанского народа от колониального гнета русского царизма, представители этих течений, вместе с тем, расходились относительно перспектив развития национально-освободителъной борьбы.

Впервые эти расхождения наглядно проявились в апреле 1917 г. на I Общекавказском мусульманском съезде при обсуждении вопроса будущего государственного строя России. Хотя в этот период представители всех трех течений национального движения были едины во мнении, что национальный вопрос необходимо решать в рамках единого российского государства, но относительно путей его реализации на съезде обнаружились две линии. Национально-демократические силы во главе с "Мусаватом" и федералистами выступали за национально-территориальную автономию Азербайджана в составе России. Им противостояла позиция социалистов и исламистов, предлагавших ограничиться культурно-национальной автономией. При этом причины подобной позиции у социалистов и исламистов были различны. Так, если первые мотивировали свою позицию необходимостью сохранить единство российского революционного движения, то вторые считали, что национально-территориальная автономия может привести азербайджанский народ к изоляции от другах мусульманских народов России, тем самым, по их мнению, способствуя расколу мусульманской демократии.

После мартовских событий 1918 г. расхождения между национально-демократическими силами, с одной стороны, и социалистами и исламистами, с другой, по данному вопросу получили свое дальнейшее логическое продолжение. В этот период национально-демократические силы во главе с "Мусаватом" взяли твердый и последовательный курс на достижение полного политического суверенитета страны.

Социалисты и исламисты, вынужденные в сложившихся условиях признать принцип самоопределения наций, трактовали его по-своему. Социалисты считали государственную независимость временным этапом на пути формирования федеративной России. По их мнению, политические и социально-экономические интересы трудящихся классов требовали объединения народов в рамках единого государства. Поэтому наиболее оптимальной формой для Азербайджана являлась культурно-национальная автономия с широким местным самоуправлением.

Примерно аналогичную позицию занимали исламисты, аргументируя ее тем, что азербайджанская демократия еще недостаточна организованна и сознательна, чтобы самостоятельно решать национальные проблемы своего народа. Неверие в возможность самостоятельного существования Азербайджана красной нитью проходила через всю их деятельность. Именно исламисты составляли основную политическую базу "илхагистов", выступивших в июне 1918 г. за присоединение Азербайджана к Турции.

Несмотря на идеологическую и политическую пестроту представленных в национальном движении сил, определяющую роль в нем, несомненно, играла партия "Мусават". Именно она своей центристской линией придавала демократическое содержание в целом, всему национальному движению.

В исследуемый нами период одна из наиболее характерных особенностей Азербайджанского национального движения заключалась в том, что задачи национального освобождения в программе движения органически увязывались с одновременным осуществлением демократических преобразований в обществе. Причем, практика национального движения свидетельствует, что демократические лозунги носили не декларативный характер, а являлись программой практических действий.

Азербайджан стал первой страной исламского мира, в которой в реальной практике был осуществлен принцип разделения властей. Одним из решений Азербайджанского парламента стал закон, запрещавший членам парламента занимать должности в государственных учреждениях. Подобное совмещение должностей разрешалось только министрам. В законе отмечалось: "Члены парламента, несшие должности по другим государственных учреждениях и проживающие в г. Баку, в течение трех дней, а иногородние десяти, должны представить в канцелярию парламента документы об отставлении ими государственной службы. В противном случае они лишаются как должности, так и права представительства в парламенте" (4).

На практике был реализован принцип равенства граждан независимо от их национальной, политической, религиозной, социальной и половой принадлежности. Как впоследствии отмечал М.Э.Расулзаде, в Азербайджане "были установлены одинаковые права для всех граждан страны. Здесь личность каждого человека была уважаема и права его, как гражданина Азербайджана, защищались законом. Мужчина и женщина, мусульманин и христианин, тюрок и нетюрок, богач и бедняк, хозяин и работник, учитель и студент, невежда и ученый все граждане, независимо от их пола, национшшшх, классовых и расовых различий, убеждений, сословий, родовитости, образования имели право без всяких привилегий участвовать в управлении страной и входить в законодательные органы" (5).

В основу "Закона об азербайджанском гражданстве" был положен принцип происхождения. Азербайджанскими гражданами считались все подданные бывшей Российской империи, без различия национальности и вероисповедания, которые сами, или их родители родились на территории Азербайджанской республики (6).

В Азербайджане действовали десятки общественно-политических и культурно-просветительных организаций национальных меньшинств - русских, армян, евреев, грузин, немцев, поляков, греков, латышей, эстонцев и др. Многие из них были представлены в парламенте, правительстве и других властных структурах страны. Неудивительно, что член Азербайджанского парламента ЛЛ.Кун, выступая от имени немецкого населения страны, отмечал: "Мы спокойно смотрим на наше будущее, твердо веря, что под защитой демократических законов юной Азербайджанской республики будем иметь возможность сохранить нашу национальную самобытность" (7).

Идейно-политические принципы программы национального движения и опыт ее практической реализации свидетельствуют о том, что цели и задачи национального движения по своему содержанию носили сугубо национальный, а не националистический характер. В этой связи М.Э.Расулзаде подчеркивал, что "мы идем к своим национальным чаяниям, но наше желание не господство над другими нациями или подавление других наций. Наш идеал заключается в том, что бы жить спокойно и счастливо совместно с другими нациями, быть равноправным членом мирового сообщества и стремиться быть культурной и прогрессивной нацией" (8).

Дополнительным фактором, способствующим усилению позиций национального движения являлись процессы межэтнической интеграции, развернувшиеся в Азербайджане в конце XIX в. В данном случае под межэтнической интеграцией нами понимается появление определенной культурной общности (при сохранении основных этнических черт) и единства социально-политических целей у разных этнических единиц в результате их взаимодействия. Эти процессы способствовали значительному расширению рядов национального движения за счет представителей малочисленных народов Азербайджана - талышей, татов, курдов, дагестанских народностей и др.

Относительно высокая интенсивность в данный период межэтнической интеграции в Азербайджане, в результате которой происходил процесс сближения азербайджанцев с указанными малочисленными народами, была обусловлена исторически сложившемся культурным и экономическим тяготением этих народов к азербайджанцам. Данный процесс стимулировался длительным пребыванием на одной территории, чересполосным расселением с азербайджанцами, тесными торгово-хозяйственными связами (торговля, отгонное скотоводство, отходничество), приверженностью к одной религии исламу.

Свидетельством широкой вовлеченности малочисленных народов в Азербайджанское национальное движение является тот факт, что "Мусават" имел очень сильные позиции в регионах, населенных талышами и татами. А территориальный спор между Грузией и Азербайджаном из-за Загатальского округа был разрешен в пользу последнего именно благодаря позиции населения данного региона, значительную часть которого составляли аварцы, лезгины и цахуры. Они почти единодушно высказались за оставление Загатальского округа в составе Азербайджана. Не следует также забывать о широкой поддержке, оказанной курдами азербайджанцам при пресечении армянских притязаний на нагорную часть Карабаха и Зангезур.

В стране были созданы все условия для практической реализации принципов свободы слова. "Устав о печати" запрещал всякую цензуру на печать. Для основания периодических изданий достаточно было подать заявление о своем намерении на имя главного инспектора по делам печати. Печатный орган мог быть привлечен к ответственности только по решению суда и только в случае совершения преступлений, предусмотренных действующим уголовным законодательством (9).

"Каждая партия, подчеркивай М.Э.Расулзаде, имела присущую ей организацию и свою газету. Правительство относилось ко всем партиям и газетам с большим уважением и доброжелательностью, несмотря на то, что большинство газет критиковало и тяготилось с ним" (10).

"Положение о выборах" установливало демократическую процедуру выборов в Учредительное собрание путем равного, прямого и тайного голосования. В этот период Азербайджан являлся единственной страной Востока, в котором женщинам были представлены равные с мужчинами избирательные права (11).

Несмотря на тяжелую военно-политическую ситуацию в стране на начальном этапе независимости, национальное правительство предпринимало важные шаги и в национально-культурном строительстве. Одним из первых решений правительства Азербайджанской Республики было постановление от 27 июня 1918 г. о признании государственным языком азербайджанского языка. Однако это вовсе не означало ущемление прав других национальностей в языковой сфере, поскольку им было гарантировано право обучаться на родном языке.

В правительственном воззвании от 17 июня 1918 г. к народу отмечалось, что одной из своих ближайших задач правительство считает "национализацию всех правительственных учреждений, суда и школы" (12).

Вышеизложенные факты свидетельствуют о том, что при непосредственном руководстве лидеров национального движения в Азербайджане было создано общество с широким спектром демократических свобод и политического плюрализма. Демократизм этого общества особенно наглядно проявлялся по сравнению с соседними мусульманскими странами, где в то время еще господствовшт восточный деспотизм со всеми его атрибутами.Та-ким образом, реализация программы национального движения привела к тому, что в исследуемый нами период Азербайджан по своему демократическому развитию намного опережал соседние мусульманские страны.

Размах национального движения в Северном Азербайджане способствовал пробуждению национального самосознания и среди южных азербайджанцев. Дипломатический представитель Азербайджанской республики в Иране Садыхов сообщал: "Имеющее в будущем несомненные шансы на успех движение это стремление азербайджанских самостийников, которые начинают проникаться национальным чувством и работать в пользу отделения от Ирана и образования независимого и самостоятельного Персидского Азербайджана. Это движение в настоящее время сильно беспокоит как персидское правительство, так и англичан, имеющих большие виды на богатейший край. В Персидском Азербайджане замечается также агитация в пользу отделения его от Персии и присоединения к Азербайджанской Республике. Азербайджанская Республика должна быть готова к грядущим событиям в Персии и использовать эти события в своих интересах" (13).

Несмотря на поражение национального движения, вследствие иностранной интервенции, не удалось перечеркнуть все достижения освободительной борьбы азербайджанского народа. Большевики, для которых "еще в 1918 г. даже упоминание независимого Азербайджана было равносильно проклятию" (14), под давлением обстоятельств, созданных национальным движением, вынуждены были отказаться от своих планов расчленения азербайджанской территории между соседними республиками Грузией, Арменией и Российской Федерацией, и согласиться на сохранение, хотя и в резко урезанной форме, национальной государственности азербайджанцев в составе советской империи.

Сформулированные в 1917-1918 гг. цели и задачи национального движения стали программой действия азербайджанских политических сил на новом этапе освободительной борьбы, начавшейся в конце 80-х гг. и, в конечном итоге, приведшей к восстановлению государственной независимости Азербайджана. История доказана, что ополчаться против идей, сформулированных национальным движением в 1917-1918 гг., ставить перед ними всевозможные преграды можно, но устранить их из азербайджанской истории и помешать их осуществлению нельзя.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Расулзаде М.Э. Сиявуш нашего века //Хазар, 1990, № 1, ее. 62-63.

2. Бромлей Ю.В. Очерки теории этноса. М., 1983, с. 196.

3. Широкогоров С.М. Этнос. Шанхай, 1923, сс.13-14.

4. ЦГАНИ Азерб.респ., ф.51, оп.2, ед.хр.6, л.36.

5. Расулзаде М.Э. Сиявуш нашего века //Хазар, 1990, №1, с.53.

6. ЦГАНИ Азерб.респ., ф.895, оп.З, ед.хр.92, л.5.

7. ЦГАНИ Азерб.респ., ф.894, оп.10, ед.хр.168, л.1.

8. ЦГАНИ Азерб.респ., ф.894, оп.10, ед.хр.60, л.1.

9. ЦГАНИ Азерб.респ., ф.894, оп.З, ед.хр.294, л.43.

10. Расулзаде М.Э.Сиявуш нашего века //Хазар ,1990, № 1, сс.53-54.

11. ЦГАНИ Азерб.респ., ф.895, оп.З, ед.хр.ЗЗЗ, л.2.

12. ЦГАНИ Азерб.респ., ф.895, оп.1, ед.хр.19, л.1,

13. ЦГАНИ Азерб.респ., ф.970, оп.1, ед.хр.162, л.18.

14. Swietochowski T. Rus Azerbaycani. 1905-1920 Ankara, 1988, c.258.