• Киликийская трагедия. Луч света во мраке истории

• Киликийская трагедия. I акт: Прелюдия.

• Киликийская трагедия. II акт: Перипетии.

• Киликийская трагедия. III акт: Катастрофа.

• Киликийская трагедия. IV акт: Эпилог.

• Гюмринский (Александропольский) договор от 2 декабря 1922 г.

• Конец греко-армянского нашествия

• Нагорный Карабах: ОЧЕРЕДНАЯ попытка армянской экспансии

• Карабах - какие права в этом регионе у русских и армян?

• Армянская экспансия и попытки добиться демографического большинства

• Легитимный статус Карабаха и Нахичевани после установления Советской власти

Киликийская трагедия. Луч света во мраке истории

Все карты региона обязательно указывают эту географическую точку: Муса-Даг... Благодаря роману Франца Верфеля и его мировой популярности эта "гора Моисея" и соседний порт Александрета (Искендерун) среди "литературных" ландшафтов считались долгое время, несомненно, самыми известными. Им нет ни одной аналогии благодаря потрясающему феномену: все события, интерпретированные Верфелем, основываются исключительно на фальсифицированных документах. В действительности все было иначе. Мы подробнее остановимся на этом, когда будем говорить о кульминационной точке киликийской трагедии.

Великолепен пейзаж Киликии: она простирается между горной цепью Тавра и северной Сирией. Залив восточного берега Средиземного моря ласковой рукой разделяет равнину Аданы от горной гряды, над которой величественно возвышается Муса-Даг. Народ, проживающий в Киликии, так же красив, как она сама. История Киликии богата событиями и драматическими перипетиями. Находясь вначале под властью персов, до завоевания Александром она была яблоком раздора между Селевкидами и Птолемеями, позднее на смену им пришли греки, римляне, византийцы, крестоносцы. Последние боролись с мамлюками, политический и военный центр которых находился в Египте, за Иерусалим, этот город представлял жизненно важный интерес для обоих противников. Без Киликии немыслима никакая гегемония в Сирии и Палестине.

Существование армянского этнического элемента, зажиточного и сплоченного, объясняется, с одной стороны, смертельной ненавистью к ним греко - ортодоксальных византийцев, которые не без оснований считали армян еретиками и врагами империи, с другой - терпимостью арабских и Османских мусульман. Император Филиппикос - Бардан, который своим заступничеством за иконоборцев за два года, что он был у власти, причинил огромный ущерб своей империи, был армянином по происхождению. Благодаря своей симпатии к монофизитству армянской церкви, он разрешил определенной "еретической" группировке эмигрировать в Киликию. Здесь они поступили на службу к арабам и сражались против византийцев.

В начале XI века, когда византийцы начали захватывать последние полунезависимые армянские княжества (процесс закончился захватом Ани в 1045 г. императором Константином IX Мономахом), армяне убежали в основном в регионы, контролируемые веротерпимыми арабами, в том числе в Киликию, буферный и транзитный регион, - где византийцы, арабы, крестоносцы, франки, сельджуки, могулы и мамлюки попеременно следовали ритму мировой истории, сотрясая Ближний Восток. Лишь в 1514 г., после утверждения Османского контроля над регионом, этот мрачный танец закончился.

Благодаря своим политическим и экономическим способностям и практическому уму несколько армянских дворян смогли основать в этой небезопасной зоне свои маленькие княжества, они принимали то сторону византийцев, то крестоносцев или арабов. Это лавирование между державами Ближнего Востока дало им толчок к экономическому и, в особенности, культурному развитию.

Торос I из дома Рубенянов, парадоксальный союзник крестоносцев, которые должны были считаться его врагами, так как он был другой и одновременно очень близкой веры, основал многочисленные монастыри и был чрезвычайно старателен. Однако из-за слабого армянского этнического субстрата силы его быстро иссякали.

Коронование принца Леона, который стал королем этих земель, блестяще показывает роковое искушение, испытываемое не только армянами Киликии, но и всеми в целом армянами, добровольно вступать в игры большой политики. Он был коронован в день королей в 1199 г. католикосом Сиса, Грегуаром Абриадом, скипетр ему вручил канцлер романо-германского императора Конрад Хилдесхеймский. На сцене запечатлелась и тень присутствия легата папы - архиепископа Конрада Майанского.

Кто же он был: католик или православный армянин? Вопрос риторический: эта политика балансирования будет уравновешивать задачи армянского народа и интересы крестоносцев, которые в тот период определяли ситуацию на Ближнем Востоке. Через столетия, в конце первой мировой войны, французы захватили Киликию, которую турки отчаянно защищали, и тут мы видим похожий сценарий. В обоих случаях - результат катастрофический.

В эпоху правления Леона IV (1320 - 1342) мамлюки уже вошли в Киликию: Европа уже давно потеряла всякий интерес к каким - либо крестовым походам и не шевельнула даже пальцем, чтобы защитить карликовые армянские княжества на Востоке, к тому же еретические и постоянно резко меняющие политику.

Кажется, что история повторяется в малейших подробностях. Когда французы во время первой мировой войны и после неудавшегося восстания Муса-Дага формировали Армянский легион (ядро легиона составляли мятежники с Муса-Дага), Антанта перевела его базу на Кипр. В 1920 г. этот легион сыграл трагическую роль в Киликии. Так, Леон IV из династии Люзинянов прибыл со своей супругой Маргаритой Суассон на Кипр, где еще существовали остатки франкской власти. Его господство над армянами длилось всего несколько месяцев, а затем мамлюки заточили его в тюрьму. Этим и были стерты последние следы существования полунезависимого армянского государства. Только после основания с помощью турок Армянской Республики и ее полунезависимого существования в качестве советской республики вновь появилась идея армянской независимости.

Армяне были высланы из Киликии не мпмлюками и не Османами. Все наоборот: период правления Османов, начавшийся в 1514 г., был, несомненно, самым благотворным и стабильным в истории армян Киликии. Как христиане, они были освобождены от военной службы. Они занимались торговлей; даже греки, известные своими способностями к торговле, не могли соперничать с ними в этой области.

Благодаря Османской терпимости некоторые регионы, например Зейтун (ныне - Сулейманлы), обладали широкой автономией. Армяне не оценили это великодушие: очень часто армяне истолковывали тюркскую терпимость как знак слабости, и они же сразу заклеймили турок как "убийц", когда это предположение не оправдалось.

Не оправдались и иллюзии армян (и греков) Стамбула, портовых городов Киликии, считавших, что турки не способны чего-то добиться без их помощи в области торговли и промышленности. Все эти предположения оказались полным абсурдом. Сегодня Киликия и вся Турция более открыты миру, чем когда-либо. Киликия вновь оказалась в центре внимания всего мира после того, как здесь в XIX в. обосновались протестантские миссионеры. Своим предложением открыть школы они завоевали сердца многих армян, тянущихся к знаниям. Ради этого они даже отреклись от собственной григорианско-православной церкви.

Вскоре эта эволюция взглядов привела к состязанию среди армян, оно не только открывало выход националистическим чувствам, которые становились все более сильными и неконтролируемыми, но и содействовало появлению радикальных политических партий.

Процветание и удивительная свобода, которыми обладали церкви и торговые дома армян до начала первой мировой войны, и особенно в Киликии (страна с плодородными равнинами и с дверями, открытыми для всего мира), были вознаграждены черным предательством собственной родины, которая была вынуждена защищаться от врагов сразу на пяти фронтах.

События в Киликии во время первой мировой войны и после нее можно рассматривать с различных точек зрения, но никогда не надо забывать того, что армяне уже много раз обманывали и предавали мусульманское большинство.

Киликийская трагедия. I акт: Прелюдия.

События на южном фронте

Смертельно опасные для Турции армянские мятежи в Ване в 1915 г. были расценены как попытка открыть новый фронт против турок, внутри империи. В этих обстоятельствах Османское правительство сочло необходимым защитить регионы Анатолии, над которыми нависла угроза, и решило предоставить армянам новое место для проживания. Сотни тысяч армян были эвакуированы в Сирию.

В момент подписания Мудросского перемирия армяне начали стягиваться к регионам, из которых были выселены. Теперь у них появилось намерение создать новое "армяно-киликийское государство". Там, где они хотели основать это государство, они составляли меньшинство, впрочем, как и до войны. После того, как франко-армянские захватчики были отброшены турками за пределы страны, в Мерсин и Тарсус вернулись его жители. У них не было ни малейшего желания жить под франко - армянской властью. Однако группа армянских фанатиков решила объявить весь регион между реками Сейхан и Джейхан "автономным".

Инициатором этой смехотворной операции был Михран Дамаджян – ветеран-террорист сомнительного поведения, который впервые был увенчан этими "лаврами" после организации им восстания в Сасуне. Когда французы попытались посадить его на место, он 5 августа 1920 г. объявил "Независимое армянское государство Киликии". С группой ослепленных фанатизмом террористов он занял Дворец правителей Аданы.

В качестве представителя "Армянской национальной делегации" (очень распространенное звание в Киликии!) он объявил себя "Армянским правителем под французским протекторатом". Фарс закончился через час после того, как французский командир категорически потребовал у Дамаджяна и его "правительства" немедленно закончить "эту нелепую комедию". И действительно, вскоре все закончилось.

Однако французам не удалось до конца пресечь киликийскую авантюру. 11 декабря 1918 г. французский батальон из 400 армян - исступленных фанатиков - захватил город Дёрт-Йол («Четыре дороги»), находящийся в окрестностях Муса-Дага - известного места мятежа.

20 января 1920 г. французы начали отступать из Мараша. 6 февраля патриарх Стамбула отправил телеграмму в Париж, в которой говорилось о том, что турки якобы "истребили" 2000 армян; 25 февраля агентство Рейтер распространило следующее сообщение: на этот раз турки "истребили" 70 000 (!) армян в Мараше. Конечно, бои на южном фланге Турции очень быстро приняли характер настоящей войны, но ситуация вовсе не походила на слухи, распространенные Рейтер, которое продолжало без устали клеветать. Бои шли между хорошо вооруженными армянами и "возрожденной" турецкой армией, руководимой энергичным правительством в Анкаре. Недостаток вооружения они компенсировали своим патриотизмом.

20 октября 1921 г. между турецким правительством и представителем Франции Франклином Буйоном было заключено соглашение. Это соглашение содержало требование о безоговорочном выводе французских войск. Подавляющее большинство армянского населения, вернувшегося в Киликию в 1918 г., отступило вместе с французами. Это несмотря на то, что армяне, проживающие на юге Турции, были составной частью турецкого общества.

Все свидетельствовало о том, что массовая эмиграция армян из Киликии была запланирована и запрограммирована с единственной целью. Кто - то хотел доказать "глупым и некомпетентным туркам, что без армян ничего не будет функционировать". Торговле, в особенности международной, выносился окончательный приговор. Но все вышло иначе. Сотни тысяч армян, таких способных, стали проживать в различных государствах, возникших на территории бывшей Османской империи, но ни одно из этих гоударств не добилось прогресса, достигнутого Турцией. Только Турции удалось построить современное и миролюбивое государство, динамично двигающееся к еще большему процветанию. Другие государства, к примеру Сирия и Ливан, не раз тонули в море крови и ужаса. Этой ситуации не в малой степени содействовали армянские террористы.

Остановимся на Ливане: французский главнокомандующий в Киликии генерал Дюфье был явным туркофобом. До последнего момента он избегал малейшего контакта с турками. Он покинул Адану 24 ноября 1921 г. До отъезда он посетил французское военное кладбище и, возложив цветы на могилы, горестно изрек: "Французским солдатам, которые напрасно жертвовали своей жизнью".

Он мог бы произнести эти слова от имени всех французов, на памяти которых жертвы ливанского террора. Страшные волны этого терроризма достигли Франции и Парижа, они стали причиной гибели многих невинных людей. В сущности, все они были жертвами французской политики, которая чрезмерной терпимостью и пониманием по отношению к армянскому терроризму хотела усилить влияние на Османскую империю, включающую в себя Сирию и Ливан.

Это кончилось взрывами многочисленных бомб в Париже, унесших жизни многих французских граждан. Большинство полагало, что эти теракты осуществляют выходцы из Ливана - государства, искусственно созданного Францией с целью давления на Османскую империю. Армянские рапорты, рассказывающие о защите Хаджина, читаются как грандиозные эпические поэмы. А правда в том, что солдаты, скрючившиеся в окопах, верили громким словам своих руководителей, которые в действительности были палачами, без колебаний толкавшими свой народ под пули, на верную смерть, чтобы в Париже, в Лондоне или в Адане, очень отдаленном от фронта городе, предаваться мечтам о "Великой Армении!"

Французов нисколько не заботило бегство армян из Хаджина.

Все это омерзительное смешение крови, заверений, безумных стремлений закончилось полным равнодушием. Теперь французы предпочитали советоваться с кемалистами. В марте 1920 г. начались переговоры между Францией и Турцией. 20 октября 1920 г. Анкарское соглашение, подписанное Мустафой Кемалем от имени нового турецкого правительства и Генри Франклином Буйоном (от имени правительства Арситед Брианд), определило судьбу Киликии: французы отступили, Киликия осталась турецкой.

Кемалисты и французы напрасно просили армян остаться в Киликии. Документы, опубликованные в нашей книге, иллюстрируют эту ситуацию. Армянская православная церковь особенно старалась сеять панику среди верующих, подстрекая . их покинуть Киликию. В этом смысле церковные иерархи Стамбула ни в чем не уступали духовенству Сисса. Новое, совершенно немотивированное массовое переселение. началось, несмотря на все призывы турок и французов, апелляции к здравому смыслу, несмотря на амнистию и временное освобождение от военной службы, предложения о совместном восстановлении страны.

Документы, опубликованные в этой книге, говорят сами за себя. В ноябре 1921 г. было - покончено с мечтой об армянском превосходстве в Киликии. Расчеты армянских лидеров не оправдались: они считали, что массовое переселение их соотечественников поставит Киликию на край экономической катастрофы. Киликия быстро возродилась, в настоящее время она считается самым процветающим и стабильным регионом Средиземноморья.

Киликийская трагедия. II акт: Перипетии.

Урфа - классический образец краха интервенции (7 февраля - 11 апреля 1336 г. Хиджры (1920)

События в Киликии - это лишь эпизод, не оказавший какого - либо влияния не только на мировую историю, но даже на армяно - турецкую трагедию, но тем не менее эти события являются образцом политики интервенции, обреченной на провал. Зимой 1920 г. французские войска, занявшие Киликию, выслали в Урфу экспедиционный корпус. Эти меры объяснялись по-разному: армяне рассматривали их как первый шаг французов на пути к созданию "Великой Армении" от Черного до Средиземного моря. Османы усматривали в них разновидность франко - армянского колониализма, а простые французские солдаты, которые не очень ясно представляли, что они потеряли в этой стране, лишь послушно выполняли приказы.

Но турки дорого продавали свою жизнь: оккупация Урфы и сотрудничество французов с армянами были для них неприемлемы. Мы располагаем потрясающей коллекцией документов, касающихся событий в Урфе и трагического конца французского экспедиционного корпуса, которьш в свою очередь означал неизбежный крах армянских чаяний. Поль де Во опубликовал эти документы в своей книге "Страсть по Киликии", изданной в 1931 и в 1956 гг.

Де Во считал себя страстным защитником не только армянских экспансионистских целей, но и французской колониальной политики в Северной Африке. "Я создал, - пишет он, - Средиземноморский комитет. Он начал битву за Александрию и Антиоу, сегодня он начинает битву за Северную Африку..." - и т.д. и т.п.

Документы, включенные в книгу де Во, рассказывают о рыцарском поведении солдат по обе стороны фронта: эти солдаты, втянутые в анатолийские события, должны были стоять насмерть перед риском интервенции, и это происходило в стране, жители которой, частично ведущие кочевой образ жизни, не привыкли подчиняться приказам, их мало беспокоила индивидуальность иностранных захватчиков: они видели в них только врагов, которых надо уничтожать.

Французы хорошо поняли урок, преподнесенный историей. Вскоре они покинули Киликию, чтобы войти в союз с новой Турцией. В кульминационный момент этого апокалиптического сценария, армяне, которые должны были понять, что совершают роковую ошибку, полагаясь на войска интервенции, пытаются заставить генерала Дюфье послать самолеты для освобождения армянской крепости Хаджин, окруженной кемалистами. Ответ французского штаба на требования зачинщиков армянских мятежей, перешедших все границы, полон едва скрываемой язвительности.

Киликийская трагедия. III акт: Катастрофа.

Окончательный крах

После жестоких, длившихся долгие месяцы боев против армянских мятежников, руководимых профессиональными революционерами частью из России, частью из Ванской области, Османские власти смогли наконец в 1915 г. овладеть ситуацией. Армяне покинули места своего проживания и стали ждать благоприятного часа в Сирии, где они не представляли для турок такой опасности, как в Киликии. Этот час пробил в октябре 1918 г.

Каковы были планы союзников по поводу Киликии? По проекту договора, составленного англичанином Марком Сайксом и французом Жоржем Пико (договоры Сайкс-Пико, 1916 г.), и результатам конференции в Сен-Жан Моресне (1917 г.) Кили - кия должна была составлять часть зоны французского влияния. Армяне надеялись приступить из Киликии к строительству моста к Черному морю, чтобы заложить таким образом основу "Великой Армении".

Однако в 1918 г., после окончания войны, англичане не были склонны отдавать французам земли Леванта. Ведь именно они, англичане, взяли на себя весь груз войны против турок. Там, где было 67 000 англичан, сражалось всего 7000 французов, да и то "французский контингент" составляли в основном армяне "Восточного легиона", которые были больше одержимы манией величия, чем борьбой.

Тогда французы акцентировали внимание на том, что они, в свою очередь, выдержали тяжесть смертельных боев против Германии на Западном и Южном фронтах. Только в январе 1919 г. англичане позволили французам принять участие в разделе добычи. Сложилось довольно странное распределение власти: французы осуществляли наблюдение над гражданской администрацией, в то время как англичане выполняли функцию военных оккупантов.

В середине января 1919 г. вступил в должность полковник Эдуард Бремон, которого рекомендовал сэр Эдмунд Аллемби. Французы осуществляли руководство, используя турецкие формы общественного управления на месте. Наконец в ноябре 1919 г. английские войска ушли из Киликии и тут же начали высаживаться французы. Они захватили с собой достаточно сомнительный сюрприз: армян Восточного легиона, которые верили, что наконец наступил миг удачи.

Истинные намерения французов в Киликии не были достаточно ясными. Возможно, среди них была группа "смельчаков", которые намеревались создать здесь французскую колонию. Но до этого нужно сломить сопротивление турок. Выполнить это, что Кристофер Уокер оценивал как "imperialist dirty work" (грязный империалистический труд), и был призван Восточный легион. В 1920 г. десятки тысяч армян (есть данные, свидетельствующие о том, что речь может идти о сотне тысяч) возвращаются в Киликию из Сирии и Египта.

Была одна деталь, которую упустили армяне, ослепленные алчным желанием захватить чужие земли: визит в Анкару Жоржа Пико в декабре 1919 г. к новому турецкому правительству Мустафы Кемаля.

Французы, изрядно уставшие и от английского контроля, и от непомерной жадности армян, требовавших все больше территорий, начали вести переговоры с новой турецкой властью в Анкаре. Их прибытие в Киликию в ноябре 1919 г. совпало с пробуждением нового движения кемалистов. В то время, как французское правительство изучало сложившуюся ситуацию, кемалисты под руководством Мустафы Кемаля взяли реванш.

Генерал Керетт, ведущий французов и их армянских сообщников к Марашу, был обречен на первое тяжелое поражение. Перед решительным боем установилась значительная пауза: 16 января 1920 г. кемалисты пригласили своих армянских соотечественников, проживающих в Мараше, на встречу в соборной мечети ("Улу Джами"). В сущности, они хотели предложить армянам изгнать вместе французских захватчиков, чтобы освободить от оккупантов их общую родину. И тогда бы не возникло никаких препятствий для дальнейшего совместного мирного проживания.

Армяне, как всегда, ускользнули от конкретного ответа. Ясность эта встреча в отношения между турками и армянами не внесла. Последние не могли представить себе, что французы, выигравшие большую войну, будут беспомощны против турок - и это после двух лет кровавой войны за освобождение Мараша от его оккупантов и их армянских сообщников!

Керетт и начальник генштаба генерал Дюфье должны были внять голосу разума, но они тешили себя надеждами, что после поражения в 1918 г. турки больше не устоят на их пути. И вот они сделали предложение. Однако ответной встречи не состоялось. Начался бой во имя франко - армянского альянса. 10 февраля французы отступили, так и не сумев пожать победные лавры: у их ног путались впавшие в панику армяне. Турки справедливо считали их предателями.

Армянские источники сообщают, что две тысячи солдат легиона и отряды добровольцев пытались бежать во время взятия Урфы кемалистами. Убежать смогли только 200 человек, остальные были беспощадно истреблены. Конечно, выиграли бы обе стороны, если бы представители армянской общины поддержали идею защиты общей родины, о чем говорилось во время встречи в соборной мечети Мараша 16 января 1920 г., а не рассчитывали на войска французских интервентов.

В то время как французы спешно отступали из Мараша, их ждал новый провал в Урфе. 

Киликийская трагедия. IV акт: Эпилог.

Муса-Даг: пропаганда героизма или посрамленная правда?

В начале первой мировой войны армяне и турки прекрасно осознавали огромное стратегическое значение Киликии. Единственный путь (тогда еще не было железной дороги!), связывающий Стамбул, Сирию и Киликию, житницу Османской империи, вел через горы Тавра. Крестоносцы в свое время прошли этот путь.

Правда горька, но эти зарисовки не преследуют цели "великой пропаганды": они запечатлели реальные свидетельства. В Восточной Анатолии (к примеру, в Игдыре) постоянно обнаруживаются братские могилы, в которых армяне во время своего короткого, но кровавого режима террора хоронили мусульманские жертвы.

"Эволюция" Армянского легиона состояла в еще большем ожесточении актов насилия и убийств. Наконец, истребление приобрело катастрофический размах, и тогда французы и англичане вынуждены были вывести из Киликии Армянский легион. Трагедия тщательно документирована, о ней свидетельствует в том числе обнаружение все большего количества братских могил мусульманского населения этого региона.

Армянские террористы и их сообщники считают, что французы невиновны в этих массовых истреблениях и что они не имеют никакого отношения к трагедии в Ливане. Нынешнее поколение турок еще менее ответственно за события, за которые оно сегодня должно расплачиваться. На них лежит меньшая вина за нынешнюю ситуацию на Ближнем Востоке, чем на французах. В конце концов, именно французы направляли русских, англичан и американских миссионеров на втягивание несчастных армян в ад гражданской войны и мятежей.

В среду, 1 декабря 1921 г., турецкие войска достигли средиземноморского берега. В Адане турки и французы провели торжественную смену власти. Наконец гражданская война на Южном фронте, возобновленная после французской интервенции, закончилась. Оставался Западный фронт. В самом начале вторжения, 15 марта 1919 г., грекам удалось занять часть Западной Анатолии. Теперь они готовились к захвату Анкары.

Гюмринский (Александропольский) договор от 2 декабря 1922 г.

Жестокие бои между войсками Кязима Карабекира и Армянской Республики закончились перемирием 6 ноября. Предложение о мире последовало с армянской стороны после того, как турки взяли Карс и начали продвигаться по направлению к Гюмрю. После тяжело протекавших переговоров армяне возобновили военные действия. Однако их армия, снабженная современным оружием, 15 ноября потерпела сокрушительное поражение близ Шахтахты. Армяне вновь запросили мира. Переговоры в Гюмрю начались позднее. 2 декабря 1922 г. было подписано мирное соглашение между Турцией и Армянской Республикой. 16 марта 1921 г. Армения подписала Московский договор. На основании этого договора Армения 11 октября 1921 г. сообщила представителю России Леграну, что она "принимает посредничество России в решении всех территориальных проблем". Это означало, что Армения возложила на Россию всю ответственность в области внешней политики.

Гюмринский (Александропольский) договор определил ясно и четко границу, разделяющую Турцию и Армению, а также линию границы на севере от Агрыдага (Арарата) - самой высокой горы Турции. Кстати, Армянская Советская Республика (как и нынешняя Армения) включала Арарат в своей герб. Это такой же абсурд, как если бы англичане включили в свой герб гору Килиманджаро лишь только на том основании, что когда-то владели Занзибаром.

Конец греко-армянского нашествия

Внезапная война греков против турок началас­­­­ь 15 мая 1919 г. очень самонадеянным нашествием на Западную Анатолию. Предполагалось, что наконец, через 2000 лет, на анатолийской земле будет создана великая империя "Магна Греция". Не важно, что эта земля долгое время принадлежала туркам. Союзники с самого начала дали согласие на авантюрную операцию греков. Это, однако, не означало, что, в случае провала, они окажут поддержку жертвам собственной мании величия. Судьба греческих и армянских беженцев прекрасно иллюстрирует эту позицию подстрекателей.

Мятежи армян, прокатившиеся в Восточной Анатолии, привели в апреле 1915 г. к необходимости депортации анатолийских армян в более безопасные области на юге империи; в то же время Османское правительство решило не эвакуировать армянское население Стамбула и Измира, считая, что оно не представляет никакой опасности в этих городах. Во время греческого вторжения весной 1919 г. стало очевидно, что необходимо было эвакуировать и армян Измира, которые делали все, чтобы навредить своим турецким соотечественникам. Армяне отличились актами насилия по отношению к туркам в первые же дни оккупации Измира греками.

Когда террор в Измире стал совершенно неуправляемым, греки были вынуждены выступить против собственных союзников, чтобы остановить убийства и грабеж. Двое армян были приговорены к смертной казни. Доклад Комиссии Бристоля, с которым можно ознакомиться в библиотеке Конгресса в Вашингтоне, содержит описание ситуации, увиденной глазами офицера союзнических войск. Он подробно рассказывает об армянских бандах, грабивших турецкие села, находящиеся между Измиром и Стамбулом, в частности вокруг Яловы и Гемлика. Весь регион был "очищен" от турецких жителей, так как он был предназначен исключительно для господства греков и армян.

Позднее глава турецкой делегации напомнил об этих событиях на мирной конференции в Лозанне. Никто не осмелился ему возразить. Греки заняли этот Османский город с помощью англичан и выгрузили значительное количество боеприпасов. Они продвинулись до окрестностей Анкары, где 2 сентября 1921 г. турки под командованием генерала Иненю нанесли им жестокое поражение.

Провал авантюры правительства Венизелоса был одинаково мучительным для греков и армян: успев поджечь армянские кварталы прямо перед приходом турок (не только Гитлер использовал тактику выжженной земли!), греки и армяне покинули город, который был очень быстро восстановлен. Сегодня он считается одним из самых крупных и красивых городов Турции.

Греческие агрессоры пользовались ультрасовременным оружием и огромной финансовой поддержкой. Таким образом, экспедиционный корпус быстро достиг Айманы, местечка в окрестностях новой столицы - Анкары. В этот момент агрессия представляла смертельную опасность для анатолийских турок. В Анкаре были слышны артиллерийские залпы, гремящие на поле битвы. Правительство отвергало мысль о капитуляции, решив временно перебраться в Сивас. Однако греки переоценили мощь своего наступательного движения. От стен Анкары турки постепенно стали продвигаться вперед. После одиннадцатидневных боев (с 21 августа по 2 сентября 1921 г.) они далеко отбросили греческий авангард. Защитники Анкары погнали агрессора на запад. Возможно, они были босы, ничтожно экипированы, но они победили.

Франция достаточно быстро поняла, откуда дует ветер, и поспешила установить хорошие отношения с Анкарой. Министр иностранных дел срочно прибыл в Анатолию, дав знать, что в будущем он будет искать партнера по переговорам в Анкаре, а не в Стамбуле, где Османское правительство изображало иллюзию суверенитета. Таким образом, Франция приняла новый турецкий Национальный пакт и дала знать, что считает Севрский мир недействительным.

Увы, это была та же Франция, которая упрямо подталкивала армян к терроризму и войне. Ее целью в то время было ослабить Османскую империю. Французы очень быстро изменили поведение в тот момент, когда поняли, что это затруднит контроль над греческой элитой. "Армянский повод" забывался с каждым днем все больше, как, впрочем, и идея "Великой Греции", которая была похоронена под грудой чрезмерных амбиций.

22 августа после тщательной подготовки турки пошли в атаку против греческих захватчиков. Греки, в ожидании боев, создали в Анатолии сильные военные укрепления. Они неистово верили в победу. Король Константин лично посетил 13 июня 1921 г. театр войны в Анатолии. Он сделал тяжеловатый жест, якобы исполненный символического значения, высадившись там же, где крестоносцы сходили на берег несколькими веками ранее, кстати, и для них это кончилось бесславно.

2 сентября 1922 г. турецкие войска освободили Эскишехир. Неделей позже они были уже в Манисе. Перед уходом греки подожгли город. Позднее та же участь постигла Измир. Туркам не должно было остаться ничего, кроме выжженной земли.

Вход победоносных войск Кемаля в Измир совпал со страшным пожаром, который разбушевался в армянском квартале города. 25 000 зданий, почти половина города, было испепелено. Пожарники были беспомощны. Цистерны были пусты, пожарные краны - заблокированы, водопровод - перекрыт. Ни в одной стране мира не было такой страшной катастрофы. Скорее всего, пожар был делом рук дашнаков. Если эта гипотеза подтвердится, то уничтожение Измира будет стоять на втором месте в списке террористических деяний дашнаков, сразу же после уничтожения Вана весной 1915 г.

Конечно, поджигатели громогласно заявляли на весь мир, что турки уничтожили второй по красоте богатству город Анатолии. И это - в день их победного вхождения в город. Мировое сообщество проглотило эту нелепицу без малейших сомнений, так же как и другие чудовищные измышления о "турецких зверствах". 11 октября победившие турки и побежденные греки подписали перемирие в Мюданье, городе вблизи Яловы, где во время греческой оккупации особенно свирепствовали армяне. Это перемирие положило конец "Истиклал Харби" - войне за турецкую независимость. Правительство Его Величества султана, все еще находившегося в заключении в Стамбуле, прислало поздравления.

22 ноября в Лозанне начались мирные переговоры. Генерал Исмет-паша был главой турецкой делегации на переговорах. Он добился предоставления туркам тех же прав, какие были у их партнеров. С самого начала в нем обнаружили одаренного дипломата. К великому удивлению союзников, он дал понять, что турки прибыли не для того, чтобы беспрекословно выполнять приказы, как в Севре.

В Восточной Турции больше не существовало территориальных проблем. Соглашения в Гюмрю, Москве и Карсе урегулировали все территориальные проблемы между Советским Союзом - новым патроном армян - и Турцией. Турки отказались тратить в Лозанне время на дискуссии о восточной границе. Турки победили на мирных переговорах в Лозанне. Они доказали волю и способность защищать свои национальные границы. Ряд вопросов, касающихся представителей различных национальностей и этнических групп, был возложен на турок. Как и все теократические монархии, Османская династия не признавала дискриминационные ограничения, скрывающиеся за термином "национальность".

Османская династия заботилась лишь о поддержании честности и порядочности в государстве. Для нее не имело никакого значения, выходцем из какой этнической среды или племени был гражданин этого государства. Несмотря на то, что Турцию принудили, против ее воли, стать "национальным" государством, турецкие делегаты в Лозанне не согласились с игнорированием их национальной целостности. В результате, слово "армянин" было абсолютно исключено из текста Лозаннского соглашения.

Когда лорд Керзон вынес на рассмотрение армянский вопрос (вероятно, он был вынужден их поддерживать. У него лично не было бы к этому ни малейшего интереса, если бы армяне не сыграли роль пешки в игре союзников), Исмет Иненю резко прервал его. Премьер-министр Греции Венизелос также посчитал своей обязанностью затронуть армянский вопрос в своем выступлении. И это тот самый Венизелос, который нес ответственность за кровопролитие, совершенное греками в Анатолии, и за крах его собственной армии. Кроме того, он нес ответственность за трагедию беженцев. Исмет Иненю столь же непреклонно остановил и его.

Когда лорд Керзон начал говорить о "трех миллионах армян, живших в Малой Азии", Иненю ответил ему, что за всю историю в Анатолии никогда не проживало три миллиона армян. (До первой мировой войны эта цифра составляла 1,5 миллиона.) Иненю с горечью отметил, что собственные революционные комитеты армян совсем недавно заставили соплеменников из Киликии покинуть родную землю и последовать за французами в Сирию. Истинным мотивом этой насильственной эмиграции была уверенность, что турецкая экономика развалится без армянской инфраструктуры и армянского опыта в международной торговле. Но эти надежды вскоре были развеяны действительностью.

Когда 6 января 1923 г. армянский вопрос вновь возник в повестке дня, Иненю сделал свое заявление. После этого драматичного дня вопрос о несчастных армянах, обольщенных посулами союзников, перестал существовать. Русские выдвинули дьявольский предлог, напомнив о специальном "армянском пункте" в договорах, заключенных в Сан-Стефано и Берлине (1878 г.). Но так как в тексте Лозаннского договора больше не существовало понятий "Армения" и "армянин", то этот предлог всеми был признан надуманным. Это было только на пользу тем армянам, которые остались в Турции и живут здесь наряду с другими членами турецкого сообщества, с равными правами и гражданскими обязанностями.

24 июля 1923 г. власти подписали Лозаннский договор. Армянская делегация покинула Лозанну уже 2 февраля, когда наконец убедилась в тщетности своих стараний и сложном положении, в котором оказались их "союзники". Не вдаваясь в подробности, все же интересно заметить, что русские, со времени образования 29 ноября 1920 г. Армянской Советской Социалистической Республики, обладали полным контролем над "русской Арменией".

Еще одна деталь, которой часто пренебрегают, говоря о проблеме армянской трагедии, это статья 31 Лозаннского договора. В ней содержится следующее положение: каждый бывший гражданин Османской империи, который стал гражданином одного из новых независимых государств, образовавшихся на месте империи, имеет право в течение 2 лет приехать в Турцию в качестве турецкого гражданина. Естественно, статья 31 открывала двери государства для всех Османских армян, которые были изгнаны во время войны или по какой - либо причине оказались за границей после войны.

Статья 31 была внесена специально для армян, которые были эвакуированы и хотели вернуться в Турцию. По этому договору каждый армянин, который был гражданином Османской империи, мог до 24 июля 1925 г. вернуться в Турцию в качестве турецкого гражданина. Таким образом, факты опровергают всю дискуссию вокруг мнимого "изгнания". К тому же следует иметь в виду, что армян никогда не изгоняли из Османской империи после беспорядков в Восточной Анатолии - их только эвакуировали в провинции, находящиеся в глубине империи.

Нагорный Карабах: ОЧЕРЕДНАЯ попытка армянской экспансии

Осенью 1984 г. наступил конец кровавым акциям армянского терроризма, начавшимся в январе 1972 г. в Калифорнии, в месте, с которым так тесно был связан Франц Верфель. После этого было еще одно ужасное покушение - на посла Энвера Эргюна в Вене, потом последовали попытки покушений в Брюсселе и Бейруте и, наконец, - покушение в здании "Эр Франс" в Париже...

После кровавой кампании убийств и террора, длившейся на протяжении века, руководители армянских экстремистов дали наконец себе отчет, что бомбами не победить Анкару, напротив, можно вызвать б общественном мнении лишь антиармянские настроения. Возник риск того, что слова "убийство" и "террор" станут синонимами слов "Армения" и "армянин". После паузы смятения и сомнений настала очередь армянского духовенства взять инициативу в свои руки.

Вспомним, как много понадобилось времени, почти более века, чтобы армянские политики и поддерживающие их круги добились своего: пришли к руководству народом, оттеснив армянскую церковь, к руководству народом, объединяющему пеструю смесь дашнаков, гнчакистов и прочих... И церковь, привыкшая в течение полутора тысячелетия играть главенствующую политическую роль, уступила все усиливающемуся давлению революционеров - националистов, которые давно уже пытались вырвать из рук духовенства монопольное владение национальной армянской идеей.

Для григорианской церкви это было одновременно удачей и трагедией. У нее практически уже не осталось возможностей расширить поле действия, и перед ней встала более локальная, но и более прагматичная задача - укреплять свою руководящую роль внутри армянских общин и диаспоры, обладающей большим влиянием. Но настал час реванша для армянской церкви.

По любопытному совпадению, после Юрия Андропова, который был греко-армянского происхождения, и короткого времени, когда у власти находился Черненко, именно Михаил Горбачев [Этот последний генсек, еще будучи первым секретарем Ставропольского крайкома КПСС, находился под влиянием армянских теневых структур, активно действующих в Минеральных Водах. - Ред.] воссел на троне красных царей. Его манера управления и неудачные попытки реформ создали для армянской церкви, действующей в Советском Союзе, практически идеальные условия, которые позволяли руководить национальной борьбой армян в Армянской ССР и за ее пределами.

Армянская церковь располагает прекрасной организацией, неисчерпаемыми финансовыми ресурсами и одаренными сотрудниками с великолепным образованием. Ясно, что их мирская цель - это создание максимально эффективной и неограниченной власти духовенства; глава церкви, то есть католикос, являлся в действительности монархом. Кульминационные моменты армянской истории, высокие достижения в искусстве, архитектуре и живописи приходятся на то время, когда церковь находилась в апогее своего могущества.

После прихода к власти Горбачева армянской религиозной иерархии предоставился уникальный шанс реализации своей национальной политики. В то время как астрологи Кремля всюду твердили о будущих удачах Горбачева, армянское духовенство тотчас же заметило провалы его политики, которые свидетельствовали о внутренней нестабильности советского государства, что сопровождалось демонстрацией увеличивающейся мощи Запада.

Опыт XIX века показывал, что даже такая великая империя, как Османская, была легко разрушена с помощью армянского меньшинства. Почему бы снова не прибегнуть к подобным методам?

Разве не привели не представляющие с первого взгляда значения мятежи в Зейтуне к тому, что англичане захватили нефтеносные районы турок? Что мешает армянам вновь прибегнуть к испытанной тактике, тем более что американцы изо всех сил стараются ослабить великую советскую империю? В физике существует понятие "идеальная точка рычага": речь идет о такой точке предмета, к которой должна быть приложена опрокидывающая сила рычага с тем, чтобы добиться идеального результата при минимальных усилиях.

В Советском Союзе было несколько "идеальных точек рычага", которые могут лишить его сбалансированности. Одна из них находилась на перешейке между Черным и Каспийским морями, возможно в середине или приблизительно ниже середины перешейка. Если бы речь шла о геополитическом трюке, то именно здесь нужно было установить рычаг, чтобы перевернуть этот регион.

Карабах - какие права в этом регионе у русских и армян?

Многие называют этот регион "Нагорный Карабах". Большинство специалистов топонимии склонны этимологизировать название как "горная плантация черного винограда". Однако правильное значение  - «Благодатный край». Однако вряд ли корректно русифицировать первую часть названия области, правильнее называть ее по-азербайджански - Даглыг Гарабах.

Во время возвышения Нагорного Карабаха ни русские, ни армяне не имели права там повелевать, однако азербайджанцы допускали и строительство армянских монастырей, и открытие русскими центров торговли. Никто никогда не мог усомниться в том, что речь идет о регионе с чисто тюркским, азербайджанским населением. Мощные волны экспансии как царской России, так и Османской империи в начале ХIX века спровоцировали изменения в отношениях между властями; армяне знали, как использовать новое распределение власти в свою пользу.

Чтобы суть вопроса была ясна, сделаем экскурс в историю Азербайджана и Карабаха.

Вопреки господствующей концепции, согласно которой тюрки являются выходцами из Алтая, этногенез первичного тюркского этноса происходил здесь, в Азербайджане. В результате войн и природных катаклизмов тюрки расселились в разных направлениях. Некоторые отошли на север (и далее проникали в Европу), незначительная часть – в сторону аравийских пустынь. Наибольшее число тюркских племен переселялось в восточном направлении – в Среднюю Азию. Вследствие опять-таки войн, походов, природных катаклизмов, последовали волны обратной миграции тюркских племен. Перед исламизацией Двин стал столицей тюркских огузских племен, и до начала XI века они правили регионом. Самьми важными городами периода исламизации тюрок были Гянджа, Двин, Нахичевань, Дербент, Тифлис и Тебриз.

После поражения византийцев в битве под Малазгиртом (1171), сельджуки предприняли попытку завоевания Кавказа,. С давних пор при византийцах независимость армянских князьков была ничтожной, тогда как мусульмане всегда гарантировали армянам свободу религии. Под правительством Сельджукидов и вплоть до вторжения могулов в ХШ веке Азербайджан принадлежал азербайджанцам.

После падения могульской империи Азербайджаном правили тюркские династии Хулагуидов, Ильханидов, а также династии Аккоюнлу и Каракоюнлу до тех пор, пока в XVI веке Османы не стали расширять границы своего влияния, против которого выступали азербайджанские династии Сефеви и Афшаров. После смерти Надир-шаха Афшара (1747) в Азербайджане образовались маленькие тюркские государства – «ханлыглар» (ханства), во главе каждого стоял хан. Столицей Карабахского ханства была Шуша, и город, который переименован армянами в «Степанакерт» имел изначальное название Ханкенди (от тюркск. "кенд" - "город/поселение". На карте Карабаха, приложенной к докладу о путешествии Радда, можно найти правильное название "Ханкент" или в другой форме - "Ханкенди".

В начале XIX века на Кавказе быстро изменился раздел влияния между турками и иранцами. Русские все решительнее устремились на юг, их целью был доступ к "теплым морям". Баку был захвачен русскими в 1806 г., а Ираван, о котором русские говорили о энтузиазмом, описывая минареты, возвышающиеся за стенами, - в 1824 г.

В 1813 г. после заключения Гюлистанского договора Карабахское ханство попало под царский гнет, та же участь ожидала Дагестан, Ширван, Кубу и Дербент. Все эти ханства входили ранее в иранскую империю, которую возглавляла азербайджанская династия Каджаров. Каджары не могли смириться с этой потерей и даже до конца первой мировой войны пытались отвоевать Баку и другие провинции.

По Туркманчайскому договору Фетх-Али шах должен был отказаться от северной части Азербайджана, с большим трудом ему удалось сохранить южную часть страны с ее столицей Тебризом; с тех пор Азербайджан оказался разделенным между Россией и Ираном. Через несколько месяцев после заключения Туркманчайского договора вспыхнула одна из многочисленных русско-турецких войн, в результате которой русские заняли Эрзурум, Карс и Ардаган.

Развитие ситуации на Кавказе привело к изменениям, имеющим долгосрочный характер: православные русские стали побуждать армян-монофизитов, компактно проживающих в Иране, заселять оккупированные Россией земли Азербайджана На этот призыв откликнулось большое количество армян. В те годы 70000 армян поселилось в Карабахе и Нахичевани, регионах, которые до сих пор были чисто тюркскими. Задача русских была ясна: ослабить мусульманское население и усилить армянский элемент; это намерение скрывалось и в приобщении армян к церкви русского государства.

До массового переселения, похожего на вторжение, организованного русскими, соотношение между азербайджанцами и армянами в 1834 г. составляло соответственно 64% на 34%, и это несмотря на то, что началась иммиграция и турецких армян. Когда влился первый поток миграции, царь Николай I сообщил о создании "армянской области", включающей Эриванское ханство, в котором армяне составляли меньшинство, и Нахичевань.

Именно с этого момента армяне начали прилагать огромные усилия, чтобы оттеснить большинство, которое ранее составляло чисто тюркое азербайджанское население и захватить власть; русские поощряли этот процесс, потому что хотели руками армян таскать каштаны из огня и превратить их поселения в буферную зону между Россией и Османской империей.

С помощью административно-территориальной реформы 1870 г. русские пытались окончательно подчинить Азербайджан, народ которого исподволь защищался. Чтобы надежнее контролировать армян, которые требовали все большего, усилилось переселение в край русских; были утверждены новые административные единицы (губернии. - Ред.) с центрами в Баку, Тифлисе, Эриване и Гяндже, которая была переименована в Елизаветполь. Этот город имел символическое значение в истории Азербайджана, что и послужило одной из причин изменения его названия. Слишком глубоки были корни этого исламского города с великолепной мечетью и ханским дворцом; именно здесь 25 сентября 1826 г. русские под командованием Паскевича одержали победу над войсками, возглавляемыми наследным принцем Аббас - Мирзой.

Так русские создали новое административное пространство, названное ими Закавказьем, которое лишилось исторической административной структуры. Несмотря на спровоцированные русскими миграции армян, перепись 1871 г дает нам ясное представление о демографической ситуации в Карабахе: в границах этой административной зоны проживало 878 000 азербайджанцев и 292 000 армян. В некоторых наиболее мелких населенных пунктах процентное соотношение армян варьировалось в диапазоне между 21 и 40.

Армянская экспансия и попытки добиться демографического большинства

Армяне, как и планировали русские, искали поддержку у царского правительства и вскоре заняли высокие посты как в администрации, так и в русской завоевательной армии. Добившись обладания властью, они сделали все, что бьшо в их силах, чтобы ослабить роль тюрко - мусульманского населения. Конечно, это бьшо на руку русским.

Однако они не во всем потворствовали осуществлению армянских мифов в том смысле, что они не собирались действовать на Кавказе так же, как на Балканах, в Болгарии. Политика, проводимая русскими по отношению к армянам, имела дополнительную цель славянизировать их; никогда русские не думали всерьез о возможности предоставления армянам независимости. Важный шаг на пути к реализации идеи русификации армян состоял в попытке ассимиляции армянской церкви, которая была фундаментом армянской самоидентификации.

В 1900 г. развернулась кампания безжалостной экспроприации имущества григорианской церкви. Однако результат она имела очень слабый, сравнимый с тем, что достигла в прошлом политика преследования Византией армян. В 1903 г. наместник на Кавказе Воронцов-Дашков вел по отношению к армянам более гибкую политику, которая закладывалась еще в XIX веке. В 1905 г., когда православные иерархи царской России уже смирились с армянским монофизитством, в Баку вспыхнуло несколько рабочих забастовок. Появились признаки начала хаоса, чем воспользовались дашнаки для усиления пропаганды против тюркского большинства в Баку, Гяндже и Шуше. Пропаганда эта сопровождалась жуткими террористическими актами, совершенными дашнаками против азербайджанцев. Целью этих нападений бьшо добиться миграции мусульман и создать демографический перевес в регионе.

Первые широкомасштабные столкновения в Азербайджане произошли в Баку, городе, который всегда был вожделенной мечтой армян. Дашнаки под командованием Николая Тумана Балаяна уничтожили передовые азербайджанские силы Баку и убили правителя города Накашидзе.

По тому же кровавому сценарию дашнаки провели операции 21 и 22 февраля в Эриване и в мае - в Нахичевани. Самая кровавая и жестокая резня была в Гяндже 15 - 18 ноября и в Тифлисе 21 ноября. В Карабахе и Шуше были сожжены дома азербайджанцев, здесь погибло 500 азербайджанцев и 40 армян. Армянский революционный комитет предупредил в прессе всех выступающих в защиту азербайджанского населения: «Вспомните судьбу правителя Баку Накашидзе, комиссара полиции Сахарова, пристава Наджанского, Чаракова ... все они были казнены по приказу руководства "Дашнакцутюн"!!!».

Всего во время этой резни было уничтожено 158 тюркских сел, и погибло более 19000 мусульман. Контрудар азербайджанских тюрок выразился в создании оборонительной организации "DIFAHI" ("Оборона"). Под руководством Ахмеда Агаоглу возникло движение кавказской солидарности, направленное против русских и армян. Изгнание азербайджанцев, начатое еще во время первой мировой войны, когда, по свидетельству самих армян, 200000 армян участвовали в войне против Османской империи под русским флагом, обретало огромные масштабы. Именно поэтому азербайджанское население Эривана, составлявшее в начале века 80%, сократилось до 5%. 31 марта 1918г в Баку произошли страшные события, когда армяне, опьяневшие от пролитой крови, попытались захватить там власть.

Азербайджанское население обратилось в бегство в сторону Гянджи. В состоянии крайнего отчаяния азербайджанцы попросили помощи Турции. За ничтожно короткий срок турецкие войска отвоевали Батум, Карс и взяли курс на Баку. На Батумской конференции было решено создать три независимых государства: Грузию, Армению и Азербайджан. 14 июля 1918 г. Закавказский Сейм был распущен и провозглашены три новые республики. Турция получила обратно у Грузии Батум, Ахыску и Ахалкалаки, восстановив границы 1828 г. Согласно договорам, подписанным с Арменией, Карс, Ардаган, Борчка, Кагызман и Нахичевань должны были быть возвращены в границы Османской империи. Таким образом, были восстановлены границы 1828 г. По соглашению, заключенному с Армянской республикой, Карс, Ардаган, Борчка, Кагызман и Нахичевань передавались Турции, а Йени-Баязит, Гюмрю, Эриван и Шарур-Даралагез отходили к Армении. В договоре были четко определены религиозные и культурные права мусульман.

Азербайджан провозгласил свою независимость 28 мая 1918 г. и объявил Баку столицей. Но в силу того, что город находился еще под оккупацией большевиков, временной столицей стала Гянджа; именно здесь турки признали Азербайджан дружественным государством. В соглашении 4 июня 1918 г., принятом в Батуме, турки предлагали ему в случае необходимости военную помощь, так как большевики под командованием Шаумяна уже шли на Гянджу. Параллельно этой акции, вооруженные армянские силы вынуждали покинуть родину большую часть мусульманского населения: особенно большие масштабы это приняло в Эриване, Нахичевани и Карабахе.

Тот факт, что турки серьезно поддерживали своих тюрко-исламских соседей, действовал на нервы не только русских и англичан, но и немецких союзников. Высшее немецкое командование предприняло странную и рискованную операцию, установив в Грузии свой военный протекторат. В дополнительном пункте соглашения, заключенного 27 августа 1918г, русские и немцы обговорили, что им вместе необходимо уменьшить турецкое влияние на Кавказе и помешать созданию независимого азербайджанского государства

Англичане опасались быть вновь обойденными при разделе Османской империи и процессе создания большого количества новых государств, в том числе и тюрко - исламских, в зоне, прилегающей к Индии, где традиционно было сильно влияние англичан. В то время никто не мог предвидеть, что через некоторое время английская империя падет, и Индия провозгласит свою независимость. В это время крупный авантюрист, английский генерал Данстервилль, двигаясь через Индию, добрался до Энзели - порта на берегу Каспийского моря и отсюда до Баку, пытаясь, очевидно, не без помощи армян, завоевать Баку и потрафить их интересам. Но эта авантюра провалилась. По поводу этого английского вторжения и недостойного участия в нем армян, жаждущих завладеть Баку, имеются красноречивые фотодокументы. В этой книге мы посвятили целую главу лишь этому одному из эпизодов армянской экспансии.

Как только турецкие войска приблизились к Баку, англичане немедленно объединились с большевиками и армянами, которым отныне нечего было искать в Баку. Этот абсурдный союз, сформированный из английских империалистов, русских большевиков и армянских дашнаков, пытался всеми способами помешать созданию независимого азербайджанского государства, самой "естественной" столицей которого мог быть только Баку. Никто так и не задался вопросом: что, собственно, делали армяне, англичане и русские в Баку? Ясно, что англичане, к примеру, ставили перед собой двойную цель: захватить бакинскую нефть и поставить барьер между тюрками Турции и Центральной Азии, создав с этой целью милитаристское армянское государство.

Турки могли бы легко завоевать Армению, но они соблюдали условия Батумского договора.

Кроме того, турки хотели создать на стыке Османской империи и Советской России азербайджанское государство, что было возможно лишь после изгнания большевиков из Баку. Турки очень быстро прошли в Дагестан, и 15 сентября 1918 г. они достигли Баку, куда из Гянджи переехало правительство Азербайджана. 13 октября 1918 г. провозглашает свою независимость Северо-Кавказская республика. Очевидно, Турция не поддержала бы этот новый раздел власти на Кавказе, если бы Османская империя уцелела в пожаре первой мировой войны.

Однако уже 30 октября 1918 г. турки были вынуждены подписать перемирие в Мудросе, в 11-й и 15-й статьях которого говорилось о выводе их войск из Азербайджана. Сразу же после этого англичане стали хозяйничать на Кавказе. Они стремились овладеть нефтяными месторождениями Баку. Генерал Томпсон был назначен губернатором города, но его администрации подчинялся не только Баку, но целиком весь Азербайджан. Кроме попыток захватить бакинскую нефть, она делала все, что было в ее власти, чтобы как можно надежнее отделить анатолийских турок от их кавказских братьев.

Легитимный статус Карабаха и Нахичевани после установления Советской власти

После перемирия в Мудросе союзные войска оккупировали Анатолию и Стамбул. Турция, казалось, практически пленена, "взята в плен" победоносным альянсом, но напрасны его надежды - Великое Национальное собрание Турции не признает решений Севрского декрета. В мае 1919г греки захватили Западную Анатолию в иллюзорной надежде уничтожить Турцию с помощью англичан. В это же время на востоке страны армяне, одержимые идеей "Великой Армении", совершают в Анатолии немыслимые преступления над местным мусульманским населением.

Мустафа Кемаль направил в Москву турецкую делегацию с поручением узнать об истинных намерениях Советов. Дискуссии начались 24 июня 1919 г. и касались в основном армянской проблемы. Прямо во время переговоров 10 августа 1920 г. русские подписали договор с Эриваном, согласно которому Нахичевань должна быть присоединена к Армении.

Таким образом, Советская власть дала ясно знать, что она, как раньше царизм, выполняет функцию могущественного защитника армян. Советский министр иностранных дел Чичерин требовал у турецкой делегации к тому же передачи Армении Муша и Вана. В обмен на земли Чичерин обещал помочь Турции, которая вела войну на двух фронтах - с греками и армянами.

Но Анкара отказалась от этой помощи. Армяне, уверенные в поддержке русских, перешли 24 сентября 1920 г. в наступление. Через 4 дня турки под командованием Кязима Карабекира, который был самым талантливым полководцем, начали штурм города. Карс пал, армяне в панике бежали. И все-таки их руководители по-прежнему отказывались от каких - либо переговоров. Только после того, как Гюмрю перешел к туркам, армяне запросили мира.

Мустафа Кемаль заявил: "Мы желаем создания Независимого Азербайджанского Государства. Мы должны по этому поводу установить необходимые контакты с русскими... Нужно обеспечить, чтобы некоторые регионы, такие как Карабах, находились в зоне влияния Азербайджанского Государства" ы[Ataturkun Milli Dis Politikasi". Анкара, 1980, том 1, c.205.].

2 декабря 1920г было подписано соглашение, в котором заявлялось, что Армения не имеет права нарушать интересы Нахичевани, которая входит в компетенцию турецкой администрации. 16 марта 1921 г Советский Союз и Турция подписали Московский договор. В статье 3 указывается, что Нахичевань является автономной республикой Азербайджана и не может никогда быть переподчинена власти третьей страны. Министр иностранных дел Турции Юсуф Кемаль заявил, выступая в Великом Национальном собрании: "Нахичевань находится под протекторатом Азербайджана с условием, что она будет входить в компетенцию азербайджанской администрации. В случае, если будут произведены какие - нибудь изменения в пользу Армении, мы оставляем за собой право противостоять этому". (Turkish Grand National Assembly, Closed session. Minutes, Анкара, 1985, т. II, c.227.)

Турция придавала этому факту большое значение. Таким образом, эта статья Московского договора была включена и в Карсский договор, который был заключен между Арменией, Турцией, Азербайджаном и Грузией (13 октября 1921 г.).

Азербайджан со своей стороны признал (!!! ???) принадлежность Зангезура Армении.

5 июня 1920 г. на Кавбюро ЦК РСДРП был рассмотрен карабахский вопрос. Было принято единогласное решение оставить Карабах в составе Азербайджана в качестве "автономной области" - анклава на азербайджанской территории (при этом абсолютным этническим большинством всегда являлись азербайджанцы). Но так как эта "автономия" не могла быть реализована ни по экономическим, ни по географическим причинам, Карабах был полностью под контролем Азербайджана, поддерживая несмотря ни на что свою так называемую "автономию". Турция имела право вмешательства при любом изменении статуса. Иными словами, Азербайджан не имел права уступить Карабах или Нахичевань под давлением русских или армян.

История армянской церкви столь же стара, как и армянский национализм, они неотделимы друг от друга. В течение многих десятилетий роль националистического влияния армянской церкви взяли на себя различные армянские партии, требующие всей полноты власти. Это продолжалось до того, пока терроризм не уничтожил все правдоподобие их риторики.

Армянская церковь после некоторой паузы вновь взяла инициативу в свои руки и встала во главе армянского националистического движения. Она располагала всем необходимым: квалифицированными членами, значительными финансовыми средствами и преимуществами обладания духовной властью, которая дана только тому, кто носит сутану, и не подлежит оспариванию.

Стр.| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 |