ДЕЛОПРОИЗВОДСТВЕННАЯ ДОКУМЕНТАЦИЯ ЦЕНТРАЛЬНЫХ И МЕСТНЫХ ОРГАНОВ ВЛАСТИ АЗЕРБАЙДЖАНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК ПО ИСТОРИИ ГЕНОЦИДА МУСУЛЬМАНСКОГО НАСЕЛЕНИЯ ЗАКАВКАЗЬЯ

Как уже отмечено в предыдущей главе, для всестороннего и объективного изучения истории геноцида, проведенного против мусульманского населения Закавказья в 1917-1920 годах, немаловажную роль может сыграть делопроизводственная документация властных структур Азерб. Республики. Среди подобных исторических источников особое место занимают протоколы заседаний и резолюции парламента АДР.

Агрессия Армянской республики против мусульманского населения Гянджинкой губернии была обсуждена на экстренном заседании парламента Азербайджана, состоявшемся 20 декабря 1918 года под представительством Г. Агаева. Запрос о событиях в Карабахе в связи с бесчинствами, творимыми там бандами Андраника, был внесен 15 декабря 1918 года карабахским депутатом Алавердибековым, где говорилось о том, что за последнее время армянский горе-генерал во главе вооруженного отряда перешел границы Азербайджанской республики, разоряя мусульманские селения Шушинского, Зангезурского, Джеванширского и Джебраильского уездов Гянджинсой губернии, истребляя мусульманское население в массовом порядке. В связи с обсуждаемым вопросом развернулся обмен мнениями депутатов, представлявших различные политические партии. Взяв слово, депутат Магерра-мов докладывал о бесчинствах Андраниковских банд по отношению к мирному мусульманскому населению Азербайджана. По мнению Магеррамова Андраник, проливая кровь мусульманских мужчин, женщин, детей стариков и больных в массовом порядке, не взирал ни на пол, ни на здоровье людей. На том же заседании парламента выступил председатель правительства Ф. X. Хойский, который отметил, что агрессивные действия армян в Зангезуре не новость, а скорее всего продолжение аннексионистской политики Армянской республики, проявленной еще тогда, когда правительство находилось в Гяндже. По словам Хойского Азербайджанское правительство неоднократно обращалось к Армянской республике с запросом о том, чтобы она положила конец авантюре Андраника, создавшего серьезную военную силу из местных и турецких армян и разорившего сперва мусульманские селения Эриванской губернии, а затем взялся за Гянджинскую губернию. «Андраник, пользуясь тем, что правительство Азербайджанской республики было занято Бакинской операцией, продолжал творить бесчинства в Зангезуре, пытаясь очистить этот район от мусульманского элемента и с этой целью предавал огню и мечу расположенные там беззащитные мусульманские селения. Затем операцию свою Андраник перенес из Зангезура на Шушинский район, где подстрекаемые им местные армяне закрыли дорогу Евлах-Шуша в... Аскеранском ущелье, поставив таким образом мусульманское население города Шуши в довольно опасное положение.

...План Андраника - «очистить» Зангезур и Шушу от мусульманского населения, оторвать эти куски от живого тела Азербайджана».³³

Таким образом, по мнению главы правительства, злодеяния армян в Эриванской и Гянджинской губерниях не носили случайный характер, а скорее всего были заранее подготовлены и целью которых являлась очистка указанных исконно азербайджанских земель от мусульманского населения, что подтверждается выступлениями депутатов, участвовавших на том же заседании парламента, продолжавшего свою работу до 24 декабря 1918г.

Депутат из социалистического блока А. Д. Пепинов подтверждает слова главы правительства. Оратор подробно останавливается на том, что в Карабахе действительно в массовом порядке истребляются ни в чем не повинные трудящиеся массы мусульман со стороны разбойничьих кровожадных банд Андраника. Пепинов раскрывал суть и цели Андраниковских бесчинств в отношении мусульманского населения: «Не надо думать, что Андраник истребляет мусульманское население Карабаха только из-за одной любви своей к кровопролитию, по одной лишь склонности к кровожадности, а должно быть, имеет известные цели. Цель эта станет ясна, если припомнить всегдашнего домогательства партии «Дашнакцутюн» к искусственной арменизации горных областей Гянджинский губернии, домогательства, выразившегося еще в составлении известного петербургского проекта «административного передела».

Однако члены Совета из дашнаков с нескрываемым цинизмом тогда же заявляли, что решение Совета они считают для себя не обязательным, что они найдут «другие способы» провести в жизнь свой проект. Теперешние деяния Андраника, надо полагать, имеют ближайшую связь с этой угрозой дашнаков, как известно, не брезгающих никакими средствами для достижения своих целей»³⁴

На наш взгляд, Пепинов в своем выступлении, отдав должное кровожадным отрядам армян, считает, что только одна партия «Дашнакцутюн» возглавляла этими подлыми злодеяниями. При этом Пепинов упускает из виду то, что все армянские партии без исключения, независимо от политической ориентации имели анти-азербайджанскую направленность. А. Д. Пепинов кроме вышесказанного говорил о географии злодеяний армянских вооруженных формирований под руководством одноухого Андраника против мусульманского населения. Ознакомившись с высказыванием Пепинова по этому поводу, можно утверждать, что деятельность армянских националистов, в частности Андраника, носила анти-тюркский и анти-мусульманский характер: «Потерпев поражение в Турции, говорил Пепинов, Андраник, собрав вокруг себя банды, переходит в Эриванскую губернию, предавая огню и мечу лежащие на пути мусульманские селения. Таким образом он прошел по Эриванской губернии, по Нахичеванскому уезду, затем направился в Карабах, в Зангезурский уезд, старательно «стирая» по пути мусульманские селения».³⁵

Депутат парламента, председатель партии «Гуммет» А. Шей-хулисламов, говоря об армянской агрессии против мусульманского населения Закавказья, разделяет мысли Пепинова. По его мнению в бесчинствах против мусульманского населения главную роль сыграла партия «Дашнакцутюн»: «Агрессивные виды партии «Дашнакцутюн» насчет нагорных частей Карабаха выяснились на Тифлисском демократическом совещании, когда деятели этой партии, убедившись в неудаче своего проекта о так называемом «административном переделе», открыто заявляли о «других путях», отказавшись участвовать в комиссии.

Председатель партии «Эхрар» А. Г. Эфендиев, утверждая высказывания Пепинова и Шейхулисламова об уничтожении мирного мусульманского населения Закавказья, квалифицирует их как государственную политику, проводимую непосредственно Армянской республикой. По этому поводу А. Г. Эфендиев, в частности, говорил: «Общекавказская конференция, назначенная на 10 ноября, была фактически сорвана правительством Араратской республики, не приславшей своих представителей.

Таким образом был нанесен первый удар идее мирного сожительства народов Кавказа... удар носит характер не случайного разбоя, а отличается планомерностью и систематикой».³⁶

Председатель парламентского заседания Г. Агаев на основе полученных на его имя заявлений населения Эриванской губернии и депутатов - эриванцев сообщал о том, что, начиная с декабря 1917 года по июнь 1918 года армянскими войсками в Эриванской губернии разгромлено и сожжено свыше 200 мусульманских селений, а жители частью перебиты, частью бежали в город, где погибли от Голода и холода. Г. Агаев подтверждал слова А. Г. Эфендиева о том, что анти-мусульманские выходки и преступления армян претворяются в жизнь под общим руководством властей Армянской республики, т.е. уничтожение жителей мусульманских селений Эриванской губернии является основным направлением государственной политики последней: «В настоящее время, говорил Г. Агаев, армянские войсковые части заняли весь Сурмалинский уезд и часть Эриванского, Эчмиадзинского и Шарурского уездов, населенных мусульманами и продвигаются к Нахичевани, причем мирное мусульманское население частью вырезается, а частью выгоняется из своих селений и вынуждены бежать через горы в пределы Персии, что грозит неминуемой гибелью. На насильно очищенной территории водворяются армяне-беженцы из Турции».³⁷

Большая часть выступающих, в частности М. Н. Виноградов, С. М. Эфендиев, независимо от различных политических рриен-таций своих партий в тотальном уничтожении мирного мусульманского населения на территории Азербайджанской республики обвиняли прежде всего Армянскую республику. Все эти выступления, так же как вышеприведенные, содержат неопровержимые доказательства о массовом и планомерном истреблении мусульманского населения Закавказья в указанный период.

Геноцид против мусульманского населения обсуждался и на очередных заседаниях парламента. Парламент Азербайджанской республики особое внимание уделял на бесчинства армян в Карабахе и это было неслучайно. Как известно, армяне, успешно проводившие де-мусульманизацию в Эриванской губернии, с начала 1919 года стали более интенсивно проводить анти-азербайджанский террор в Карабахе. В целях создания нормальных условий для мирного сожительства жителей указанных уездов независимо от национальной принадлежности. В январе 1919 года Азербайджанским правительством было учреждено отдельное Карабахское генерал-губернаторство. По этому поводу было достигнуто соглашение с английским командованием и даже установлена конкретная кандидатура на должность генерал-губернатора. Несмотря на это, армянские жители Карабаха, воспользовавшись присутствием здесь Андраниковских банд и военных подразделений армянской республики, игнорировали власть Азербайджанской республики. Они совместно с правительственными войсками Армении терроризировали мусульманскую часть населения Карабаха, составлявшую большинство в этом регионе. В связи с этим на заседании парламента, состоявшегося 26 апреля 1919 года, депутаты вновь обратились к этому наболевшему вопросу. Беспартийный Бейбут Ага Джаваншир, выступив перед депутатами парламента, заострил внимание на том, как армяне и Армянская республика проводят массовый террор в отношении мусульманских жителей Карабаха, не взирая на то, что эти земли исконно азербайджанские. «До сих пор Карабах переносит много несчастий. Благодаря Андранику принесено много жертв. Уничтожено и разорено до ста мусульманских селений. Правительство назначало туда генерал-губернатора с широкими полномочиями. Такие же полномочия дали ему представители великой державы, находящиеся здесь, чтобы избавить от тяжелого положения мусульманское населения Карабаха. Ни один Карабахский житель не может двинуться дальше Шуши, боясь за свою жизнь...».³⁸

Свидетельство Б. Джаваншира стало ещё одним доказательством невыносимых условий жизни мусульманского населения Карабаха к началу 1919 года. Именно по этой причине в июне 1919 года парламентом была составлена специальная делегация для ознакомления с настоящим положением в нагорной части Карабаха. Делегация состояла из представителей различных политических партий, а возглавлял её лидер партии «Иттихад» доктор К. Карабеков, По возвращении указанной делегации из Карабаха 7 июля 1919 года состоялось специальное заседание парламента. На заседании в связи с последними происходящими событиями в Карабахе с докладом выступил К. Карабеков.

Как очевидец вызывающих и наглых действий местных и пришлых армян, он свидетельствовал: «Армяне сел, расположенных на возвышенностях вдоль дороги Евлах-Шуша, обстреливали шоссе, убивали жителей, грабили фургоны, угоняли лошадей. Был обстрелян так же начальник штаба нашей армии генерал Селимов. В начале мая на шоссе было сделано нападение армянами и увезено 9 мусульман, не видали до сих пор даже их трупы, в середине мая таким же образом увезены были ещё 7 мусульман. Дороги Карягино-Шуша и Карягино-Герусу были совершенно в руках армян, ни один мусульманин не мог проехать по этим дорогам»...».³⁹

В докладе К. Карабекова особенно подчеркивается, что армянское население нагорной части Карабаха не признает власть генерал-губернатора. «Даже в Щуше, - подчеркивал он, - власть генерал-губернатора распространялась только на мусульманскую часть города».²

Докладчик так же объективно расценил причины и последствия Кайбалыкендских событий. Как известно, в начале июля 1919 года произошли так называемые Кайбалыкендские события. Мусульманское население близлежащих к Шуше селений, будучи встревоженные выстрелами с армянской части города ночью, поспешили к Шуше. На их пути оказалось армянское селение Кайбалыкенд и здесь в результате перестрелки погибло несколько армян. Благодаря своевременному распоряжению генерал-губернатора и азербайджанских воинских подразделений инцидент был исчерпан.

Говоря о причинах Кайбалыкендских событий, К. Карабеков в первую очередь обвиняет Армянскую республику и армян Карабаха, поскольку они являлись основными виновниками случившихся несчастий не только в Кайбалыкенде, но и во всей Эриванской и Гянджинской губерниях.

В отличие от К. Карабекова член упомянутой парламентской делегации, депутат Азербайджанского парламента, представитель партии'«Дашнакцутюн» Чубарян, выступивший на том же заседании 7 июля 1919 года, занял позицию относительно трагических событий в Карсской области, Эриванской и Гянджинской губерниях. Затронув лишь тему о Кайбалыкендских событиях, не раскрывая причин этих указанных событий, основную часть своего выступления он посвятил их последствиям. «В только что услышанном вами докладе, говорил Чубарян, имея в виду выступление К. Карабекова, я просил бы вас совершенно отбросить выступление об общем положении и политической стороне и прийти к фактической стороне. Я даже подхожу к вопросу с точки зрения политических интересов...».⁴¹

В своем докладе Чубарян, сам того не желая, признает факт о бойкоте, кочевке мусульманского населения на Верхний Карабах на летние пастбища со стороны армян. Но как ни странно, Чубарян, признавая это, в бойкоте - кочевке мусульманского населения одновременно обвиняет генерал-губернатора, как соучастника и организатора бойкота: «... Переходя к вопросу о бойкоте, нужно сказать, что действительно не установлено, что это исходило от власти, но власть не препятствовала этому бойкоту...».⁴²

Говоря о власти в Карабахе, Чубарян конечно же имеет в виду власть генерал-губернатора. Но он сам же невольно подтверждает, что, если не иметь в виду присутствия здесь английского командования, в Карабахе в начале 1919 года существовало двоевластие: власть генерал-губернатора и власть армянского национального совета: «Было решено, что кочевку будут сопровождать специальная охрана от английской миссии, армянского национального совета и генерал-губернатора...».⁴³ Возникает законный вопрос о том, что если Чубарян властью в Карабахе считал власть генерал-губернатора, тогда на каком основании кочевку мусульманского населения должна была сопровождать специальная охрана армянского национального совета?

Таким образом, доклад Чубаряна составлен тенденциозно и гласит как обвинительный акт в адрес генерал-губернатора -представителя законной власти в Карабахе, но ни одного факта о виновности последнего он не приводит и ограничивается всего лишь абстракциями. Примечательно, что в докладе нет Йи одного слова обвинения в адрес Армянского Национального Совета и армян вообще. Все эти односторонние и предвзятые заключения Чубаряна были подвергнуты резкой критике другим членом парламентской делегации Ш. Б. Рустамбековым, выступившим на заседании 8 июля 1919 года. По этому поводу Ш. Б. Рустамбеков в своем докладе, в частности, говорил: «... доклад Чубаряна... не основан на тех документальных данных, которые имелись у делегации. Это - обвинительный акт против генерал-губернатора и главные его основы заключаются в том, что события в Карабахе были подготовлены генерал-губернатором и что во время этих событий было со стороны власти бездействие и попустительство...».⁴⁴

В отличие от Чубаряна. Ш. Б. Рустамбеков на основе свидетельских показаний представителей армянской и мусульманской населений дает более объективную характеристику общего положения Карабаха: «Как известно, Шуша представляет собой два вооруженных лагеря: в одном существует власть, а в другом, даже по показаниям самих же армян, не было никакой власти... ».⁴⁵

Говоря о Кайбалыкендских событиях Ш. Б. Рустамбеков не только инфоримирует парламент об их последствиях, но и раскрывает причины. По его мнению в Кайбалыкендских событиях, да и во всех трагедиях Карабаха виновны армяне. Агрессивные и наглые действия армян являлись источником напряженного положения в Карабахе: «В день событий, говорил Ш. Б. Рустамбеков все шоссе от Агдама до Шуши было заполнено кочевниками и почти все достояние мусульман Карабаха было на дороге. Показаниями доказывается, что не раз эта дорога обстреливалась из армянских селений...».⁴⁶

По мнению Ш. Б. Рустамбекова, злодеяния армян по отношению к мусульманскому населению имели конкретные цели и управлялись из одного центра, т. е. являлись государственной политикой Армении. Автор доклада утверждает, что в этом он убедился за время работы делегации в Карабахе, так как многие преступления армян совершались именно на его глазах: «... Работа известных шовинистических кругов, которыми руководили армянские национальные советы в Шуше и Зангезуре, все время создавала настроение против азербайджанской государственности. Явно на наших глазах работали, открыто против нас выступали, обстреливали дороги и наши селения - все это установлено документальными данными... Карабахский национальный совет работал не по своей инициативе, не своими средствами. Это, несомненно, доказывается всеми данными, добытыми генерал-губернатором, что они имели связь материальную и политическую с Эриванью. Это было обнаружено при обыске у Арзуманова в Карабахе...».⁴⁷

Оценивая с политической точки зрения анти-азербайджанские акции армян Карабаха, Ш. Б. Рустамбеков квалифицирует их как бунтарские, так как они, по его мнению, игнорируя законную власть Азербайджанской республики в Карабахе, сеяли семена раздора и смуты, и от этого в первую очередь пострадало невооруженное мусульманское население края. «Парламентом и всем азербайджанским народом Карабах признан неотъемлемой частью Азербайджана. Это установлено с согласия той внешней силы, которая в последнее время между мусульманами и армянами играет посредническую роль. Но практически Карабах, его нагорная полоса и часть города не находились в сфере власти Азербайджанского правительства. Это явление, несомненно, с международной точки зрения и с точки зрения государственной можно лишь называть вооруженным повстанческим...».⁴⁸

В докладе Ш. Б. Рустамбекова имеются сведения и об отношении азербайджанских властей к армянской части населения Карабаха. По мнению оратора, Азербайджанское правительство, не взирая на враждебные действия со стороны армян, проводило чрезмерно мягкую политику по отношению к ним. Воспользовавшись этим, армяне, учинявшие чудовищные преступления по отношению к азербайджанской государственности, продолжали более интенсивно проводить политику сепаратизма. По этому поводу Ш. Б. Рустамбеков говорил следующее: «... Азербайджанский парламент и правительство стояли на почве разрешения этого вопроса мирным путем. Несмотря на это со времени образования Азербайджанской республики определенные группы все время стремились Карабах выделить из-под нашей власти. Карабах называли чуть ли ни частью Советской Российской республики. В Зангезурском уезде и в настоящее время агрессивные действия продолжаются... но и там наше правительство стоит на точке зрения мирного разрешения вопроса. Даже в настоящий момент, когда армяне наступают со всех концов, есть определенные приказания генерал-губернатора не наступать, а только обороняться, защищаться...».⁴⁹

Ш. Рустамбеков более подробно остановился на том, как генерал-губернатор занимался решением экономических проблем ка-рабахцев, прежде всего армянской части населения. Отвечая тем, кто обвинял генерал-губернатора X. Султанова в попустительстве бойкоту, Ш. Рустамбеков докладывал следующее: «... Тот шум, который поднят... вокруг имени генерал-губернатора, имеет провокационные замыслы... Зимою, в феврале или в марте месяце генерал-губернатор, как только прибыл в Карабах, застал в этот момент тяжелое экономическое положение армян, были даже смертные случаи от голода... Генерал-губернатором были приняты в первые же дни меры..., был воспрещен вывоз пшеницы из Карабаха, так что цена упала до 30 руб. за пуд, тогда как в Баку цена доходила до 200 руб. и дороже. Армянское население большими партиями по дешевой пене закупало продукты и снабжало продовольствием свои банды...».⁵⁰

Армяне, обеспеченные продовольствием, благодаря энергичным мерам властей Азербайджанской республики стали ополчаться против мусульманского населения Карабаха. Для массового истребления и искоренения мусульманского населения армяне в Карабахе проводили мобилизацию и создавали военные подразделения. По словам Ш. Рустамбекова армяне бросали вызов миролюбивым деяниям генерал-губернатора, продолжали анти-азербайджанские акции и в июле 1919 года: «... В настоящее время опять имеются организованные силы, есть свой штаб, своя власть не в Шуше, а в Кашкенды, опять не подчиняются административной власти. Они пользуются всеми благами этой власти, но не исполняют тех государственных обязанностей, ... стоят на точке зрения неприемлемости, непризнания Азербайджанской власти...».⁵¹

В указанном докладе есть информация об основных политических силах и руководителях армян Карабаха. Благодаря докладу устанавливается, что анти-азербайджанские погромы в Карабахе совершались не только местными армянами, а также пришлыми со всех концов Закавказья и основную партию сыграла кровавая партия «Дашнакцутюн»: «Руководители армян, как наши местные, так и из Эривани и из Тифлиса...Всем этим событиям, которые там происходили, сочувствует та партия, которая руководила и руководит. Показания как Рубена Шахназаряна, так и Калантарова, доказывают, что всеми этими событиями руководили дашнакцаканы... ».⁵²

Таким образом, при изучении доклада Ш. Б. Рустамбекова становится ясно, что антимусульманские действия армян в Карабахе претворялись в жизнь под общим руководством дашнакской Армении и являлись результатом антиазербайджанской государственной политики. Это подтверждается и в выступлении Ш. Рустамбекова на заседании парламента, состоявшегося 3 марта 1920 года. Указанное заседание парламента целиком было посвящено Карсской трагедии, разыгранной Армянской республикой в отношении мусульманского населения этого края.

Известно, что после ухода турецкой армии из Карсской области в конце 1918 года там образовалось самостоятельное государство, именовавшее себя Юго-Западной Демократической Республикой. Это государство просуществовало с декабря 1918 г. по апрель 1919 года. В середине апреля 1919 года при содействии английского командования территория ЮЗДР была разделена между Грузией и Арменией. ЮЗДР пала. Карсская область, Ша-рурский, Нахичеванский, Сурмалинские уезды юго-восточная часть Эриванского уезда, населенные и основном азербайджанцами и входящие до апреля 1919 года в состав ЮЗДР, были захвачены Арменией. Сразу после оккупации территории независимого государства Армения стала проводить там геноцид против мусульманского населения. Систематическое истребление и искоренение мусульманского населения павшей ЮЗДР стало носить более интенсивный характер с начала 1920 года. Поэтому парламент Азербайджанской республики на своем специальном заседании обсудил трагические события, имевшие место в Карсской области, где и выступил Ш. Рустамбеков.

Ш. Рустамбеков в своем выступлении особое место уделил договору, подписанному Азербайджаном и Арменией 23 ноября 1919 года. По его мнению, указанный акт нарушается Армянской республикой, посягающей на территориальную целостность Азербайджана, и уничтожение мусульманского населения как в Карабахе, так и в Карсской области являлось одним из основных направлений государственной политики армянского государства: «... В Эриванском и Зангезурском уездах армянское правительство начало уничтожать мусульманские селения и подвергло население их истреблению и насилию. Мы полагали, что это временное явление и ждали, что армянское правительство опомнится и положит предел бесчеловеческому отношению к мусульманам. Но этого мы не увидели. Наоборот, мы являемся свидетелями того, как армянское правительство поставило мусульманское население Карсской области под угрозу физического уничтожения. Теперь для нас стало ясно, в лице отдельных наблюдавшихся нами выступлений мы имеем дело с моментами широкого преступного плана истребления мусульман, осуществляемого так же армянским правительством в Карсской области».⁵³

На указанном заседании парламента Н. Усуббеков, который на основе статистических данных раскрыл незаконную аннексию ЮЗДР Арменией: «...большинство населения Карсской области состоит из мусульман. По статистике довоенного времени мусульман в Карсской области было 365.000 душ, т. е. 55 % всего населения. Из других народностей Карсской области 30 процентов составляют армяне...».⁵⁴

Н. Усуббеков так же, как Ш. Рустамбеков, в массовых погромах мусульманского населения Карсской области обвиняет прежде всего Армянскую республику. По его мнению, Армянская республика, искореняя мусульманское население этого края, стремится к созданию мононационального государства. Говоря о Карсской трагедии, Усуббеков называет её звеном одной цепи тотального террора властей Армении в отношении мусульманского населения всего Закавказья: «С 28 января 1920 года армянское правительство применяет по отношению мусульманского населения те меры, которые применялись им в Эриванском уезде, т. е. начало сжигать селения мусульман и подвергать население истреблению. В первые дни февраля правительство стало получать телеграммы от мусульманского населения Карсской области с просьбой прийти к ним на помощь и защитить их от поголовного истребления...».⁵⁵

В докладе Н. Усуббекова есть сведения о методах Армянской республики по выживанию мусульманского населения Закавказья в целом, и в частности в Карсской области: «... С одной стороны, погибает народ, сжигаются селения, расстреливаются женщины и дети, а с другой стороны, нас уверяют (армянское правительство), что население живет спокойно, с третьей стороны, мы имеем сведения, что сравнены с землей 24 мусульманских селения...».⁵⁶

Доклад главы Азербайджанского правительства богато фактами о насилиях армянских властей и регулярных военных подразделений над мирным мусульманским населением Карсской области: «отряд полковника Мазманова уже несколько месяцев как находится в соседнем Гельском участке, где...собственноручно застрелил сотни невинных мусульман, десятки мусульманских сел разрушил артиллерией и ограбил.

Генерал Осипянц ... 1 февраля открыл артиллерийский огонь по селениям Кечаберг и Покровка, где проживали мусульмане до 30 дворов и повели наступление пехотой при 3-х пулеметах на каждое селение. К 12-и часам... были заняты армянскими частями селения Кечаберг, Месчитли, Покровка и Хорошее. По убегавшему населению был открыт пулеметный и артиллерийский огонь. Убито из селения Кечаберг - 8 человек, селения Покрова -5 мужчин, 12 женщин, 9 детей, ранено 8 мужчин, из селения Месчитли - убито 3 мужчин и уведено 4 женщин, из селения Кюмты - убито 8 мужчин, ранено 18...

1 и 2 февраля... армяне заняли селения Кечаберг, Месчитли и Покровку и начали грабить эти села и убивать оставшихся в селении. Угнано из селения Кечаберг 800 голов крупнорогатого скота, 2000 голов овец, увезено 32.600 пудов пшеницы и все домашнее имущество 60 семейств.

Из селения Месчитли угнано 600 голов крупнорогатого скота, 1500 голов овец, увезено 18.000 пудов пшеницы и ячменя и домашних вещей 45 семейств...».⁵⁷

Из селения Покровка угнано 172 голов крупнорогатого скота, 200 голов овец, увезено имущество 30 домохозяев и убито 4 мужчин и 2 женщины.

3 февраля был открыт артиллерийский огонь по селениям Олышанак, Гегярчин, Агзы-Ачыг, Мамаш, Бендеван, Кызыл-Ки-лиса, Кал аджик, Пертик и Кюмбет.

7 февраля из селения Кызыл-Килиса угнали 500 голов крупного рогатого скота и 2000 голов овец, увезли имущество 35 домохозяев. Оставшихся в селении двух стариков 80-ти и 90 лет убили, оставив под развалинами и в огне 14 женщин и 27 детей.

Из селения Каранмаз убито 6 женщин, 17 детей, 4 мужчин и 2 ранены...».⁵⁸

Из вышеприведенных данных видно, что за короткое время правительственные войска Армянской республики в массовом порядке разгромили мусульманские селения Карсской области, убивали жителей этих селений, не щадя даже женщин, детей и стариков. Кроме того, из доклада Н. Усуббекова можно сделать вывод о том, что армянское правительство не только уничтожало мусульманское население, но и занималось подрывом хозяйственных основ их жизни. Это обстоятельство приводит к мысли о том, что армяне и Армянская республика в Карсской области проводили политику арменизации и демусульманизации. Ради достижения этой цели армяне и их правительство были готовы на самые гнусные поступки и преступления, что и подтверждается выступлением лидера партии «Мусават» М. Э. Расулзаде: «...Перед нами доклад главы правительства, в котором изложены все данные, подтверждающие наличность тех ужасов и бесчеловечного уничтожения мусульман Карсской области, которые совершаются кровавыми руками правителей Армении и их регулярными войсками. Армянское правительство привыкло обрабатывать европейское общественное мнение в свою пользу, когда какой-нибудь Кайбалыкенд случайно подвергается несчастью, то вокруг этого поднимается невероятный шум и дружный вопль всего армянского народа. Когда же целые области подвергаются бесчеловечному уничтожению и армянскими регулярными частями совершается беспощадное истребление мусульман, разрушается до 40 селений, предается огню и мечу все их имущество, тысячами убиваются женщины, дети и старики, то об этом никто не знает и не хочет знать, а армянское правительство называет эти ужасы «изгнанием пришлых элементов», а организованное истребление мусульман названной области - попытка создания там искусственного большинства армянского населения с целью поставить Европу перед готовым фактом...».⁵⁹

Вышеуказанные слова М. Э. Расулзаде полностью и четко рисуют политический портрет армян и их правительства, при этом разоблачает агрессивные и беспардонные намерения последних. В отличие от М. Э. Расулзаде, член парламента, представитель эсеровской партии И. Исмаилзаде в погромах мусульманского населения Закавказья, в частности Карсской области, не обвиняет непосредственно самих армян, а скорее всего всю вину сваливает на Российское самодержавие. По его мнению, армяне являются пленниками реакционной политики Российского государства и его ставленника - партии «Дашнакцутюн». По этому поводу И. Исмаилзаде говорил: «... Самодержавная Россия, несмотря на свою экономическую слабость, верная традициям завоевателей прошлого, хотела видеть «Олегов щит у врат Царьграда». Для достижения своих целей самодержавие у нас на Кавказе должно было иметь прочную опору и эта опора нашлась в лице политической партии «Дашнакцутюн»...».⁶⁰

Как видно, в ходе парламентских заседаний выступившие депутаты подходили к вопросу геноцида мусульманского населения Закавказья с различных политических позиций. Несмотря на различия во взглядах по указанному вопросу, в их выступлениях однозначно утверждается факт массового террора армян и Армянской республики против мирных жителей мусульманских городов и селений Закавказья. В этом нас убеждают и резолюции парламента, принятые в результате горячих дебатов по указанному вопросу. К примеру, в ходе обсуждения Карсской трагедии начала 1920 года была принята резолюция от 9 марта 1920 года по вопросу армяно-тюркских столкновений в Карсской области и Эриванской губернии. Указанная резолюция принималась на основе выступлений депутатов парламента и доклада председателя Азербайджанского правительства Н. Усуббекова. В парламентской резолюции от 9 марта 1920 года четко обозначен факт геноцида против мусульманского населения, что систематическое истребление последних не носит случайный характер, а скорее всего является государственной политикой Армянской республики. В указанной резолюции по этому поводу, в частности, говорилось следующее: «... Выслушав исчерпывающее объяснение правительства на вопросы, данные членами парламента по поводу кровавых событий в Карсской области и Эриванской губернии, и имея в виду агрессивные действия Армянской республики, выражающиеся в истреблении беззащитного мусульманского населения, в результате чего уничтожено много мусульманских селений, сравненных с землей и истреблены многие тысячи мусульман, и находя подобное разрешение пограничного и территориального вопроса между самостоятельными Закавказскими республиками пагубным и противоречащим демократическим принципам, а также опасным для завоеваний революции и независимости Закавказских республик. Выражаем перед демократией всего мира, в том числе и Закавказья, энергичный протест против действия Армянского правительства...».⁶¹

Вышеприведенные факты насилия армян и правительства Армении в отношении мусульманского населения Закавказья отражены не только в протоколах заседаний и резолюциях парламента, но эта архиострая проблема стояла в центре внимания и Азербайджанского правительства и его местных органов и представителей. Указанная проблема являлась одним из основных вопросов внешнеполитической деятельности МИД Азербайджана. Указанное ведомство, доводя правду о геноциде, совершенном армянами и Армянской республикой против мусульманского населения, до внимания ведущих стран мира, стремилось положить конец политике мусульманизации Закавказья. МИД Азербайджана было склонно к мирному разрешению всех спорных пограничных и территориальных вопросов, имеющих место между республиками Армении и Азербайджан. В этих целях оно многократно обращалось к соответствующим органам соседней республики. Эти обращения МИД отразились, в частности, в нотах, адресованных МИД Армении и другим органам Армянской республики. В указанных документах имеется большой фактический материал о погромах азербайджанских (мусульманских) городов и селений, об убийствах мусульманского населения армянскими вооруженными формированиями, об активном участии в этих националистических акциях Армянской республики. В ноте министра иностранных дел Азербайджанской республики, направленной армянскому правительству в январе 1919 года, ясно описывается ужасное положение мусульманского населения Эриванской губернии в результате насилий армянских гангстеров при попустительстве официальной Армении. Более того, в ноте протестуется занятие армянскими правительственными войсками районов Эриванский губернии, населенных в основном мусульманским населением и являющихся неотъемлемой частью Азербайджанской республики. Говоря о трагических событиях Эриванской губернии, зам. министра иностранных дел Азербайджана А. Зиядханов указывает на то, что число только одних утонувших мусульман при переправе через реку Араке от преследования армян равнялось 300 человек...⁶²

Интенсивные погромы мусульманского населения в Эриванской губернии в начале 1919 года вызывали протест со стороны МИД Азербайджана и это отразилось в его очередных нотах. К примеру, в ноте, направленной Армянскому правительству в феврале 1919 года, речь идет о том, как с января 1918 года до прихода турок в Эриванскую губернию армяне разгромили более 300 селений, перебив большую часть мусульманского населения.⁶³ В ноте также отмечается, что после ухода турок из названной губернии в декабре 1918 года Сасунский полк обезоружил Карахачское и Ведечайское сельские общества Эриванского уезда, подвергли разгрому селения Кадылу, Шагабед, Карахач, Дохназ, Ка-рабекляр, Агасы-бекли и селения района Милли Дараси. Почти одновременно армянские войска, окружив села Басаркечарского района Новабаязетского уезда, истребили мусульман селений Кызыл Венк, Субатан, Загалу, Шахаб и др., причем женщин изнасиловали и многих детей селения Шахаб сожгли в тендырах. Таким образом, администрация армянской республики с 17 по 31 августа разгромила до 50 мусульманских Селений Эчмиад-зинского, Сурмалинского, Эриванского и Новабаязетского уездов.⁶⁴

При изучении нот МИД выясняется, что армяне и Армянское правительство при разгроме мусульманских селений Эриванской губернии, прибегнули к самым чудовищным способам, уничтожая женщин, детей и стариков. В этом можно убедиться при рассмотрении многих нот, в частности, в направленной 21 марта 1919 года дипломатическому представителю Армении в Азербайджане, где сообщается об уводе нескольких сот мусульманских женщин армянскими воинскими частями из селений Карахач, Кадылу, Карабеклар и др.⁶⁵

Массовое истребление мирного мусульманского населения и издевательства над ними, осуществленные Армянской республикой в пределах всего Закавказья, продолжались в течение всего 1919 года, а также в последующие годы. Как уже выше указано, для армянского правительства, проводившего шовинистическую и тюрконенавистническую деятельность, не существовали никакие человеческие и международные нормы, так как оно даже после подписания договора от 23 ноября 1919 года между Арменией и Азербайджаном, продолжало политику искоренения мусульманского населения Эриванской губернии, Карабаха, Карсской области и др. По этому поводу 23 ноября 1919 года МИД Азербайджанской республики направила очередную ноту МИД Армении, где говорилось: «23 ноября состоялась между председателями правительств Азербайджана и Армении соглашение о немедленном прекращении вооруженных столкновений и передаче всех спорных вопросов на разрешение созываемой армяно-азербайджанской конференции. Между тем, сейчас получены сообщения, что войсками вашего правительства разгромлены: в Зангезурском уезде - селения Очукир, Давидан, Аткиз, Шабидан, Анишу, Кушнейлар. Масса убитых. Селение же Килатак и все окрестные с ним мусульманские селения лишены всякого сообщения и осаждены армянами, и в Даральгезском уезде селения Кечабек-Кисир-Мар, Гыр, Каялы, Лейликечан, Баало, Гегярчин, Чемкенд и Итдил, причем, убиты в этих селениях 300 мужчин и взято в плен 30 женщин. При этом по имеющимся сведениям в указанных направлениях продолжается посылка регулярных войск...».⁶⁶

Нота-протест МИД Азербайджана от 22 января 1920 года, адресованная соответствующему ведомству соседней страны, отражает злодеяния армянских властей в Зангезуре, являвшимся неотьемлемой частью Азербайджанской республики. В этом протесте Азербайджанский министр указал на то, что в настоящее время с подписания соглашения армянскими войсками было уничтожено до 40 мусульманских селений Зангезурского уезда.⁶⁷

Антиазербайджанские кровавые рейды Армянского правительства и армян вообще зафиксированы не только в нотах МИД. Подобная информация содержится и в докладах представителей центральных и местных органов власти. В одном из докладов министра внутренних дел Азербайджана председателю правительства сообщается об анти-мусульманских преступлениях генерала Андраника и армянских правительственных войск в Карабахе, в частности в его нагорной части: «...Положение ещё более обострилось с появлением в тех местах воинских армянских частей под предводительством Андраника, откровенно объявившего цель своего «похода»: отторжение Карабаха от Азербайджана и присоединение к Армении. Появились и четники из местного населения, задавшиеся той же целью, и сплошь и рядом не брезговавшие грабежами, насилиями, убийствами, около 150 мусульманских селений разорено и разграблено в том районе, и масса беженцев потоком хлынула на низменность в Агдам и другие места».⁶⁸

В докладе министра внутренних дел констатируется тот факт, что армяне, населяющие нагорные части Зангезурского, Шушинского и других соседних уездов, воодушевленные миссионерами Армении, ещё с февральской революции в России стремились к изолированию и сепаратизму. После образования независимого Азербайджанского государства армянские сепаратисты стали более активно действовать в этом направлении, осуществляя конкретную и заранее определенную задачу... отделиться от Азербайджана и присоединиться к Армянской республике».⁶⁹ Далее в докладе указывается на то, что армянские националисты, воспользовавшись развалом власти и царством полной анархии в нагорной части Карабаха, успешно претворяли в жизнь свои гнусные планы и при этом они проводили политику выживания мусульманского населения из исконно азербайджанских земель. Агрессивная политика Армянской республики по отношению к Азербайджану разоблачается и в ответе председателя правительства Н. Усуббекова заместителю союзного верховного комиссара полковнику Рей. В этом документе, в частности, говорилось следующее: «...Армянское правительство...послало в Зангезурский уезд свои регулярные войска для поддержания и усиления повстанческого движения... В Зангезуре Азербайджанская власть имеет ввиду прекратить дальнейшее разорение мусульманских селений армянскими повстанцами, вернуть 60 000 обездоленных мусульман-беженцев к их очагам и восстановить правопорядок...».⁷⁰

Бунтарская деятельность армян, проживавших на территории Азербайджанской республики, а также агрессивная политика Армении отражены и в докладах губернаторов. В этом отношении не составляет исключение и доклад Гянджинского губернатора Векилова министру внутренних дел в начале 1919 года. В докладе губернатор излагает положения мусульманского населения вверенной ему губернии. Говоря о варварских поступках армянских националистов и их последствиях, губернатор Векилов сообщает: «Зверства их не знают границ, перед ними бледнеют все ужасы мрачного средневековья. Но хочется верить, что в 20-м веке существует народ, протрубивший по всей Европе о своей культурности, который применяет к беззащитному мирному населению все приемы дикарей. Тяжело писать эти строки под впечатлением тех ужасов, которые имеют отголоски в ежедневных рапортах и донесениях, несущихся со всех концов губернии: женщины изнасилованы, дети сжигаются на кострах, вырезаются языки, уши; пытки, издевательства...».⁷¹

Далее автор доклада заострил внимание на том, что в результате кровавой политики армянских националистов мусульманское население губернии пострадало лично и имущественно, многие жители мусульманских селений, спасаясь от армянских четников, покидали свои родные очаги. Указанные события так же негативно сказались на экономической, политической и культурной областях жизни губернии: «... Громадные пространства плодородной земли остались без хлебопашца, скотоводству грозит окончательный упадок, если не будут приняты экстренные меры к тому, чтобы эйлаги были открыты для пользования скотоводства с приближением теплого времени.

... вся культурная жизнь губернии замерла, сельские школы в большинстве не функционируют, городские училища и гимназии закрыты из-за эпидемических заболеваний, заводы не действуют...».⁷²

Губернатор, докладывая о стремлениях мусульман, русских и немцев-колонистов к миру, подчеркивает, что армянская часть населения губернии была настроена по иному, так как она вела себя как ненасытная кровопийца. Все это делалось вопреки предложениям властей Азербайджанской республики и местного мусульманского населения, призывающих к миру.

В докладе особо подчеркивается, что после прихода английских войск в ноябре 1918 года армяне не только не прекратили свои анти-азербайджанские действия, а наоборот, нападения на мусульманские селения принимали более масштабный характер. По утверждению губернатора, этим наглостям и преступлениям армян способствовала двурушническая политика английских представителей. Там же приводится перечень преступлений армянских националистов:

«Привожу данные о дерзких насилиях и преступлениях армян над мусульманами после прихода Английской миссии в Джебраильском уезде с 1-го декабря 1918 года. Вот они:

1)   3 декабря, осадив село Гога, армяне перебили до 10-тимусульман, убили старого помещика Асад ага Джеваншира и вырезали его семью.

2)   2-го декабря вооруженные армяне селения Аракюль и др., напав на селения Халафли, Ашык, Меликлы, Татар и Шыхлар,сожгли и разгромили 10 домов, ранили 2-х женщин, 6 мужчин и убили 10 голов скота.

3)   5-го декабря из сел. Каракеллу угнано до 40 баранов, принадлежащих Молле Набия и др.

4)   7-го декабря армяне угнали 80 штук баранов у мусульманселения Арыш.

5)   10-го декабря у дошулинцев Магеррама Муса оглы и др.угнано 8 голов скота.

6)   10-го декабря у эфендилярцев Мир Юсуфа Мир Гасан оглыугнано 12 голов скота.

7)   15 декабря у сирикцев угнано 100 голов скота.

8) 18 декабря армяне напали на селение Мазра, закололи штыками караульного Исмаила Мустафа оглы, угнали 40 голов скота и похитили домашние вещи до 70 тыс. рублей.

В январе в селе Дудукчи предали огню все хозяйство и пр., принадлежавших помещикам того селения. Джамал беку и другим Везировым разгромили все бывшее у них имущество, причинив убытки более чем на 100 тысяч рублей.⁷³

В документе отмечается, что несмотря на указанные преступления армян в отношении мусульманского населения Джабраилского уезда, последнее проявило хладнокровие и даже занимало оборонительную позицию и не было допущено правонарушений с их стороны против армян. Такое отношение мусульманского населения к армянам наблюдалось и в других уездах Гянджинской губернии. Воспользовавшись этим, армяне становились более агрессивными и наглыми в своих анти-азербайджанских стремлениях. По словам губернатора только в Зангезурском уезде к началу 1919 года было разгромлено 105 мусульманских селений.⁷⁴

О преступлениях армян и правительства Армении в Нахичеванском уезде против жителей мусульманских селений сообщается в рапорте исполняющего делами временного генерал-губернаторства от 5 декабря 1919 года. В рапорте информируется о том, что 18 ноября жители армянских селений Паныс и Курдикенд угнали стадо, принадлежавшее мусульманам селения Охчи, а 19 ноября, вследствие письменного обращения командующего армянскими частями Мигринского и Кошанского районов Багдасарянца к мусульманам, последние, в свою очередь, послали в селение Паныс своих делегатов для переговоров и установления добрососедских отношений. Армяне, арестовав членов мусульманской делегации, обратились с письмом к обществу мусульманских жителей с предложением сдаться армянам и признавать их власть. При этом в письме давалось обещание, что если мусульмане добровольно сдадутся, только тогда их жизнь и имущество будут в безопасности. Согласившись с этим, мусульманское население наивно надеялось, что армянские четники сдержат свое слово: «... к 12 часам дня приезжает в Охчи армянский комиссар Амазасп с 40 всадниками, а за ним 200 солдат, занимая высоты и позиции вокруг селения. Комиссара встречают хлебом и солью и угощают обедом, во время которого Амазасп клянется хлебом, что если мусульмане соберутся и принесут присягу верности служить правительству Армении, то со стороны армян к ним будет самое хорошее отношение. После обеда все мужское население собирается в определенное место...чтобы пойти в мечеть для присяги и тут же делается жертвой вероломных залпов армян, довершивших это зверство тем, что всех раненных и непобитых наповал от залпов, несчастных мусульман перекололи штыками, а затем собрав всех женщин и детей всего селения сделали с ними то, чему смело можно сказать не было примера даже в истории диких народов. Что было совершено с беззащитными женщинами и даже девочками, можно судить по одному тому, что одна из них по имени Пакизар от тяжёлых впечатлений душераздирающих картин беспримерных жестокостей тут же" помешалась и в отчаянии с револьвером и кинжалом в руках начала резать и убивать красивых женщин, дабы спасти их от армянских зверских поступков, а другая,... Шахрабану, сама бросилась в тендыр для спасения своих малолетних двух детей, брошенных туда солдатами, и тут же испеклась со своими питомцами. Были вырезаны все жители Охчи от мала до велика, числом до 1400 человек...».⁷⁵

На основе вышеприведенных примеров можно убедиться в том, что в погроме мусульманского населения принимала непосредственное участие официальная Армения. В результате этих антимусульманских кровавых акций жители мусульманских селений были вынуждены оставить свои родные очаги и бесконечными потоками двинуться в безопасные уголки Азербайджанской республики. Армия беженцев из Эриванской и Гянджинской губерний а также других районов Закавказья, создавала ряд сложных проблем для молодого азербайджанского государства. Беженский вопрос всегда стоял в центре внимания последнего. К примеру, 9 декабря 1919 года уполномоченный Азербайджанской республики Макинский докладывал министру Призрения о тяжелом экономическом положении мусульманского населения в Армении. Говоря о произволе армянского правительства в отношении мусульманского населения, Макинский сообщал: «Они потеряли все свое движимое имущество, скот и земледельческий инвентарь.

События последних дней сделали положение мусульман трагическим. 50-60 селений,' вернувшиеся на свои места, вновь разгромлены, а уцелевшая часть населения, бросив свое имущество, хлеб на корню и в амбарах, разбежалась... эмигрировало из Новобаязетского, Эчмиадзинского и Эриванского уездов до 150000 мусульман...»⁷⁶.

Беженский вопрос, подтачивающий государственный организм и основы хозяйственной жизни страны, непосредственно занимал Министерство призрения Азербайджанской республики. Министр призрения с докладом от 11 декабря 1919 года обратился к главе МИД республики. В этом докладе описывается положение мусульманского населения, ставшего беженцами вследствие массовых погромов в конце 1918 года и весной 1919 года, осуществленных непосредственно Армянской республикой. При изучении указанного доклада становится ясно, что беженский вопрос был одним из труднейших, стоявших перед правительством Азербайджана. В этой связи в докладе министра призрения говорится: «В то время как беженцы Карабаха и Шемахи, будучи водворены на свои места и при некоторой правительственной помощи могут вернуться к нормальным условиям жизни, для устройства беженцев-мусульман из Армении, не думающих туда возвращаться, требуется гораздо более сложная и трудная работа»⁷⁷.

Анти-азербайджанские акции армянского правительства и проблемы, созданные в результате этих злодеяний, отражены и в документах уполномоченных представителей парламента и правительства на местах. Для ознакомления нуждами местного населения парламент и правительство Азербайджана делегировали своих представителей в те уезды, где бушевал армянский беспредел. В своих сообщениях они описывали настоящую картину погрома мусульманских городов и селений со стороны как регулярных военных подразделений Армении, так и местных армян в уездах Эриванской и Гянджинской губерний. К примеру, 24 января 1919 года землячеством мусульман Эриванской губернии с ведома правительства Азербайджана в Нахичевань, Шарур, Ордубад и Сурмали в качестве делегата был направлен Мир Аббас Миргадиров, который в своем докладе дает содержательную информацию о кризисном положении мусульманского населения уездов Гянджинской и Эриванской губерний. По мнению М. Миргадирова, основной причиной тяжелого положения мусульманского населения указанных уездов является присутствие здесь армянских вооруженных подразделений, безнаказанно совершивших неслыханные преступления, свидетелем которых был сам автор. В указанном докладе описывается трудность дорог по Азербайджану, а в частности, дороги от Агдама до Карягина, которая была запружена армянскими вооруженными бандами, заставляющих сворачивать с прямого пути и искать косвенные: «Вследствие трудности передвижения - части Азербайджана совершенно отделены от центра, не получают своевременно известий, чем пользуются провокаторы-армяне, информируя население в угодном для себя направлении. Масса вооруженных армянских селений, нападающих на мусульманские селения, грабящих их и вводящих анархию в жизнь страны, остаются неподчиненными. Многие из мусульманских селений не имеют возможности пахать и свою землю, что грозит в недалеком будущем голодом...».⁷⁸

Как известно, одним из эпицентров геноцида против мусульманского населения Эриванской губернии был Эриванский уезд. Отметим, основную часть населения этого уезда составляло мусульманское население. По данным 1908 года оно составляло 59,5 %, а соответственно армяне - 36, 8 % всего населения уезда.⁷⁹ Армянские военные подразделения при попустительстве официальных властей Армянской республики совершали очистку Эриванского уезда от мусульманского населения, начиная с начала 1917 года. По этому поводу уполномоченный Ведибасарского района и Миллистана Эриванского уезда Магеррам Алиев в своем рапорте председателю Совета министров Азербайджана от 10 марта 1919 года докладывал о непосредственном участии военных сил Армянской республики, руководимых полковником Долухановым, в погромах мусульманских селений, таких как Сеид Кетанлу, Хараба, Кетанлу, Шайб, Авшар, Карахач, Кадылу, Верхний Карабахлар, Агасыбекли, Дахнав, Шагаблу, Джайтран, Ширазлу, Каралах, Халиса, Беюк-Веди и др. Жители указанных селений, по словам М. Алиева, попросту были уничтожены: «Полковник Долуханов... с войсковыми частями вырезал мусульманское население в селах... Ужасы этой резни не поддаются описанию: надругали убитых стариков, женщин и детей, совершались бессердечные глумления: распарывали у убитых животы, выкалывались у них глаза... В этих селениях были вырезаны... несколько сот душ.

... армянские отряды... забрали несколько сот красивых замужних женщин и девушек, которые и сейчас находятся в их руках и подвергаются бесчестиям...».⁸⁰

Анализ рапортов, донесений и других документов из этого рода дает основание говорить о том, что анти-мусульманские преступления армян носили повсеместный и массовый характер. Кроме того, благодаря указанным документам выясняется, что агрессия армян против мусульманского населения продолжалась в течение всех 1918-1920 годов. По рапорту Зангезурского уездного начальника Мелик-Намазалиева от 11 сентября 1918 года за №5 и 12 сентября 1918 года за №3 имеются данные о массовости нападений армян и колоссальных убытках мусульманского населения Зангезурского уезда. Кроме того, в этих рапортах также содержится информация о погибших и пострадавших мусульман в результате варварских актов. По словам Мелик-Намазалиева, армяне под начальством кровожадного Андраника только в сентябре 1918 года разгромили мусульманские селения Рут, Да-рабас, Агаду, Вагуду, Ариклу, Шюкюр, Меликлы, Пуякенд, Шаки, Кизилджик, мусульманскую часть Кара-Килиси, Ирлик, Пахлилу, Дарабас, Кюртляр, Хатанан, Сисиан, Забачадур и другие. По рапортам Мелик-Намазалиева видно, что армяне не успокоились с сожжениями и погромами мусульманских селений, но и не щадили женщин, детей и стариков, так как число только убитых мусульман в вышеуказанных селениях превышало более 500 душ. По словам плененного старика-армянина, Андраник разгромил селения по просьбе местных (зангезурских) армян,⁸¹ подчеркивалось в рапорте Мелик-Намазалиева.

Рапорт Зангезурского уездного начальника от 26 ноября 1918 года за №655 показывает, что сентябрьские погромы указанного уезда армянскими полчищами продолжались и в ноябре 1918 года. В рапорте указывается на то, как армяне, покончив с мусульманами громадного Сисиянского магала, совершили погромы других мусульманских селений, таких как Легаз, Гей, Муск, Гюль, Банавша-Пуш, Гачамир, Вартапазур 1 и Вартазур И. По словам уездного начальника армяне вырезали более 200 мусульман,⁸³ жителей вышеуказанных селений.

На основе рапортов Шушинского уездного начальника Гянджинскому губернатору можно указывать на то, что аналогичные анти-азербайджанские преступления зангезурскими имели место и в Шушинском уезде Гянджинской губернии, где основную часть населения составляло мусульманское население. В рапорте от 26 января 1919 года за №112 Шушинский уездный начальник сообщает о том, как армяне селений Дохраз и Горов терроризируют жителей мусульманского селения Абдал. Кроме того, в упомянутом рапорте есть сведения о насильственных действиях армянских войск над мусульманским населением. Так например, в рапорте указывается, что какой-то командующий армянским отрядом- Арменак Балиянц требует от мусульманского населения 200 пудов пшеницы для армянского войска.⁸⁴ Выполнение такого требования в разгар зимы грозило голодной смертью для жителей Абдала.

Рапорт Шушинского уездного начальника от 28 января 1919 года за №165 служит доказательством тому, что погромы, учиненные армянами и республикой Армении в отношении мусульманского населения Шушинского уезда, носили повседневный, массовый и повсеместный характер. В этом обширном документе уездный начальник перечисляет названия мусульманских селений, пострадавших от насилий армян, называет имена армянских преступников, наиболее агрессивно настроенные армянские селения и другие важные моменты тотального террора: «31-го декабря 1918 года армянами сел. Каракенд убиты два мусульманина и повреждена телеграфная линия Агдам-Карягино.

Армяне сел. Гузей и Гюней-Чертаз вырубили и распахали все сады мусульманского селения Вейсаллы. 31 декабря 1918 года армяне, 30 верховых и 100 пеших, во главе с жителями селения Гузей-Чертаз Карахачом Вакиливым, Меликатом Бабаевым, Осипом Хачиевым, Саркисом Агаларовым и селения Гуней-Чер-таз Арутюном Арутюновым и другие напали на старшину Вей-саллинского общества.

1 января 1919 года армяне - жители селений Гога и Чаракуз, с большими вооруженными силами напали на селение Кавшатлу и произошла перестрелка. Вообще армяне 2-го полицейского участка Шушинского уезда все время нападают на соседние мусульманские села и разоряют их ...

По рапортам уездных начальников Гянджинской губернии устанавливается, что злодеяния армянских националистов, поддерживаемых непосредственно Арменией, имели место не только в Зангезурском и Шушинском уездах, но и других местах, в частности, в Джебраильском уезде. По рапорту Джебраильского уездного начальника от 8 января 1919 года за №21 Гянджинскому губурнатору устанавливается, что «...армяне, жители селений Эдиллу, Ахиллу и Келеракуч, окружили мусульманскую часть селения Дудукчи, оставленного терроризированными жителями, расхитили и разгромили все оставшееся имущество и предали оставшееся огню. Убытки до 955.665 рублей».⁸⁵

Как показал анализ вышеприведенных рапортов, наступление армянских варварских полчищ осуществлялось по всему фронту, т.е. они носили не стихийный характер, а скорее всего были заблаговременно подготовленным государственным планом тотального уничтожения мусульманского населения во всем Кавказе. Этот вывод подтверждается представлениями, донесениями и телеграммами.

В представлениях так же много важных информации по рассматриваемому периоду геноцида, учиненного армянами. К примеру, в представлении Гянджинского губернатора от 8 декабря 1918 года за № 8459 содержится фактический материал о бесчинствах армянских гангстеров в Джеванширском, Джебраильском, Шушинском и Зангезурском уездах.⁸⁶ Представления Гянджинского губернатора от 19 декабря 1919 г. за № 8979, 26 сентября 1918 г. за № 3623, 26 декабря 1918 г. за № 9403, 3 марта 1919 г. за № 2943 и другие тому подобные документы полностью доказывают суть кровавых событий, происходивших с 1917 года и обернувшихся для мусульманского населения Закавказья, независимо от пола, возраста, социального положения, трагедией. По этому поводу в представлении Гянджинского губернатора от 19 декабря 1918 года за №8979 говорится: «По донесению Джебраильского уездного начальника армяне готовы к военным действиям. Стягивая силу к Шуше, они нападают на мусульман. Значительная часть Зангезура истреблена. Армянские банды грабят села, убивают людей, угоняют скот.

По донесению Шушинского уездного начальника армяне осаждают мусульманские села...».⁸⁷

В представлениях отражены не только кровавые события в уездах Гянджинской губернии, а также в этих бесценных исторических источниках сохранились сведения о бесчинствах армян в отношении мусульманского населения и в Эриванской губернии. А это, в свою очередь, ещё раз доказывает, что эти трагические события представляли собой политические акции и носили повсеместный характер. Это подтверждается представлениями Гянджинского губернатора министру иностранных дел Азербайджанской республики от 3 марта 1919 года за № 2943, где говорилось: «Как видно из донесений Машади Иса Кербалай Муса оглы и Казахского уездного начальника, армянские войска расквартировались в мусульманских селениях Басаркечарского района, расположенного на восточном берегу озера Гокча и эти войсковые части у населения отбирают все: запасы хлеба, фураж и скот и пускают население по миру. Протестующие или убиваются, либо арестовываются...».⁸⁸

Массовость и повсеместность, а также запланированность анти-азербайджанских акций, осуществленных кровавыми руками Армении по отношению мирных жителей уездов Эриванской и Гянджинской губерний, отражены и в донесениях нижестоящих органов власти к вышестоящему. Благодаря донесениям обнаруживается, что мотивом мусульманских погромов, осуществляемых армянскими националистами, являлась этническая чистка Закавказья в целом, Карабаха в частности, особенно его нагорной части. По донесениям устанавливается, что для претворения в жизнь намеченных целей «рмяне совершали неслыханные преступления и при этом уничтожали и грабили имущество, тем самым подорвали хозяйственную основу жизни мирных мусульманских крестьян. Об этом и говорится в донесении Джеванширского уездного начальника от 6 декабря 1918 года за № 1200 Гянджинскому губернатору: «... В ночь на 1-е декабря Агдаринские армяне напали на ятаг жителя селения Каракируллу Джумшуд бека Белибекова, угнали стадо баранов 1350 голов и 4-х лошадей.

2-го декабря армяне селения Довтанлу оцепили мусульманских жителей того же селения, обезоружили их, ограбили, 3-х убили, остальные разбежались. 2-го же декабря банда Гюльята-гинских армян напала на селение Сырховенд и угнала 122 голов рогатого скота и 48 коз, та же банда в усиленном составе из Гюльятагинских, Джанятагских и Касапетских армян два раза нападала на деревню Калайчапар и угнала 105 голов рогатого скота. Вообще армяне стремятся вытеснить мусульман из нагорной полосы губерний».⁸⁹

Искоренение мусульманского населения Закавказья, являвшееся основным направлением государственной политики Армении, освещается и в многочисленных донесениях, поступавших из Эриванской губернии. Так как в середине апреля 1919 года, в связи с нашествием Армении против мусульманских селений Эриванской губернии, уполномоченный нагорной полосы мусульманского населения 1-го участка Гянджинского уезда Исмаил Султанов в своем донесении на имя Гянджинского уездного начальника обстоятельно описывает геокчинскую трагедию, цель и мотивы армянского произвола: «... с 13 апреля сего года началось нашествие войск Араратской республики на мирные мусульманские селения Геокчинского района, Ново-Баязетского уезда с целью очистить территорию от мусульманского населения, населяющего восточную и северную окраины озера Геокча и по настоящее время разгромлено, сожжено и очищено 22 селения с 60000 населением. Несчастное мусульманское население беспощадно гибнет под оружейными выстрелами армянских войск, имеющих целью истребить Геокчинских мусульман, каковую они и приводят в исполнение... Задача Араратской республики уже решена: более мусульман в Геокчинском районе не существует, по настоящее время уничтожены в Ново-Баязетском уезде 84 мусульманских селения, из них 22 селения уничтожены между 13-20 числами сего апреля месяца, а именно...Ташкенд, Коша Булах, Сари Якуб, Баш-Шарджа, Лях-Шорджа, Соганкулуаголу, Ага Калиса, Зод, Кулу Агалу, Б. Каракоюнлу, М. Каракоюнлу, Зардибиль, ДжаЙ Дехмедли, Имак-даг, Кара-Иман, Кесаман, Баш Кенд, Малая Мазра, Большая Мазра, Шишкая, Кез, Баш-Гаджи Кариб с населением более 13 тыс. домов, которые бросили на произвол судьбы все свое состояние, доставшееся... армянам; разгромленного имущества на несколько сот миллиардов».⁹⁰

При изучении данного донесения обнаруживаются не только цели, мотивы и характер массового террора армян по отношению к мусульманскому населению, а также и методы кровожадных палачей. Как показывает анализ донесения Исмаила Султанова, эти методы были чудовищными, характерными только для дикарей: «...ужас охватывает человека при виде таких нечеловеческих кровавых поступков армян и армянского правительства к своим бывшим соседям..., не принимающих во внимание никаких просьб, несмотря на мольбы и вопли мусульманского населения. Попавших в руки армянских войск мусульман ни за какие блага не оставляют в живых, наоборот, истязают неслыханными мучениями, убивают жен, детей, стариков и молодых людей, мужчин, за исключением немногих женщин и подростков-девиц; все состояние населения забирается войсками голодной Армении...».⁹¹

Агрессивная политика, направленная на систематическое истребление мусульманского населения Закавказья, отражено и в многочисленных телеграммах и телефонограммах указанного периода. Эти не менее значительные исторические источники сохранили немаловажную информацию о геноциде, проводимом армянским правительством против мусульманского населения. Телеграмма министра иностранных дел Азербайджана Зиядханова от 31 января 1919 года, адресованная главе соответствующей ведомости Армении, посвящена вышеуказанным злодеяниям военных подразделений соседней республики. В телеграмме азербайджанский министр указывал на необоснованность и несостоятельность притязаний Армянской республики на Джеванширский, Шушинский, Джебраильский и Зангезурский уезды, которые даже со стороны английской миссии официально были признаны за Азербайджанской республикой. Выступая против указанных территориальных притязаний Армении, отраженных в телеграмме иностранных дел С. Тиграняна генералу Томсону, главнокомандующему Британскими силами, Зиятханов в частности отметил: «Не только юридическая, но даже нравственная обязанность Азербайджанского правительства, в порядке верховного управления, принять усиленные меры для восстановления порядка и защиты на своей территории жизни, чести и имущества своих граждан без различия национальностей от произвола безответственных лиц... Протест Вашего правительства по этому поводу может быть рассматриваем, как посягательство на наш суверенитет с попыткой вмешательства в наши внутренние дела...».⁹²

Телеграммы подобного содержания поступали из различных уездов Азербайджана, в частности из уездов Гянджинской губернии, ставших ареной армянских авантюр. Среди указанных исторических источников телеграммы Гянджинского губернатора занимают Особое место, поскольку они содержательны и многочисленны. В своих телеграммах от 31 декабря 1918 г. за №161, 14 декабря 1918 г. за №70, 11 декабря 1918 г. за №303, 6 января 1919 г. за №152/10, 6 февраля 1919 г. за№136, 11 марта 1919 г. за № 352, 30 ноября 1919 г. за №322, 7 декабря 1919 г. за №62 и других Гянджинский губернатор сообщает о многочисленных варварских акциях армян и армянского правительства в уездах вверенной ему губернии. К примеру, в телеграмме от И декабря 1918 г. за №303 он, ссылаясь на сообщение Зангезурского уездного начальника, информирует о нападении отряда Андраника с местными армянами на мусульманское селение Нуваорд 3-го участка и об истреблении мусульманского населения со стороны войск одноухого беглеца. А в телеграммах Гянджинского губернатора от 13 декабря 1918 г. за №160, 14 декабря 1918 г. за №70 указывается на массовость нападений армян на мусульманские селения Джебраильского и в Зенгезурского уездов. Систематическое истребление жителей мусульманских селений Ираванской губернии зафиксировано и в губернаторской телеграмме от 11 марта 1939 года за №352, где в частности говорится: «Представители селений Дашкаялы, Шорриджа, Невксити, Сары Ягуб, Каракоюнлы, Ялиджа, Каябашири и Кашабулаг Ново-Баязетского уезда Мешади Касум, Аббасали Магеррам Талыб оглы заявили, что армянские войска систематически разоряют их, отобрали все зерно, фураж, скот, оружие; много женщин и девушек увезено, судьба их неизвестна... ».⁹³

Телеграмма от 30 декабря 1919 г. за №322, отправленная министру внутренних дел Азербайджана за генерал-губернатора Махмудбековым, посвящена трагедии, разыгранной армянскими  националистами под началом Армянской республики в отношении мусульманского населения Охчинского района Зангезурского уезда. Махмудбеков, сообщая о тяжелом положении последних, говорил, что «... сегодня явились ко мне представители двадцати осажденных армянами мусульманских селений Охчинского района...и заявили, что после разгрома селения Ахчи и других, где истреблено почти все население, армяне при наличности внушительной регулярной силы осадили все окрестные мусульманские селения этого района, которые, не имея никакой помощи извне и боевых припасов, обречены на полную гибель...».⁹⁴

Телеграммы губернаторов, как уже отмечено в предыдущей главе, составлялись на базе многочисленных документов, в частности телеграмм уездных начальников. Благодаря этим историческим источникам устанавливается, что в конце 1918 г. - начале 1919 года нагорная часть Карабаха стала объектом аннексионистской политики Армении и армянского сепаратизма. Как указывается в многочисленных телеграммах уездных начальников, прямых свидетелей гнусной деятельности армян в упомянутом регионе, преступная деятельность Армянской республики была чревата трагическими последствиями для сотни тысяч мирных жителей мусульманских селений. В телеграмме Зангезурского уездного начальника Мелик-Намазалиева от 11 декабря 1918 г. №185 говорится о зверских деяниях армян под руководством Андраника в Зангезурском уезде, В этой связи сообщается, что армяне, нападая на мусульманское население Зангезурского уезда, «... их зверски вырезают без различия пола и возраста, издеваются над трупами, более двенадцати селений предали огню 9 декабря, 10 женщин в данное время находятся в плену у армян...».⁹⁵

В другой телеграмме Мелик-Намазалиева от 14 декабря 1918 года есть сведения , разоблачающие основные мотивы злодеяний армян в нагорной части Карабаха. «После отъезда Англо-Французской делегации армяне 10 декабря напали на мусульманское селение Шабадия и другие селения 5-го участка, ... Андраник... решил все до реки присоединить к Армении...».⁹⁶

Телеграммы уездных начальников свидетельствуют тому, что мусульманское селение нагорной части Карабаха было подвергнуто чудовищным насильственным действиям со стороны армян, как местных, так и пришлых, и в начале 1919 года. Указанные источники так же содержат значительную информацию о наименованиях мусульманских селений, разоренных армянами. К примеру, управляющий Зангезурском уездом в телеграмме от января 1919 г. за №349 перечисляет названия мусульманских селений, разгромленных только в первых числах января 1919 года: «Селения Кушилу, Аджилу, Арказу, Аксарлу разгромлены армянами..., сел. Шакарджалан, Агачуз, Охчи после непродолжительной осады взяты армянами, отобравшими оружие. Сел. Киратак, Молалу, Ковку, Карабаги, Габарлу, Кичи, Башбаки, Махмудлу, Кейдда-шик, Когачату, Курудут Качлы, Кире, Аджи-Баджи осаждены армянами...».⁹⁷

При изучении телеграмм уездных начальников обнаруживается, что аналогичные трагические события зангезурскими имели место и в Джебраильском уезде в конце 1918 - начале 1919 гг. по поводу этих событий шла речь в телеграмме Джебраильского уездного начальника, составленной в середине октября 1918 года. В этой телеграмме есть прямые сведения об участии местных армян в массовом порядке в погромах, в частности говорилось: «Отряд армянского бандита Андраника, дополненный местными армянами, не довольствуясь окончательным опустошением мусульманских селений Сисианского магала, перебросил свою деятельность во все горные части уезда, сейчас идет разгром селений второго участка и бандит домогается пробраться на гору Сары-баба возле города Шуша, очищая попутно всю окрестность от мусульманского элемента. Вырезываются отрядом мусульмане без различия пола, возраста, селения же предаются огню, имущества разграбливаются...».⁹⁸

Благодаря телеграммам уездных начальников можно сделать вывод о том, что погромы мусульманских городов и селений происходили и в Джеванширском уезде. Армяне убивали мирных людей, расхищали их имущество, порывали основы хозяйственной жизни мусульманского населения. Об этом говорится в телеграмме Джеванширского уездного начальника Мелик-Аббасова от 24-го ноября 1918 года за №108. Мелик-Аббасов сообщает о том, что в погромах мусульманского населения принимали участие и местные армяне. По его сведению армяне Довталин-ского и Базаркендского селений вместе с 500 солдатами, нападая на мусульманское селение Кутурлу, похитили 210 лошадей и быков, пшеницы и многое другое имущество более чем на 1, 2 миллиона рублей, армяне из Агдари угнали 83 голов скота у Галайчырменцев...».⁹⁹

Упомянутыми телеграммами устанавливается также тот факт, что нападения армян на мусульманские города и селения представляли собой массовый характер. С другой стороны, устанавливается, что армяне действовали одновременно в различных частях Закавказья. Кроме того, благодаря указанным телеграммам выясняется, что армяне, уничтожая все то, что даже напоминало о мусульманском населении, осуществляли заранее подготовленный план - очищение Закавказья от мусульманского этнического элемента. Вышеуказанное удостоверяется многочисленными телеграммами,  поступавшими из мест кровавых вакханалий. В телеграмме из Джебраила от 28 декабря 1918 года за №285 отражены трагические события, развернувшиеся в Нахичевани и Ордубаде. По телеграмме устанавливается, что 25.000 армян из Эрива-ни окружили 8 селений Нахичевани и Ордубада¹⁰⁰ отняли оружие и учиняли над жителями этих мусульманских селений неслыханные преступления.

Вышеуказанные выводы подтверждаются и телеграммами уполномоченных с мест преступных акций армян и официального армянского правительства по отношению к мусульманскому населению. В упомянутых телеграммах политика Армении по отношению к Азербайджанской республике квалифицируется как аннексионистская и грабительская. В этом можно убедиться благодаря многочисленным телеграммам уполномоченных, являвшихся непосредственными свидетелями кровавых событий. К примеру, почетный 9-го участка Гянджинского уезда Султанов в своей телеграмме от 6 ноября 1918 года на имя министра иностранных дел Азербайджана сообщает следующее: «Второго ноября войска армянские переходят границу Азербайджана, силою оружия требуют от мусульман Геокчи сдаться. Ныне грабят жителей, затрагивают честь; от имени 60000 мусульман просим Вас спасти честь, имущество, жизнь мусульман от кощунств варваров»¹⁰¹.

О варварских злодеяниях армянского правительства в Геокче по отношению к мусульманской части населения, которая составляла исключительное большинство в этом районе, прослеживается и в телеграмме члена Азербайджанского парламента Нуризаде председателю Совета Министров от 3 мая 1919 года за входящим №36, где он отметил: «... Армянские регулярные войска в Геок-чинском районе Эриванской губернии беспощадно разграбили 22 мусульманских селения...».¹⁰²

При рассмотрении телеграмм уполномоченных также обнаруживается, что кровавые рейды армянских регулярных частей, действующих по прямому указанию официальных властей Армении, разгромили не только мусульманские селения Геокчи, а всей Эриванской губернии. Из телеграмм видно, что указанные погромы носили массовый характер и в этих кровавых операциях регулярной армии Армении принимали участие и местные армяне. Об этом речь идет в телеграмме уполномоченных Карсского областного национального совета А. Казыева и А. Искендербекова Министру иностранных дел Азербайджана от 1 декабря 1919 года: «Результатом ближайшей деятельности армянского дашнак-ского правительства является наличие в Карсской области беженцев-мусульман, 91 разоренных и сожженных селений Эчмиад-зинского и Сурмалинского уездов в количестве около 25000, исключительно женщин и детей... где находится все мужское население этих 91 селений, так как в Карсскую область прибыли только одни женщины и дети...».¹⁰³

Как видно из вышеприведенных исторических источников, армяне и Армянская республика путем тотального террора стремились к колонизации азербайджанских земель, при этом они проводили политику систематического истребления всех тех, кто являлся турком или мусульманином. Наряду с этим, армяне уничтожали все то, что напоминало о мусульманах в Закавказье. Этому свидетельствуют различные списки, перечни разгромленных и сожженных армянами мусульманских городов и селений в указанном регионе с 1917-1920 гг.

ССЫЛКИ

33. Азербайджан. 22 (9) декабря 1918 г., №66.

34. Азербайджан. 24 (11) декабря 1918 г., №67.

35. Там же.

36. Азербайджан. 24 (11) декабря 1918 г., №67.

37. Там же.

38. Азербайджан. 26 апреля 1919 г., №86.

39. Азербайджан. 10 июля 1919 г., №143.

40. Там же.

41. Азербайджан. 15 июля 1919 г., №146.

42. Там же.

43. Азербайджан. 16 июля 1919 г., №144.

44. Азербайджан. 16 июля 1919 г., №144.

45. Там же.

46. Там же.

47. Азербайджан. 16 июля 1919 г., №144.

48. Там же.

49. Азербайджан. 16 июля 1919 г., №144.

50. Там же.

51. Азербайджан. 16 июля 1919 г-., №144.

52. Там же.

53. Азербайджан. 16 июля 1919 г., №144.

54. Азербайджан. 1! марта 1920 г., №60.

55. Азербайджан. 11 марта 1920 г., №50.

56. Там же.

57. Азербайджан, 11 марта 1920 г., №50.

58. Там же.

59. Азербайджан. 11 марта 1920 г., №50.

60. Там же.

61. ГА Азерб. респ. Ф.895, оп.1с, е.х.З00.

62. Азербайджан. 7 января 1919 г., №5.

63. ГА Азерб. респ. Ф.970, оп.1с, д. 14, л.1.

64. ГА Азерб. респ. Ф.970, оп.1а, д. 4, л. 1-2.

65. ГА Азерб. респ. Ф.970, оп. 1с, д.41,л.4.

66. Азербайджан. 29 ноября 1919 г.

67. ГА Азерб. респ. Ф.970, оп.1, д.113, л.28-29.

68. ГА Азерб. респ. Ф.894, оп.1 с, д.43, л. 13.

69. ГА Азерб. респ. Ф.894, оп,1с, д.43, л. 13.

70. Азербайджан. 19 ноября 1919 г., №250.

71. ГА Азерб. респ. Ф.894, оп. 10, д. 104, л. 1.

72. ГА Азерб. респ. Ф.894, оп.10, д. 104, л.1.

73. ГА Азерб. респ. Ф.894, оп. 10, д. 104, л.2.

74. Там же, л.З.

75. ГА Азерб. респ. Ф.894, оп.Ю, ед.хр.101, л.21-22.

76. ГА Азерб. респ. Ф.970, оп.1с, д.57, л.102.

77. ГА Азерб. респ. Ф.970, оп.1с, ед.хр.150, л.73.

78. ГА Азерб. респ-Ф.894, оп.10, ед.хр.29, л.4.

79. ГА Азерб. респ. Ф.970, оп.1с,д,232, л. 12.

80. ГА Азерб. респ. Ф.970, оп. 1с, д.41,л.64.

81. ГА Азерб. респ. Ф.894, оп.4, д.65, л. 129.

82. ГА Азерб. респ. Ф. 894, оп.4, д.65, л. 131.

83. Там же, л.132.

84. ГА Азерб. респ. Ф. 894, оп.4, д.65, л.132.

85. Там же, л.132-133.

86. Там же, л. 129.

87. ГА Азерб. респ. Ф. 894, оп.4, д.65, л.130.

88. Там же, л.134.

89. ГА Азерб. респ. Ф. 894, оп.4, д.69, л.131-132.

90. Азербайджан. 17 мая 1919 г., №

91. Там же.

92. ГА Азерб. респ. Ф. 970, оп.1с, д. 152, л.

93. ГА Азерб. респ. Ф. 894, оп.4, д.65, л.134.

94. ГА Азерб. респ. Ф, 970, оп. 1с, д.200, л.З.

95. ГА Азерб. респ. Ф. 894, ой.4с, д.65, л. 129.

96. Там же, л.131.

97. ГА Азерб. респ. Ф. 894, оп.4, д.65, л. 132.

98. Азербайджан. 16 (3) октября 1918 г.,№11.

99. ГА Азерб. респ. Ф. 894, оп,4, д.63, л. 129.

100. ГА Азерб. респ. Ф. 894, оп.4, д.65, л. 130.

101. ГА Азерб- респ. Ф. 970, оп. 1с, д. 14, л.8.

102. ГА Азерб. респ. Ф. 970, оп. 1 с, Д-62, л.40.

103. Там же, л. 95.

Стр.| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 |