ДА! МЫ НЕ ЛЮДИ ВТОРОГО СОРТА. МЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НИКТО…

ТАТЬЯНА ЧАЛАДЗЕ

Латвия - Эта маленькая республика  так далека от  Азербайджана.  Расположена на берегу  Балтийского моря... Такого холодного, что даже летом  вода в море не превышает  14-15 градусов. Латышский менталитет - это  спокойный, терпеливый, уверенный в своих силах  труженик  Латвия всегда была аграрной страной, испытавшая экономический, общественно-политический расцвет, как независимое государство, примерно с 1925 по 1939 год. А в 1939 году, в Европе началась война, развязанная  фашистами, и подошедшая(через Польшу и Восточную Пруссию), к самым границам Латвии. В 1940 году пришли  фашисты. А в 1944 году и того хуже русские коммунисты… Практически, все местное население, если не ушли в леса, то поддерживали  борьбу ЛЕСНЫХ БРАТЬЕВ против русских  коммунистов, вплоть до 1949 года. И вот, 18 марта 1949 года, в течение трех суток (операция готовилась заранее), третью часть населения (именно дети, женщины, старики, т. к. взрослые мужчины, почти поголовно, боролись в лесах, то есть, их семьи), они   вывезли в Сыктывкар и  в основном,  уничтожили.

И, чтобы заполнить жизненное пространство опустевшей республики, стали ввозить  мигрантов из СССР, обеспечивая им  льготное соцобеспечение. Что, привело к фактическому подавлению  латышской национальности, как таковой. И только  в конце 1980, начала 1990, стало возможным  возродить национальное самосознание латышского народа, на пути к становлению независимого государства И, несмотря на жертвы на баррикадах 1990-91 года, уже ничто не смогло это остановить. В Латвию стали возвращаться  Эмигранты, спавшиеся от русских коммунистов и развеянные по всему свету. Кстати, нынешний президент - Вайра Вике-Фрейберга, как раз из такой семьи, нашедшей пристанище в Канаде.

После развала СССР, в республике осталось  огромное количество русских мигрантов, которые НУ НИКАК НЕ ХОТЯТ возвращаться на свою  Родину!

В те, первые годы  восстановления независимости  Латвии, борьба была особенно острой. Ведь в Москве еще были всякие ГКЧП, Руцкие, и им подобные. Поэтому, исходя исключительно из принципов  самосохранения латышского народа, как нации, был принят ряд Законов, ограничивающих получения гражданства  лицам, появившихся в Латвии во время оккупации и Германией и  СССР с 1940 года по 1990год! То есть они должны были пройти экзамен на знание латышского языка и прожить в Латвии не менее 5 лет.

Но русские сочли себя оскорбленными, и противодействуют латышской государственности до сих пор.

Именно в то время и появилась моя статья "Да,  мы не люди второго сорта, мы действительно никто, если сами себя так называем". В определенном смысле, эта статья стала программной для  огромного  слоя населения,  родившегося и адаптировавшегося в Латвии, уже  во  время оккупации СССР. Они искренне поддерживали борьбу латышей  за независимую государственность, практически, все знали латышский язык и полностью приняли  культуру и традиции латышского народа (около  500000 тысяч человек).

Как показало время, смысл статьи,  стал актуальным, практически для всех республик постсоветского пространства. Вот она, читайте…

P.S. Никак  не думала, что и через пятнадцать лет, после ее опубликования,  она вызовет такой интерес, в одной из бывших советских республик… Мне приятно…

Газета НФЛ Латвии

1 Декабрь  24(72)

ДА! МЫ НЕ ЛЮДИ ВТОРОГО СОРТА. МЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НИКТО…

если сами себя называем русскоязычными. Там, где мы родились, мы были русскими, белорусами, эскимосами и т.д. И там мы никогда не чувствовали себя дискомфортно плохо там было или хорошо, но это была ваша Родина, и этим все сказано. У себя на Родине мы были другие   добрые, открытые, уверенные в себе и владеющие местной ситуацией, сами решали, кого возле себя и своего очага приласкать, а кого изгнать. Да что там говорить, было чувство дома и чувство хозяина.

Теперь вспомни, зачем ты оставил свой дом и приехал в Латвию? Разве не в поисках жизни более культурной, более удобной, чем на бездорожной Родине, да просто лучшей жизни в хорошем смысле этого слова. ПРИБАЛТИКА ДЛЯ ТЕБЯ ВСЕГДА БЫЛА ЗАГРАНИЦЕЙ. В глубине души ты всегда знал, что ты здесь не званный гость. И, ощущая дискомфорт как любой не званный гость, ты замыкался в себе, а общался, естественно, с себе подобными, по понятным для вас идеям, которые не требовали большего ума и усилия для души. Сначала, может быть, ты ощущал естественную любознательность и проявлял интерес к латышскому языку, к земле, на которой ты пытался прорасти, но... ... Но ко всему прочему и личному, советский строй мало располагал к поддержанию твоего любопытства, и практически ты всегда был занят борьбой за выживание. Рядом с тобой работали, суетились такие же, как ты, бывшие псковичи, пыталовцы, калининградцы. Вас становилось все больше, больше, и как то незаметно ты пришел, к мысли, что можно жить вполне неплохо и так, не утруждая себя латышским языком, латышской культурой и вообще всей исторической трагедией латышей. Тебе было так удобней в прямом смысле слова. Ты решил, что ты здесь хозяин.

 Общаясь с латышами, ты воспринимал, как должное, что буквально каждый латыш знает русский язык. А ведь когда ты сюда приехал, здесь уже было все построено, существовал определенный уклад жизни, и дворники мели улицы с чувством собственного достоинства. Тебе откровенно нравилось: в магазинах все было, везде чисто, культурно. А от тебя практически требовалось элементарное   заработать себе на жизнь, не воровать и не нарушать общественный порядок. А потом ты заметил, что не ты заговорил по-латышски, а латыши заговорили по русски, вот здесь ты расправил плечи: почувствовал себя уверенно, вольготно. Я помню случаи, когда любая фраза на латышском языке воспринималась агрессивно, как чуть ли не антисоветчина. За спиной ты чувствовал ВЕЛИКУЮ ДЕРЖАВУ, а к местным латышам волей неволей относился почти как к индейцам.

Так в тебе проросла психология колонизатора. Ты, правда, называл это интернационализмом. Начало латышского национального возрождения ты воспринял как личное оскорбление. Тебе сказали, что ты "не латыш" и предложили вернуться   добровольно, а не в вагоне под конвоем, вернуться домой. Ты обиделся. Ты решил бороться за свои права (права колонизатора?! Ведь в Америке людей, которые боролись с местными индейцами, называют колонизаторами). Более того, ты взялся за оружие. Ты стал убивать. Если не автоматами, как ОМОНовцы, то рублем, которым ты их поддерживал; ты практически нанимал ОМОНовцев, чтобы они снова подавили латышей, чтобы ты снова мог жить ПОКОЙНО. Они убивали ради того, что ты не желаешь вернуться добровольно к себе. Ты так ненавидишь свою брошенную Родину, что готов на любое преступление, лишь бы остаться здесь. То, что здесь вытворяли ОМОНовцы   это преступление. И сейчас, видя митинги в защиту С.Парфенова, я хочу спросить: "А почему вы не защищали нас в январе, когда мы прятали своих детей от пуль этих самых Парфеновых, когда уже пролилась кровь и мы хоронили своих друзей?!"

Нас не защищали потому, что это было надо вам, колонизаторам, вы думали запугать, сломать коренное население, чтобы они смирились и предали свою Родину так же, как и вы. Чтобы они стали вам подобными. И сегодня, защитники Парфеновых, не смейте лицемерить. Мы, кто прожил здесь январь и август и вообще все время ОМОНовского беспредела, вынуждены защищаться от вашей ВЕЛИКОДЕРЖАВНОЙ ЗАЩИТЫ. Более того, вы сегодня просто желаете использовать этот, как вы думаете   козырь   в своих интересах. Кто сегодня   В. АЛКСНИС? Из-за чего бросил в Латвии семью и болтается по всему бывшему СССР? Даже стал защитником Курильских островов... Потому, что он кадровый советский офицер. Потому, что он больше ничего, как уничтожать (морально или физически) людей, не умеет делать. Это его профессия. Вот он и страдает, болезный...

Русскоязычный... Тебе страшно и неприятно это читать. Я тебя оскорбила и вызвала в тебе негодование: я не такой! А какой ты? Вообще кто ты здесь есть? Ты хочешь на этой земле, образно говоря, построить свою, милую твоему сердцу, деревеньку. Ты возмущен   кто я такая, что все это тебе говорю? А я такая же, как и ты   эмигрантка. И меня привезли в Латвию в грудном возрасте. И когда я езжу  в Россию,  я не хочу там оставаться жить. Потому, что там плохо, грязно, неустроенно, а здесь у меня хорошие условия для жизни   все прилично.

И тот, кто там живет, никуда не уезжает, а пытается еще в это хаосное время обрабатывать и сеять свою русскую землю   тот русский. Настоящий, который и в избу горящую войдет и который коня на скаку остановит. И при всем при том его неустроенном быте, его уважают все: и латыши, и иностранцы   он не бросил свой дом. Он, сердечный как может, пытается его обустроить. А мы, уехавшие, часто любим себя оправдывать  не виноваты, мол, что уехали: молодые специалисты, или наоборот, старые отставники.

А я говорю,   виноваты мы. Может быть именно потому, что нас нет у себя на Родине, она в таком и запустении... А если мы себя называем русскоязычными, то мы действительно никто   что это за национальность русскоязычные.

Я хочу    жить и работать на этой земле, которая меня приютила и согрела. Я не вижу ничего в этом стыдного   просить о гражданстве. Наоборот, достойное определение своего статуса   гражданки Латвийской Республики со своими обязанностями и правами. Независимо от моей национальности.

ТАТЬЯНА ЧАЛАДЗЕ
(грузинская фамилия результат моего интернационального опыта)

Р.S. Безусловно, статья написана сумбурно и, наверное, противоречит каким либо канонам журналистики. Однако, журналистика это не профессия, это состояние души. Задача журналиста поставить  проблему перед обществом. А задача общества   превратить эту проблему в общечеловеческую ценность. Непреходящую...