МАССОВАЯ РЕЗНЯ МУСУЛЬМАНСКОГО НАСЕЛЕНИЯ БАКИНСКОЙ И ГЯНДЖИНСКОЙ ГУБЕРНИЙ В МАТЕРИАЛАХ ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СЛЕДСТВЕННОЙ КОМИССИИ (продолжение)

А. Хасмамедов, говоря об указанных трагических событиях в Геокчайском уезде, заострил внимание на том, как армяяе ещё до февральского переворота готовились к кровавым акциям против мусульманского населения. Кроме того, армянское население указанного уезда также знало точное время июльских погромов мусульманского населения. По этому поводу, в частности в документе, указывалось: «С самого начала войны армяне стали проявлять вражду к мусульманам. Новобранцы из армян, отправлявшиеся на фронт, обижали и оскорбляли мусульман, и угрожали им рассчитаться с ними... мусульмане стали замечать, что армяне усиленно запасались оружием и что проживающие в селении Кюрлдмир армяне выехали из селения, увезя с собой все свое движимое имущество...».¹⁶¹

Как свидетельствует рассматриваемый документ, самое крупное нападение армян на Геокчайский уезд, в частности на селение Кюрдамир, осуществлялось в июле 1918 года. Упомянутый кровавый поход армян претворялся в жизнь под предлогом установления Советской власти в Геокчайском уезде. Во время этого похода вместе с армянами действовали также русские и молокане. Население, получившее информацию о наступлении армянских четников, бросало все свое имущество, поспешно покидая свои родные очаги, но не всем удалось вовремя покинуть селение Кюрдамир. А. Хасмамедов так описывает злодеяния варваров XX века: «Большевики стали вступать в селение. Впереди шли армяне и ворвались первые. Они начали беспощадно убивать мусульман, мужчин, женщин и детей, причем многих истязали. Так например, одному мальчику нанесли несколько штыковых ран с целью причинить ему страдания, поджигали дома, усадьбы, магазины, лавки, принадлежавшие мусульманам... ни один армянский дом не был сожжен и разгромлен. После окончательного вступления большевиков в Кюрдамир армяне приступили к хищению мусульманского имущества, которое увозили на арбах и фургонах.»¹⁶²

В докладе отмечается, что чудовищные зверства армянских солдат ужаснули и русских солдат - большевиков. Подобные злодеяния армян вынудили русских солдат выступить против армян, своих же союзников. По этому поводу А. Хасмамедов писал: «Русские большевики, убедившись наглядно, что армяне преследовали свои национальные цели... стали протестовать против этих насилий. Из-за этого между ними и армянами доходило до перестрелки. В конце-концов они оставили армян и уехали в Баку, взяв с собой многих мусульман, которым спасли жизнь...».¹⁶³

Расследование преступных акций, совершенных армянскими националистами в отношении мирных жителей селения Кюрдамир, отраженное в докладе председателя ЧСК, доказывает, что убытки мусульманского населения лично и имущественно колоссальны. Так как в селении было сожжено 56 домов и лавок, 127 отдельных усадеб, сожжены также две мечети, разгромлена квартира местного имама, Коран был разорван армянскими националистами. А. Хасмамедов указывал на то, что в Кюрдамире было убито очень много людей мусульманской национальности, хотя их точное число не установлено. Это можно говорить и о размерах материального ущерба, нанесенного мусульманским жителям селения Кюрдамир.

Благодаря изучению доклада выясняется, что наряду с селением Кюрдамир подвергались опустошению и другие селения Геокчайского уезда, такие как Дженги (Джайлы), Каравелли, Карабуд-жак, Мустафаллы, Халил-Касумбек, Араб-Мехтибекли, усадьба Султанова и Садалы. Армяне и в этих мусульманских селениях повели себя не менее жестоко, чем в Кюрдамире и других местах. Во всех этих селениях все движимое имущество расхищалось, а недвижимое имущество предавалось огню. А. Хасмамедов описывает ужасное положение мусульманского селения Джанги после погромов: «... сожжено 6 усадеб, расхищено все движимое имущество, разгромлены дома и убиты 20 человек, которые перед убийством были истязаемы, у них отрубили носы, уши, разбивали черепа...».¹⁶⁴

Доклад свидетельствует о том, что во время трагических событий в селении Карабуджаг сожжены все дома, в селении Халил Касумбек сожжены и разграблены так же все дома, причем здесь было убито 7 человек, неуспевших заблаговременно покинуть селение. Подобная участь постигла селение Араб-Мехтибек, где сожжено и разграблено 84 усадеб и убито 83 человека. А. Хасмамедов указывает, что список вышеперечисленных селений дополняется новыми фактами и названиями пострадавших населенных пунктов мусульманского населения в ходе расследования последствий кровавых рейдов армянских националистов.

Доклад члена ЧСК Н. Михайлова занимает важное место среди материалов комиссии. Н. Михайлов провел следственную работу в составе ЧСК почти во всех уездах Азербайджанской республики, которые так или иначе стали жертвой армянского массового террора в отношении мусульманского населения. В качестве исторического источника по истории запланированного истребления мусульман приводим его доклад председателю ЧСК, в котором описывается тяжелейшее состояние мусульманских селений и городов Джеванширского, Шушинского, Джебраиль-ского и Зангезурского уездов Гянджинской губернии, ставшие целью армянской агрессии изнутри и извне.

По своему объему указанный доклад Н. Михайлова отличен от других. Это связано с тем, что автор вел следственную работу в четырех уездах Гянджинской губернии, которые в течение долгого времени являлись ареной многочисленных насильственных действий по отношению к мусульманскому населению со стороны местных армянских бандитских шаек и регулярных воинских частей дашнакской Армении.

В указанном источнике имеются сообщения по каждому уезду в отдельности. Автор доклада уделяет особое внимание на социально-политическое положение Гянджинской губернии в целом, квалифицируя его как кризисное. Разъясняя причины тяжелейшего состояния губернии, Н. Михайлов прежде все обращает внимание на армянский произвол, усилившийся при поддержке имперских сил России: «Такому преступному явлению способствовали, с одной стороны, местная армянская интеллигенция и представители армянских сельских обществ и, с другой, бездеятельность Русской полицейской власти и даже попустительство таковой.» ¹⁶⁵

Важное значение имеет ещё и тот факт, что в докладе очень обстоятельно описывается территориальная особенность мусульманских селений Гянджинской губернии. Как известно, в зависимости от территориального расположения некоторые мусульманские селения оказались в гуще кровавых событий. По плану армян эти селения должны были уничтожаться в числе первых. Осуществляя свои гнусные замыслы, армянские вооруженные подразделения насильно обособляли жителей этих мусульманских селений от общения со своими единоверцами. Н. Михайлов по этому поводу писал: «Возвращаясь к выступлению армян против мусульманского населения, видим, что... армянские вооруженные банды имели успех только в своем районе. Где они чувствовали свой значительный перевес в силе и организации и где почти невооруженные мусульмане были окружены армянскими селениями со всех сторон и ниоткуда не могли получить помощи...»¹⁶⁶ . Именно по этой причине во всем Джеваншнрском уезде больше всех пострадали от насильственных действий армян мусульманские селения Келанинского общества.

В докладе подчеркивается, что армяне Джеванширского уезда Азербайджанской республики не признавали её власти, считали занимаемую ими территорию собственностью Армении. Далее заостряется внимание на том, что армяне продолжали свои насильственные действия в дни пребывания членов ЧСК в уезде, всячески препятствовали ей производить осмотры разгромленных мусульманских селений предгорной полосы Джеванширского уезда, оказавшихся в руках армян.

В источнике имеются сведения о миротворческой деятельности Мусульманского Национального Комитета, о том как армяне свободно и беспрепятственно проходили через мусульманские селения и продолжали свои торговые отношения с мусульманами на Тертерском рынке. Далее констатируется факт о том, что несмотря на это, армяне продолжали свои враждебные антиазербайджанские действия, блокировав селения упомянутого Келанинского общества до самого разгара зимы, т. е. до декабря 1918 года, не допускали их переселения с летних пастбищ на, низменность для зимовки. А это имело «... целью не избавление армян от возможной опасности, каковая им в настоящее время не угрожает, а специальное усиление вооруженной силы армян предгорной полосы для скорейшего и успешного истребления мусульман того района,»¹⁶⁷

Как известно, поставленная цель была осуществлена. В декабре 1918 года жители селений Келанинского общества для спасения от явной смерти решили во что бы то ни стало пройти через кольцо армянских головорезов. В результате чего очень многие из них были истреблены, погибли от голода, холода и различных болезней. Жители селений Дямирляр, Имарат-Гарреванд, Чарекдар, Умудлу, Каралар, Ширхавенд, Сирхавенд, Брудж, Али-Агали, Хачин-Дорбатлу, Чирахлы и Гаджи Гарравенд потеряли все свое имущество.

Н. Михайлов отмечает, что мусульманское население Джеван-ширского уезда подвергалось зверским истязаниям. В селение Умудлу были убиты Сулейман Казахаслан оглы, Мамед Машади Паша оглы и Кязым Атам оглы и разрезаны по частям тела; убиты женщины селения Гаджи Гарравенд: Зейнаб Ширин кызы, армяне отрезали ей груди. Житель селения Довшанлу Рамазан Новруз оглы и женщина Кунча Оджаркули кызы, и калека Сулейман Гасан Али оглы были убиты и сожжены... ¹⁶⁸

Все перечисленные акты преступления претворялись в жизнь местными и пришлыми армянами, многие из них были опознаны пострадавшими, имена которых приводятся в настоящем докладе: инженер, землевладелец имения Кархун Верхний Константин Никитич Абрамов, управляющий имением Севан Юзбашова Баг-рат бек Мелик-Шахназаров, старшина Марагалинского сельского общества Нерсес Манулов, житель селения Гюльятаг Иван бек Мирзабеков, из селения Довшанлу Артемий и Мунш Сукласовы, Ефрем, Николай Шахбазовы, из селения Бозаркенд Николай Саруханов¹⁶⁹ и другие. Большинство этих лиц армянской национальности были гражданами Азербайджанской республики, занимали серьезные общественные положения, при этом понимали суть происходящих кровавых событий, но это не помешало преступлениям, а наоборот, сами руководили ими и в т,о же время лично совершали убийства ни в чем не повинных мусульман.

Подобное действия армян по отношению к мусульманскому населению имели место и в Джебраильском уезде, что отражено в упомянутом докладе Н. Михайлова. Выясняется, что в изучаемый период ДжебраильскиЙ уезд состоял из 12 мусульманских и 3 армянских сельских обществ. Низменная часть Джебраильского уезда исключительно состояла из мусульманских селений, чего нельзя сказать о предгорной полосы части уезда. По этой причине мусульманские селения предгорной полосы оказались в труднейших условиях в результате варварских нашествий армян, начиная с декабря 1918 года. В документе отражен короткий перечень преступлений армян: 2 декабря 1918 года вооруженная банда армян сожгла селение Ашик Мамлу, разграбила имущество и угнала скот, того же числа банды армян сожгли селения Халафлу, Татар, Шыхляр, разграбили имущество жителей, часть скота перебили, часть угнали. 18 декабря того же года разгромлено селение Сирик, осенью 1918 года армяне селения Гадрут Мухан и селения Нароманик Сергей Николянце и Сергей Лал оглы ограбили и убили вблизи своего селения жителей селения Болиант Джафар Алекпер оглы и Насира Магеррам оглы, трупы их были найдены голыми в овраге...¹⁷⁰

При изучении доклада Н. Михайлова становится ясно и то, что во всех пострадавших уездах, так и в Джебраильском уезде, злодеяния армян носили массовый и целенаправленный характер. Так как армяне различных селений совместно осуществляли нападения на мусульманские селения. Это, в свою очередь, приводит к мысли о том, что антиазербайджанские акции армян управлялись из одного центра. Благодаря показаниям свидетелей, опознавших руководителей и участников погромов мусульманских селений Н. Михайлов включил в доклад их имена и фамилии, место жительство и другие не менее важные данные: жители селения Дудукчи-Баласан Айрапетов, Арутюн Логманов, Карапет Оганджанов, Иван Бегляров, Усуб Хачиев, жители селения Кем-ракуч Сумбат Мирзоев, прапорщик Аслан Саркисов, Аветисов, Аветис Петросов, жители селения Эдинлу Бахыш Огаджанов, Герасим Мирзоев, Бахыш Пахапетов, жители селения Мюлкадара Мухай Мартиросов, Карахан Джавадов¹⁷¹ и многие другие армяне.

Уместно отметить, что автор доклада включил в вышеупомянутый список только тех опознанных, имена и фамилии которых были названы полностью и утверждались многими свидетелями. Этот факт ещё раз подтверждает то, что члены ЧСК насколько добросовестно относились к своим обязанностям и неоднократно и тщательно изучали мельчайшие ньюансы именуемого объекта, что является надежным залогом объективности доклада Н. Михайлова как исторического источника по истории геноцида мусульманского населения в указанный период.

Для установления личности других организаторов и зачинщиков кровавых событий изучаемого периода необходимо обратить внимание на другие источники, так или иначе относящиеся к данной теме. Это относится и к фактам, приведенным в докладе Н. Михайлова по Зангезурскому уезду Гянджинской губернии.

Степень произвола армян над мусульманской частью населения намного выше, чем во всех остальных уездах Гянджинской губернии. Это было связано, с одной стороны, географической обособленностью Зангезурского уезда, а с другой стороны, запасом находящихся здесь помимо местных армянских вооруженных формирований, регулярных воинских частей одноухого генерала Андраника. Н. Михайлов так описывает злодеяния последнего: «...имея...в своих руках значительную боевую силу солдат и вооруженных армян-сельчан, вторгся в пределы Азербайджанской республики и, очевидно, имея директивы правительства Армянской республики... очистить территорию уезда... Стремясь к расширению территории своей республики, они не щадили мусульман, даже и в том случае, если последние, ища убежище, добровольно покидали свои родные очаги, армяне все-таки сжигали, разрушали селения до основания, зверски убивали жителей, угоняли скот, увозили имущество мусульман и распахали их земельные участки.»¹⁷²

В результате политики систематического уничтожения мусульманского населения во всем Закавказье и создания «Великой Армении» Армянская республика нагло нарушала границы Азербайджанской республики. Эта аннексионистская политика Армении привела к разорению мусульманских селений всего первого полицейского участка Сисианского магала, большей части второго участка, значительной части третьего, четвертого и пятого участков Зангезурского уезда и более 50000 мусульман-зангезурцев,¹⁷³ ставших беженцами, нашли приют в низменной части Джебраильского уезда.

Н. Михайлов, освещая вышеуказанные факты насилия, учиненного армянскими гангстерами, отмечает, что в следствие разбойных нападений последних было разрушено и уничтожено 115 мусульманских селений Зангезурского уезда, таких как: Агуду, Дарабас, Дулус, Куртлар, Шеки, Уруп, Багуды, Ирлик, Бахрилы, Кизильджик, Даракенд, Каракилса, Малюклу, Дартлы, Довруз, Карадичи, Охтар, Чобанлу, Кадаюлу¹⁷⁴ и другие. Автор доклада утверждает, что жители этих селений испытали все ужасы невероятной жестокости армянских .палачей. В своем докладе он останавливается на некоторых из этих особо тяжких преступлений: в селении Багуды 15 красивых девушек, розданных солдатам армянского отряда, умерли, не перенеся горя бесчестия и физических страданий, в том же селении, когда 400 человек мусульман, ища убежища во время разгрома селения, собрались в мечети, то армяне, забаррикодировав выходы мечети, бросали сначала в окно ручные бомбы, а затем сожгли мечеть со всеми людьми, в том же селении мусульманка Кадима Таир кызы была зарезана кинжалом, ей срезали грудь и всунули в рот её зарезанного ребёнка, там же были изнасилованы насмерть молоденькие девушки Ниса Аман кызы, Аджаб Нухбала кызы, Сона Джафар кызы и Шахнули Джафар кызы, в селении Агуди армяне отрубили оконечности ног живому Гуламалия Исакяр оглы и затем уколами штыков и плетьями заставили его идти на ногах, пока от потери крови он не умер, в том же селении были изнасилованы и затем убиты все красивые девушки, в селении Вартаназур 1-ое особенно много было перерезано кинжалами женщин и детей.¹⁷⁵

Таким образом, только в Зангезурском уезде, как утверждает Н. Михайлов, было убито 3257 мужчин, 2276 женщин и 2196 детей, ранено соответственно 1061, 797 и 485. Общее число убитых и искалеченных мусульман достигло 10068 человек.¹⁷⁶

Автор считает, что даже эта страшная цифра не полностью охватывает число убитых и раненных мирных жителей мусульмайских селений Зангезурского уезда, поскольку судьба очень многих мусульман до момента обследования оставалась невыясненной. Поэтому количество последних не входило в общее число умерших и раненных мусульман.

Составитель данного источника кроме вышеуказанного зафиксировал имена, фамилии, место жительства, общественное положение руководителей и исполнителей погромов мусульманских селений указанного уезда. Он считает, что все эти злодеяния армян осуществлялись под общим руководством генерала Андра-ника, направленного Армянской республикой в целях отторжения и присвоения исконных азербайджанских земель. Андраник и его подручные претворяли в жизнь агрессивные намерения даш-накской Армении в отношении Азербайджанской республики, устраивали настоящий ад для мусульманской части населения Зангезурского уезда. На основе показаний многочисленных свидетелей и пострадавших Н. Михайлов установил, что в погромах мусульманских селений указанного уезда принимали непосредственное участие жители гор. Герюсы Николай Осипов, Симон Мирумов, из селения Дарабас - Шамир Шахназаров, из селения Мигры - Давид Аршак, житель селения Ковар Амазасп, из селения Дарабас - Шамир Шахназаров из селения Гяягорь'- Агабек Мелик Оганджанов, из селения Астазур - прапорщик Мулуси Латваканов, того же селения - Николай Барсамов, беглый каторжник, армянин под кличкой «Японь», Остазурский священник Терь-Давид, жители селения Ахлатиан Овакин Геворков и Ягуб Арустамов, инженер Сумбат Мелик Степанов, бывшие полицейские пристава Исаак Бущинцев и Сератиков и многие другие.¹⁷⁷

Примечательно, что в источнике упоминается всего 48 имен и фамилий опознанных армян. Автор считал нужным указать только на лиц с полными именами и фамилиями, С другой стороны, указанные имена преступников утверждались показаниями многих свидетелей. В то же время в коротком докладе попросту невозможно было зафиксировать имена всех опознанных преступников. Если иметь ввиду, что многие преступники вообще оставались неизвестными, к числу которых относятся пришлые армянские боевики, не опознанные свидетелями и пострадавшими. Поэтому доклад Н. Михайлова, как и другие документы ЧСК, не отражает имена всех преступников и обстоятельств трагических событий.

Четвертая часть доклада Н. Михайлова посвящена кровавым событиям, имевшим место в Шушинском уезде. Н. Михайлов сообщает, что Шушинской уезд в большей своей части, примыкающей к Зангезурскому уезду, однотипичен с последним в том, что мусульманские селения, в особенности предгорной полосы, обособленно расположены друг от друга и окружены со всех сторон армянскими селениями. Как в Зангезурском уезде, так и в Щушинском уезде армянские националисты и сепаратисты, воспользовавшись этим обстоятельством, успешно разгромили мусульманские селения, при этом они подвергали жителей этих селений самым жестоким пыткам и гонениям.

Ссылаясь на показания свидетелей, Н. Михайлов отмечает, что неприязнь армян к мусульманскому населению дала о себе знать задолго до государственного переворота в России, а точнее с 1913 года. Но эти недружелюбные и натянутые отношения армян к мусульманам открыто проявились только во время пер-вых армяно-мусульманских столкновений 1905-1906 годов. После государственного переворота без того достаточно вооруженные армяне, благодаря царившей анархии, стали вооружаться в массовом порядке. Болеетого, ряды вооруженных армян пополнялись засчет дезертиров - армянских офицеров и солдат, бежавших с фронта. Таким образом, армяне, ставшие достаточно сильными и вооруженными, начали вести себя вызывающе по отношению к мусульманскому населению Шушинского уезда. Враждебные действия армян в указанном уезде претворялись в жизнь под общим руководством воинствующих военно-политических и националистических партий и организаций. Для осуществления политики выживания мусульманского населения из исконных азербайджанских земель армяне прибегли к самым грязным методам и тем самым уничтожали, в первую очередь, выдающихся мусульман. «Для успеха своих национальных целей и стремлений окончательно подорвать экономическое благосостояние мусульман партия «Дашнакцутюн» организовала пропаганду классовой борьбы среди мусульман, после чего были разгромлены крестьянами несколько помещичьих усадеб и в том числе богатейшее и образцовое имение Фаррух бека Везирова...».¹⁷⁸

Далее в документе подчеркивается, что армяне, выдвигая своих людей на руководящие должности в уездных органах, тем самым создавали благоприятную почву для осуществления своих гнусных намерений по отношению к мусульманскому населению. «Выбрав уездным комиссаром армянина Левона Сергеевича Вар-тапетова, армяне организовали состав милиционеров исключительно из армян, особенно по постам на дороге между Шушой и Карягином, на дороге через местность Молла-Насраддин и на дороге между Шушой и Аскераном, начали систематически обезоруживать проходящих и проезжавших мусульман...».¹⁷⁹

Исходя из доклада Н. Михайлова, можно сказать, что организация армян изо дня в день получала чисто военную форму, так как они имели казармы, интендантские склады боевых припасов. Кроме того, они присвоили в свою собственность военный госпиталь в Ханкендах. Военная организация армян усилилась и укрепилась с прибытием в гор. Герюсь беглого турецкого поданного генерала Андраника. Этот авантюрист, вторгшись в азербайджанские земли, объявил общую мобилизацию всех армян Карабаха. Таким путем создав внушительную военную организацию, которая снабжалась и поддерживалась дашнакской Арменией, армянские головорезы взялись за массовое уничтожение мусульманского населения Зангезурского и Шушинского уездов.

Андраник и его сообщники, уничтожая мусульманское население вышеупомянутых уездов Азербайджана, создавали условия для создания Малой Армении, а столицей последней, по усмотрение армян, должен был стать город Шуша. Поэтому для захвата этого азербайджанского города Андраник несколько раз пытался пройти через Забухское ущелье, но получил отпор со стороны турецких войск и местных мусульман. Несмотря на это, Андраник и его войска продолжали действовать против мусульманского населения более жестоко и беспощадно. Перекрыв все дороги, идущие в Шушинский уезд и в гор. Шушу, армяне тем самым приговорили мусульманское население на голодную смерть. «Заканчивая общую картину положения Шушинского уезда всей горной и предгорной полосы, необходимо добавить, что сам город Шуша в половинной своей части, населенной мусульманами и несколькими примыкавшими к нему мусульманскими селениями, кдк кольцом, окружен 173 армянскими селениями. Вот почему, в связи с закрытием прохода, лишением питьевой воды, невозможностью провоза продовольственных продуктов, положение мусульман города и населения горной полосы стало поистине трагическим и это продолжалось в течение 8 месяцев, до прихода турок...»¹⁸⁰

В докладе имеются сведения об армянском населении города Шуши и селений Шушинского уезда. Как выясняется, местные армяне не желали признавать власть Азербайджанской республики. Они всячески стремились к присоединению азербайджанских земель к дашнакской Армении. «До настоящего времени армянское население Карабаха не платит Азербайджанской республике ни налогов, ни каких-либо повинностей и до настоящего времени в уезде в первом и втором полицейских участках отряды армянских банд под предводительством Сократа Меликшахназарова и Арзаманца Гевка Карапета продолжают свою преступную деятельность...»¹⁸¹

Н. Михайлов в своем докладе перечисляет конкретные факты, относящиеся к числу зверств армян по отношению к мусульманской части населения. Как в других уездах Азербайджана, так и в Шушинском уезде армяне убивали мирных мусульман независимо от возраста, пола и состояния здоровья. Убийство мусульман сопровождалось грабежами и похищением их имущества, сожжением домов и других построек. «Из показаний свидетелей усматривается, что по 2-му полицейскому участку: 1) в средних числах декабря 1918 года армяне разгромили мусульманское отделение селения Гога, состоявшее из 55 домов, сожгли усадьбу помещика Джеваншира, причем убили главу селения Асад Ага Джеванши-ра, его сына Солтана Агу, дочь Ирану Бегиму, племянницу Фатму Бегиму Джеваншир, прислугу Инджи Ибад кызы, купцов Аллах-вердия Азиз оглы, Ису Абдил оглы и Вели Кербалай Алекпер ог-лы, причем посмертно издевались над трупами, раздели их до нага и изрезали кинжалами. Все имущество, скот и сельскохозяйственные орудия как крестьян-гогинцев, так и помещиков Джеваншир ограблены и все постройки и дома сожжены; 2) разрушена часть мусульманского отделения селения Туг, причем и до настоящего времени оставшихся в селении мусульман держали в плену, морили их голодом, не позволяя заниматься сельским хозяйством...».¹⁸²

Н. Михайлов включил в указанный перечень более 27 случаев разбойного нападения армянских вооруженных формирований на мусульманские селения и отдельных лиц. Автор доклада особо подчеркивает, что этот список далеко не полный и единичных грабежей и убийств отдельных лиц совершено множественно.

Доклад Н. Михайлова примечателен ещё и тем, что в нем перечисляются имена основных зачинщиков истребления мусульманского населения Шушинского уезда, опознанные пострадавшими. По утверждению Н. Михайлова число опознанных преступников было очень много, но считал нужным указать на лиц с полными именами и фамилиями и оговариваемые наибольшим числом свидетелей: Сократ бек Мелик Шахназаров, житель селения Чанахлы, постоянный главарь армянских разбойничьих банд, житель селения Кайбалакенд Акоп Вердиев, Шамир Аваков, Арменак Хачатуров, житель города Герюсы Николай Осаков, житель селения Домгалу Амбарцум Кюкюев, Асцатур Петросов, Нерсес Маркосов, житель селения Джамбат Арменик бек Тер-Михайлов, из селения Испаганджу Аршак Кешишов, Джанбулаг-ский священник Дали Кешиши, житель города Шуши Егише Ишханов, Хосров бек, Ишхан бек, Тигран бек Ишхановы, житель селения Чиракуз Алексан Джавадов, Карапет и Бахиш Саркис-джановы, Астан Айрапетов, из селения Гога Маркар Крикеров, Агабек Оганджанов, Давид Оганджанов, из селения Едилу Бахиш Нахапетов, Мосес Багиров и др.¹⁸³

Как видно, армянские жители различных селений Шушинского уезда, объединившись под единым лозунгом «убей мусульманина!», причинили мусульманскому населению этого и других уездов Гянджинской губернии всевозможные страдания. Н. Михайлову удалось собрать сведения о погибших мусульманах уезда. Хотя он пишет о том, что число убитых и раненных обоего пола составляло более ста человек, то тут же подчеркивает, что эта цифра далеко не отвечает действительности, так как армянский произвол и анархия, царившие в уезде, не позволили установить точного числа убитых и раненных шушинцев.

Мусульманское население Шушинского уезда пострадало и имущественно во время погромов их селений армянскими военизированными организациями. Вследствие таких погромов, отмечает автор доклада, шушинцы понесли убытков по среднему подсчету до 100 миллионов рублей/ Таким образом, армяне подорвали экономическую основу одного из богатейших уездов Азербайджанской республики. Факты о подобных действиях армян, отраженные в докладах членов ЧСК, имеют место и в постановлениях указанной комиссии.

Постановления ЧСК оформлялись так же, как и доклады, после полного и всестороннего изучения конкретного преступления, носят объективно-функциональный характер.

В постановлении ЧСК о разгроме гор. Куба и селений Кубинского уезда перечисляются имена армянских националистов, являвшихся основными организаторами бесчинств в указанном уезде против мусульманского населения. Затрагивая причины кровавых событий в уезде, авторы постановления не исключают политических мотивов, где говорится: «... житель города Шуши Амазасп, его помощник Николай, кубинский уездный комиссар Венунц... вследствие побуждений, проистекавших из вражды религиозной и племенной к мусульманскому населению... действуя по предварительному соглашению между собой и другими, пока следствием не обнаруженными лицами, и совокупными силами составили шайку в несколько тысяч человек, вооруженных огнестрельным и холодным оружием, которая поставила своей целью истребление мусульманского населения.»¹⁸⁴

В постановлении ЧСК «По делу ярых националистов Гюль-бандова, Микаила Петровича Арзуманова и Якова Оганджано-вича Иванова» говорится, что эти лица армянской национальности обвиняются в невиданных преступлениях против мирных мусульман города Шемахы и Шемахинского уезда. В документе указывается на то, что эти оголтелые националисты, организовав бандитскую шайку в несколько тысяч человек, убивали мужчин, женщин, детей, стариков и больных причем убийства эти сопровождались особенными жестокостями.

Как уже отмечено в предыдущей главе, доклады и постановления членов ЧСК оформлялись на базе многочисленных показаний свидетелей, пострадавших и обвиняемых.

1 января 1919 года член ЧСК А. Новацкий допрашивал Александра Наумовича Квасника, проживавшего в городе Баку по Церковной улице в доме №138, иудейского вероисповедания. По словам А. Квасника, давшего всесторонние и обширные показания, в трагических событиях, имевших место в Баку, принимало участие все армянское население города Баку. Основной ударной силой во время известных событий, по показанию А. Квасника, являлись именно армянские национальные отряды: «В этих отрядах участвовало все мужское население, начиная с учеников 2-3 классов и кончая пожилыми армянами. Представители всех классов армянского населения считали своим «долгом» участвовать в этой войне, здесь были нефтепромышленники, инженеры, врачи, конторщики,, словом, все слои армянского населения исполняли свои «гражданские дела».»¹⁸⁵

А. Квасник, как очевидец упомянутых событий, свидетельствует тому, что армянское население стало готовиться к грядущим трагедиям ещё с января 1918 года. Армяне начали муссировать слухи о готовящихся событиях. А. Квасник подчеркивает, что постепенно эти слухи получали реальную форму. Ночные стрельбы, производимые армянами, носили провокационный характер «... с целью вызвать мусульманское население на выступление, наводить панику среди мирного населения, а также скомпрометировать мусульман в глазах нейтрального населения. Так, в последствии точно выяснилось, что эта провокационная, беспрерывная в течение нескольких месяцев стрельба производилась армянами в различных частях города...»¹⁸⁶

По показанию устанавливается, что армяне не останавливались на распространении слухов, а в массовом порядке запасались оружием и боеприпасами. Оружие покупалось у русских солдат, покидавших Кавказский фронт, а также доставалось из других источников. По словам А. Квасника, «... не было дома, где не было бы по меньшей мере 2-3 ружья и 2-3 револьвера, шашки, припасов и огнестрельного оружия...»¹⁸⁷

В данном источнике имеется информация и о поведении остальной части населения, прежде всего, мусульманского населения города Баку. Неармянская часть населения, искренно жаж-дующая мира и безопасности в городе, организовала митинги, всенародные моления для предотвращения кровопролития, главным лозунгом которых были слова А. Топчибашева «Живи и давай жить другим». Местами проведения подобных миролюбивых мероприятий были Александро-Невский собор и мечеть «Таза-пир». «... моление происходило в мечети «Тазапир» ещё более торжественнее и задушевнее, дающее большое облегчение тем, которые не питали никаких коварных замыслов, было заражено некоторым недоверием насчет ближайшего будущего.»¹⁸⁸

По словам А. Квасника, не менее публичные мероприятия проводились в армянской церкви на Парапете. На этих слишком торжественных собраниях участвовали и представители мусульманского населения, которые просили бога о ниспослании мира и спокойствия жителям города Баку. Армяне, оказывая честь мусульманам на подобных собраниях, в то же время замышляли о готовящемся геноциде: «Много было торжественности, но мало задушевного и ещё меньше искреннего... что-то саркастически ироническое проскальзывало в глазах армян по отношению к мусульманам...»¹⁸⁹

Для доказательства вышеприведенного А. Квасник ссылается на рассказ своего знакомого и общественного деятеля доктора Г. Последний участвовал на собрании общественных деятелей, где присутствовал и армянин X. Последний, говоря о том, что ему в 12 часов надо быть в армянском соборе на молении о мире, добавил следующее: «Заранее знаю, что ничего не выйдет от этой комедии, но все таки присутствовать надо для фасона. Ничего не выйдет. Уверенно говорю...»¹⁹⁰

По сведению А. Квасника армяне часто проводили собрания на квартирах отдельных лиц. Целью подобных собраний, по мнению свидетеля, являлась координация действий армян во время грядущих кровавых событий и разработка тактики совместных военных операций с большевиками. А. Квасник сам являлся участником подобных собраний, потому что армяне призывали и евреев к выступлениям против мусульман. По А. Кваснику, армяне единогласно решили, что «... по условному знаку... будут выступать против мусульман и сводить с ними старые счеты. Более подходящего случая им в жизни не представится и армяне, переодетые в солдатские формы или похожие на солдатские формы, что сам бог не разберется и не различит их, таким образом смогут сделать свое... дело, а самим быть в стороне. «Не мы, а большевики сражались с ними. Причем же мы? Ведь среди большевиков есть какие угодно элементы.»¹⁹¹

В своем показании А. Квасник затрагивает и вопрос о взаимоотношениях армян с большевиками. Этот вопрос, на наш взгляд, один из важнейших, поскольку от его объективного решения во многом зависит оценка характера и сущности мартовских событий в Баку. Как выясняется, в начале 1918 года цель большинства лидеров большевиков и армян была единая - уничтожение мусульманского населения г. Баку и Бакинской губернии. А. Квасник по этому поводу показал следующее: «...Шаумян, Авакян, Карганян и другие лидеры... перенесли свое поле деятельности в Баку... Оказалось, что все армяне стали большевиками. Они быстро распропагандировали армянское население, а также некоторые слои русских и других национальностей. Очень скоро выяснилось, что весь Исполнительный комитет Совета рабочих, солдатских и матросских депутатов состоит из армян (99% приблизительно)... Армянская масса... с радостью встретила Шаумяна и других, как бы видя в них воплощение своих заветных целей... всесторонний захват власти армянами в Баку и в других местах и вытеснение мусульман... Они стали мечтать о физическом уничтожении их... Что касается партии «Дашнак-цутюн», то она руководила этим кровавым заговором... тесная связь существовала между лидерами Исполнительного комитета и партии «Дашнакцутюн».»¹⁹²

В изучаемом нами историческом источнике есть прямые сведения о ходе кровавых акций в отношении мусульманской части населения. По словам свидетеля, армяне врывались в мусульманские дома, а лиц мусульманского происхождения расстреливали на месте. Армяне большими группами брали всех мусульман в плен и заключали их в театрах «Рекорд» и Маилова. Выбирая здоровых из пленных, армяне расстреливали их недалеко от зданий театров, сдирая с них одежду, драгоценности, над трупами убитых совершали всевозможное издательство. Показания А. Квасника свидетельствуют о том, что армяне продолжали свои гнусные злодеяния даже после заключения мира между мусульманским населением и большевиками, не желая признавать его.

По показанию А. Квасника выясняется, что совместная антимусульманская деятельность армян под руководством Исполнительного Комитета и партии «Дашнакцутюн» продолжалась и после мартовских событий: «После мартовских событий по приказу Шаумяна, Карганяна, Авакяна была организована так называемая Кавказская Красная Армия, состоявшая из армян. Туда пошли малолетки, начиная с 17-летного возраста и кончая пожилыми армянами, давно никуда не годные. Они шли туда кормиться вовсю при всеобщем голоде, одеваться, и обуваться, ... получать оклады в 200 рублей. Но сверх всего того они ещё «зарабатывали» в походах соразмерно аппетиту и удаче. В городе для них реквизировались самые лучшие мусульманские здания, где они устраивали оргии и вакханалии, вечно пьянствуя и играя на зурне...»¹⁹³

Организованный кровавый заговор армянского населения против мусульманского с целью физического уничтожения сначала в городе Баку, а затем в окрестностях, отражен и в показаниях других свидетелей и пострадавших во время указанных событий. Так например, присяжный поверенный, бывший общественный Бакинский градоначальник, житель г. Баку по улице Базарной, русский по национальности Яков Николаевич Смирнов в своем обстоятельном показании тоже подтверждает слова А. Квасника и других свидетелей о том, что армяне, совершая преступления против мирных мусульманских жителей города, решили уничтожить их всех в массовом порядке, не щадя при этом ни стариков, ни детей, ни женщин и др. Причем эти убийства и истязания, совершенные над мусульманским населением, продолжались и после заключения мира с большевиками 1-9 марта 1918 года. Я. Смирнов, в частности, говорил: «20 или 21 марта сверху Почтовой улицы показалась какая-то бедная мусульманка в чадре, которая стала переходить базарную улицу и приближаться к нашему дому... Когда она через некоторое время вернулась обратно уже вверх по Губернской улице, солдат снова стал прицеливаться в нее, но после наших просьб опустил винтовку, говоря «её там все равно убьют».»¹⁹³

По мнению Я. Смирнова в мартовских событиях принимали участие «... хорошо организованные воинские отряды армян и члены партии «Дашнакцутюн». Далее Я.Смирнов, говоря о мартовских событиях в Баку и кровавых рейдах армян в Шемахин-ском уезде, указывает, что эти трагедии, разыгранные армянами над мусульманским населением, являлись звеном одной цепи, составными частями едино и заблаговременно подготовленного плана. Говоря об исполнителях этих событий, Я. Смирнов подчеркивает, что и в Баку, и в Шемахинском уезде армянскими разбойниками руководили дашнак Степан Лалаев и большевик Татевос Амиров.¹⁹⁴

Житель Баку по Соборной улице №25, 52-летного возраста Абдул Джаббар Бабаев, допрошенный 9 октября 1918 г. самим А. Б. Хасмамедовым, тоже подтверждает факт о том, что во время упомянутых событий армяне совершали массовую резню мусульман вместе с большевиками. Свидетель ссылался на слова своего знакомого Петра Леоновича Зоробова, высказанные им ещё 17 марта о том, что завтра армяне начнут выступать. «Действительно на утро следующего дня армяне повели наступление... вместе с большевиками против мусульман¹⁹⁵... Далее А. Бабаев показал, как армяне, Ишхан Карабеков вместе оо своим шурином Николаем из своего дома обстреливал его квартиру и убили брата Абдул Гохара во время разговора по телефону.

По словам свидетеля устанавливается, что армяне уничтожали мирное мусульманское население не только в самом городе, но и в бакинских селениях: «... по настоянию англичан посланы были люди в селение Забрат и там... были вынуты из ямы куски двадцати двух трупов мусульман, изрубленных и брошенных в яму армянами. В Раманинском участке также было много изрубленных мусульманских женщин, детей и мужчин...»¹⁹⁶

Армянские националисты, по показаниям свидетелей, убивали не только мусульманских жителей города Баку, но и персидопод-данных мусульман (азербайджанцев из Южного Азербайджана), так как'они действовали по принципу национальной нетерпимости к мусульманам, не взирая при этом даже на их подданство. Мирза Алекпер Гусейнзаде, проживающий по Набережной улице №49 г. Баку, допрошенный в октябре 1918 года, в своем показании говорил: «В средних числах марта с. г. я видел Вагин-янца... Асатур с группой вооруженных армян в день перемирия заходил в дома, он уводил мусульман в качестве пленных и по дороге их убивал. В гостинице «Табриз», что находится на Николаевской улице, находились восемьдесят восемь персидских купцов и всех их Вагинянц вывел на улицу и из них только восемь уцелели.»¹⁹⁷

В показании от 21 октября 1918 года Мамедтаги Гасан оглы 45 лет, проживающего на Красно-Крестовской улице №15, есть сведения о массовом участии армянского населения и интеллигенции в погромах мусульманского населения города Баку. По его словам, «почти все армяне вооруженно выступили против мусульман... я видел в первый день мира даже интеллигентных армян, а именно присяжного поверенного Тер Саркисова Микаила, присяжного поверенного Арутчева, дедей Антонова и др., имен коих я не знаю. Всех этих армян я видел на Николаевской улице с винтовками, в костюме цвета «хаки» и в сапогах, одетых солдатами... здание... «Исмаилие»... подожгли армяне под предводительством офицера Степана Лалаева... »¹⁹⁸

На основе показаний свидетелей по шамахинским событиям можно увидеть, что армянские гангстеры и здесь творили не менее чудовищные преступления, чем в Баку, оба события управлялись из одного центра.

А. Новацкий в связи с шемахинскими событиями допросил некоего Левона Григорьевича Вачнадзе 6 октября 1918 года в городе Шемахе. По словам свидетеля он с 1891 года проживал в городе и за это время не замечал особо серьезных трений между армянами и мусульманами. Отношения последних начали портиться с ноября 1917 года, так как именно в это время установилась советская власть в Баку.

Мнение Вачнадзе подтверждается многочисленными свидетельскими показаниями по разгрому города Шемахи 7 декабря 1918 года. А. Новацкий допрашивал 60 летного уроженца города Шемахи: «... с начала 1918 г. многочисленные отряды армянских солдат стали прибывать в Шемаху и армянские селения уезда. Армяне фургонами привозили оружие, вплоть до пушек и пулемётов… В марте 1918 года получено было сведение: большой отряд армянских солдат выезжает в Матрасы...»¹⁹⁹ Этот факт подтверждается почти всеми свидетелями и пострадавшими, допрошенными членами комиссии. В этом отношении показание Махияддин Эфенди не составляет исключение. Последний был допрошен 29 сентября 1918 года в Кюрдамире. Ставший беженцем в связи с известными событиями в Шемахинском уезде, Махиеддин Эфенди утверждал вышеуказанные слова о заблаговременной подготовке и маневрах армян перед погромам гор. Шемахи, называл имена и фамилии лиц армянской национальности, совершавших невероятные жестокости по отношению к мусульманской части населения: «... пришел большой отряд вооруженных армян… они убили массу женщин, детей и мужчин. Это были Микаил Арзуманов, Гаврил Караманов, начальник почто-телеграфной конторы Гюлбандов, ... Степан Лалаев... и многие другие.»²⁰⁰

Отметим, что свидетели погромов города Шемахи и Шемахинского уезда, как и других регионов Азербайджанской республики, называли имена им известных людей, что дает основание говорить о том, что для получения всесторонней информации о преступлениях необходимо изучение всех документов ЧСК в совокупности.

По словам свидетелей, давших показания членам ЧСК, устанавливается, что отряд вооруженных армян, прибывший из Баку под командой комиссара Т. Амирова, направленный С. Шаумяном и Г. Кургановым, решили захватить город Шемаху ещё 14 марта 1918 года. Благодаря оказанному сопротивлению и стремлению к миру мусульманский части населения города, злое намерение армян не осуществилось. По инициативе мусульман начались переговоры между сторонами в целях недопущения кровопролития. Было достигнуто перемирие между мусульманами и армянами, которое было нарушено со стороны армян 18 марта 1918 года. Говоря о зверствах армян в городе Шемахе, 33 - летний Насрулла Гаджи Султан оглы, допрошенный членами ЧСК А. Новацким и Н. Михайловым 29 сентября 1918 года в Кюрдамире, сказал следующее: «... Я был очевидцем убийства известного, всеми уважаемого Молла Джафар Кули Ахунда и до четырехсот женщин и детей. В мечети спрятался Ахунд и около 400 женщин с детьми. Армяне ворвались в мечеть и всех их перебили. Ахунда перед убийством мучили: выбили ему зубы, выдернули бороду, отрезали язык, уши и нос...»²⁰¹ Армяне так же действовали при захвате мусульманских селений Шемахинского и других уездов Азербайджана, о чем будет идти речь ниже.

В протоколах допроса свидетелей очень многие селения, в которых проживало мусульманское население, были подвергнуты разрушению со стороны озверевших армян, лишенных всех человеческих достоинств. После ужасного погрома города Шемахи армяне и молокане уезда не успокоились содеянным. Они принялись за стирание с лица земли всех мусульманских селений, убивали людей, не взирая ни на пол, ни на возраст, ни на состояние здоровья. Из показаний свидетелей становится ясно, что в течение марта, апреля, мая, июня и июля 1918 года погромы мусульманских селений Шемахинского уезда носили чрезмерно интенсивный характер. По сведению жителя селения Чалов того же уезда Молла Абдулхалыга Эфенди их селение, находящееся в 17 верстах от Шемахи и состоявшее до погрома армянами из 28 домов и 480 душ, подверглось разрушению со стороны армян и молокан после занятия города Шемахи вторично последними. Часть жителей селения от страха покинула свои родные очаги. Армяне и молокане, ограбив все имущество сельчан сожгли более 10 домов и убили 80 человек, оставшихся в селении.²⁰²

26 октября 1918 года член ЧСК А. Новацкий допросил старшину селения Калей-Бугрут Солтанмурада Солтан оглы. Подробно рассказывая о разыгранной трагедии в их селении, старшина показал, что в их селении было 240 домов и 800 душ до погрома. В результате армянского нашествия селение было полностью разгромлено, а в живых осталось не более 500 калейбугурдцев.²⁰³

Показаниями свидетелей и пострадавших устанавливается, что более ста селений Шемахинского уезда были разгромлены армянами и молоканами во время трагических событий. Кровавые события, осуществленные в Шемахинском уезде, были частью общего плана уничтожения мусульманского населения всего Закавказья. К примеру, допрошенный А. Новацким 9-10 ноября 1918 года Сираджеддин Эфендиев показал, что антагонизм между армянами и мусульманским населением существовал давно. Ненависть армян к последним вылилась в резню 1905-1906 гг. С тех пор армяне искали повода к новому столкновению, это стало возможным после большевистского переворота в России. Воспользовавшись анархией, царившей в Закавказье, «...партия «Дашнакцутюн» под предлогом того, что мусульмане -сторонники старого режима, убедив в этом бакинских большевиков, что они в лице мусульманского населения Закавказья имеют, бесспорно, врагов, не только проводили идеи большевизма в Закавказье, но и вообще революции, создали погромы над мусульманами... Повторяю, у армян был широкий план погрома всего мусульманского населения Закавказья, но работа на этой почве, давно присутствовавшая у Шаумяна, не двигалась успехом в Тифлисе, и они успели до прихода турок разгромить мусульман Бакинской губернии...»²⁰⁴

ССЫЛКИ

161. ЦГАППОД Азерб. респ. Ф.277, оп.2, св.1, ед.хр.16, л.1.

162. ЦГАППОД Азерб. респ. Ф.277, оп.2, св. 1, ед.хр. 16, л. I.

163. Там же, л. 1-2

164. ЦГАППОД Азерб. респ. Ф.277, оп.2, св.1, ед.хр.16, л.

165. ГА Азерб.респ.. Ф. 970, опЛс, д.161, л.1.

166. Там же, л.2.

167. ГААзерб.респ..Ф. 970, оп.1с, д.161, л.2.

168. Тамже,л.4.

169. Там же, л.4-5.

170. ГА Азерб.респ.. Ф. 970, оп.1с, д.161, л.5-6.

171. Там же, л.6.

172. ГА Азерб.респ.. Ф. 970, оп.1с, д.161, л.7.

173. ГА Азерб. респ. Ф.970, оп 1 с, д.161, л.7.

174. Там же.

175. ГА Азерб.респ.. Ф. 970, оп.1с, д.161, л.8.

176. Там же, л.7-8.

177. ГА Азерб. респ.. Ф.970, оп 1 с, д.161, л.8-9.

178. ГА Азерб. респ.. Ф.970, оп.1с, д.161, л.9.

179.  ГААзерб.респ..Ф. 970, оп.1с, д.161, л.9.

180. ГА Азерб.респ-.Ф. 970, оп.1с, д.161, л.10.

181. Там же.

182. ГА Азерб.респ.. Ф. 970, оп.1с, д.161, л.Ю. ² Там же, л. 11.

183. ГА Азерб.респ.. Ф. 970, опЛс, д.161, л. 12.

184. ЦГАППОД Азерб.респ.. Ф.277., оп.2, св. 1, д.

185. ЦГАППОД Азерб.респ.. Ф.277, св., д.26, л.6.

186. Там же, л.2.

187. Там же.

188. ЦГАППОД Азерб.респ.. Ф.277., оп.2, св.1, д.26, л.З.

189. Там же, л.4.

190. Там же.

191. ЦГАППОД Азерб.респ.. Ф.277., оп.2, св. 1, д.26, л.4.

192. Там же, л.4-6.

193. ЦГАППОД Азерб.респ.. Ф.277., оп.2, св. 1, д.26, л.6-7. ²Там же, л.154.

194. ЦГАППОД Азерб.респ.. Ф.277, оп.2, св.1, д26, л.156.

195. ЦГАППОД Азерб.респ.. Ф.277, п.2, св.1, ед-хр.13, л.4.

196. Там же.

197. ЦГАППОД Азерб.респ.. Ф.277, оп.2, св.1, ед.хр.13, л.5.

198. Там же, л.23.

199. ГА Азерб.респ.. Ф.1061, опЛс, д.105, л.83-85.

200. ГААзерб.респ..Ф.1061,оп.1с,д.99,лЛ8.

201. Там же.

202. ГА Азерб.респ.. Ф. 1061, оп.1с, д.8, л.98.

203. Там же, л.55.

204. ГА Азерб.респ.. Ф.1061, опЛс, д.108, л.72-73.

Стр.| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 |