• Армяне: "де -факто воюющая сторона". Подлинные доказательства

• ИСТОРИЯ ЛЖИ: Франц Верфель и его "Сорок дней Муса-Дага"

• Рождение фантома

• Британская рабочая комиссия, имеющая «ирландский опыт», начинает кампанию пропаганды против турок под названием "антиармянские зверства"

• "Голубая книга" создает новую "leyenda negra"

Армяне: "де -факто воюющая сторона". Подлинные доказательства

Османы должны были во что бы то ни стало удержать Киликию, если они не хотели раскола империи по всей протяженности границы с арабскими провинциями. Само собой разумеется, армяне быстро распознали, где нужно установить рычаг, чтобы опрокинуть Османскую империю. Не в Дарданеллах, где войска Антанты и их армянские наемники ломали головы над тем, как пройти турецкие оборонительные рубежи, а на мягком подбрюшье Османской империи, в Киликий.

То обстоятельство, что государственный деятель, который позже употребит этот термин, имея в виду Средиземное море, еще не заметил это уязвимое место на линии фронта, можно считать - одним из редких феноменов мировой истории: он бросал своих солдат в мясорубку битвы за Дарданеллы. Армяне же

поняли, что мятеж в Киликий куда белее эффективен, нежели их попытки прибрать к рукам Ван за линией русского фронта. Они верно поняли, что одно лишь восстание в Киликий или, к примеру, в Зейтуне, городе, традиционно подверженном смутам, в портовых городах Адане и Александретте и на Муса-Даге обеспечит желанный результат: парализует жизненно важную для османов дорогу в Сирию.

Перед нами серия документов Министерства иностранных дел Франции, испещренных кодами дел и регистрационными номерами. Документы недвусмысленно доказывают, что преувеличенная сентиментальность по отношению к "невинным" армянам - это чистой воды пропагандистский ход. Они были воюющей нацией не только на внешних фронтах Османской империи, но и в тылу страны и преследовали лишь одну цель: развалить Османскую империю извне и изнутри. Если это считается легитимной позицией, тогда следует предоставить и османам право на самозащиту.

Документы изъяты из архивов Ке д'Орси. Вместе с сотнями подобных документов (среди лишь наиболее компрометирующих, откровенно разоблачающих хитроумие армянских агентов) они были изданы армянским историком Артуром Бейлеряном в сборнике "Великие державы, Османская империя и армяне во французских архивах (1914 - 1918)". Согласно утверждению Бейлеряна, чтобы не оставалось ни малейшего сомнения относительно достоверности документов, здесь помещены их репродукции с сохранением кодов дел и нумерацией. Отношение к этому произведению высказано в предисловии к нашей книге. Добавим лишь, что за исключением армянского восстания в Муса-Даге, прославившемся во всем мире благодаря роману Франца Верфеля, ни одно место проживания армян не было столь популярно в международной прессе, как город Зейтун, ныне Османия. Город обязан своим современным названием османскому солдату, который отличился во время боев за его освобождение от армянских мятежников.

Мы предлагаем обратить пристальное внимание на даты воспроизведенных здесь документов. Они однозначно доказывают, что Зейтунское восстание вспыхнуло несколькими месяцами раньше, чем восстание на Муса-Даге. Здесь также содержится доказательство того, что армяне очень хорошо были осведомлены о стратегическом значении Муса-Дага и не преминули этим воспользоваться. 

ИСТОРИЯ ЛЖИ: Франц Верфель и его "Сорок дней Муса-Дага"

История возникновения романа Франца Верфеля "Сорок дней Муса-Дага" - это история беспрецедентной лжи. Армяне, которые общались с Францем Верфелем, постоянно его обманывали, подсовывая ему сплошь ложные сведения из книг Андоняна (мы говорили подробно об этом в одной из предыдущих глав). Верфель, создавая свое произведение, закладывал грех лжи в само его основание - он полагал, что существовал некий приказ турецких властей об уничтожении армян.

Затем началось нагромождение новой лжи: Верфелю внушалось, что люди Муса-Дага были лишь невинными овечками, посланными османами на бойню. На самом деле речь шла о хорошо вооруженных отрядах армян, которые были тесно связаны с французами, англичанами и армянами и своими соплеменниками, находящимися в ссылке. От своих руководителей, которые были отнюдь не крестьянами, а опытными террористами Ванского вилайета, они прекрасно знали, что их целью является разрушение внутренних связей Османской империи и создание армянского государства.

Эти стремления, возможно, и заслуживают уважения и имеют право считаться законными и естественными в контексте идеи "борьбы за освобождение", однако вряд ли может считаться законной позиция современных армянских вождей, которые изо всех сил делают вид, что искренне верят в то, что в годы первой мировой войны их соотечественники были без каких - либо оснований изгнаны со своих мест, а по существу - с созданных ими военных баз. Они вели войну как извне, так и изнутри, и они проиграли эту войну. Это факт истории! Бесчисленное множество невинных жертв, в том числе женщин, детей, стариков, которые погибли в этой войне, на совести не османов, а исключительно - руководителей армянского мил - лета, которые толкнули своих соотечественников в заранее проигранный бой. Вернемся, однако, к роману Ф.Верфеля. Ко всему прочему в английском и французском переводах книги, как мы уже говорили, содержится откровенная ложь. Переводчик опускает ключевые эпизоды и фрагменты из немецкого оригинала, не предупреждая об этом читателя.

Мы пунктуально проанализируем эти купюры, чтобы доказать безосновательность упреков против османов, выдвинутых в романе Верфеля.

Пропуск 1

Немецкий оригинал: с. 354, во французском переводе (пропуск стр.303, во французском издании)

"Элитные корпуса "Кавказской армии"... Просторное поле, перевалы и бездорожье широких долин усеяны истлевшими трупами солдат, которые даже не были погребены.

Русские были уже на границе, обратившись лицом к Мосулу, они изгоняли Джевдеда-пашу, генерала, прославившегося массовыми убийствами, шурина Энвера-паши. Англичане вместе со своими индусами уже теснили турок в Месопотамии. Грандиозная Суэцкая экспедиция Джемала буквально затерялась в песках. Пустыня поглотила людей и снаряжение.

В то же время союзники на Галлипольском полуострове уже готовы были взломать двери Стамбула".

И далее:

"Быть может, самая критическая ситуация сложилась в районе дислокации четвертой армии в Сирии. Потому что Джемал-паша, готовя свою вторую Суэцкую экспедицию, понемногу концентрировал все силы, имеющиеся в Сирии. Как бы то ни было, телеграммы, содержащие просьбы о подкреплении солдатами, техникой и провизией, без конца шли из Дамаска и Иерусалима".

В результате с помощью подобных пропусков от читателя, у которого вряд ли можно предположить достаточно знаний о бедственном положении Османской империи в 1915 г., скрыто стремительное ухудшение ситуации в тылу, что обусловило необходимость переселения армянского населения перед угрозой борьбы не на жизнь, а на смерть.

Образ действий армян в османском тылу проиллюстрирован фотодокументами.

Пропуск 2.

Немецкий оригинал: страница 351 - 352, французский перевод (пропуск стр.301, во французском издании); связан с произвольной интерпретацией реальных мотивов появления приказа о депортации армян.

Как мы уже говорили, приказ о переселении был напрямую связан с ужасными событиями, последовавшими после восстания армян в Ване, в тылу османских войск, которые тщетно пытались сдержать русское наступление. К этому сценарию катастрофы нужно добавить тот факт, что русские гнали перед собой волну беженцев-мусульман Кавказа и Армении с тем, чтобы усилить смятение и нищету в зоне войны. По всей видимости, Франц Верфель, уступив давлению, принял армянскую версию, по которой Ван - ское восстание, насильственно оборвавшее жизни около 30 000 мусульман, было следствием приказа о переселении, своего рода предвосхищением событий Муса-Дага.

Армянские историки изначально прекрасно осведомлены о том, что это не так... Вначале было Ванское восстание, лишь затем появился приказ о переселении! С целью еще раз провести ничего не подозревающего читателя, во французском переводе здесь опущен следующий фрагмент:

"...так как речь идет о городах с армянским населением, восстание в которых разразилось под влиянием стремительного продвижения русских войск. Неудавшееся Ванское восстание, начавшееся в момент, когда империи угрожал враг, имело в политическом плане желанный эффект, ибо оно предоставляло прекрасный повод оправдать перед всем миром преступления, совершенные против армян. Вот неопровержимые доказательства того, что армяне виновны в страшной измене и что следовало от них избавиться. Общественный разум никогда не испытывал ни малейших трудностей для совершения прыжка над тем, что составляет прихотливые переходы между причиной и следствием. Нечистая совесть людей, которые в не меньшей степени отличаются леностью ума, давление разных групп на умы читателей, которые оно лишило остроты восприятия, всегда манипулировали фактами, исходя из сиюминутных нужд".

Пропуск 2А.

Немецкий оригинал: страница 674, французский перевод (пропуск стр. 551).

Посреди пропуска важного места, занимающего несколько страниц, можно найти ключевую фразу Франца Верфеля:

"Странная вещь: повсюду, где армяне восставали против Энвера и Талята, появлялась спасительная сила и решала ситуацию в пользу храбрых.

Конечно, люди Муса-Дага не могли, как повстанцы Восточной Анатолии, Вана и Битлиса, рассчитывать на приход русских, которые гнали перед собой смертельного врага армян генерала Джевдеда-пашу. Волнение огромной исламской страны вокруг них казалось им еще более безжалостным, нежели волнение моря".

В этом месте от французского читателя скрыт факт, который очень хорошо постигло поэтическое воображение Франца Верфеля. Восстание армян в османском тылу разразилось с целью облегчить продвижение врага империи: это происходило и в Ване и в столь уязвимой Восточной Анатолии, в Адапазары, Ялове или Измите, всего в нескольких километрах от Дарданельского фронта, который без особого успеха защищали османы вместе с союзниками.

Пропуск 3.

Немецкий оригинал: страницы 357 и 833, французский перевод (пропуск стр.305 и 670).

Чтобы окончательно запутать читателя, были исключены даже малейшие эпизоды, которые могли бы в конечном счете пробудить чувство симпатии по отношению к османским генералам.

В первом случае речь идет о Джемале-паше, который, как свидетельствуют факты, сделал все, чтобы помочь несчастным людям, отправленным в Сирию. В другой раз цензура касается бригадного генерала Али Риза, который в диалоге с каймакамом (губернатором) проявляет некоторый энтузиазм по поводу партии "Иттихад". В метафорическом смысле картина, изображенная Верфелем, вполне могла бы быть сценой времен бесноватого фюрера, в которой генерал вермахта, строго подчиняющийся своим обязанностям, сделал бы антинацистские заявления, беседуя с глазу на глаз с гаулейтером.

"Когда великое имя пало, среди советников появились разные мнения. Один из наиболее юньгх назиров дошел до того, что утверждал, что Джемал-паша, несмотря на важную роль, которую он играл в правительстве, возможно, не во всем был достоин доверия из-за своего отношения к армянам. Не вступил ли он с ними в сделку в Адане?".

Пропуск 4.

Немецкий оригинал: страница 61, французский перевод (пропуск стр. 63).

С первого взгляда речь идет лишь ,об одной маловажной фразе. Однако на самом деле мы имеем дело с одним из отточенных примеров манипуляции сознанием людей армянской пропагандой. Например, постоянно утверждалось, что турки к тысячному году разрушили в Восточной Анатолии "Армянскую империю" с ее столицей Ани.

В военном очерке Арама Турабяна это передано следующим образом:

"Их замечательная столица Ани, руины которой я посетил, династия и столица рухнули в одиннадцатом веке под непрекращающимися волнами нашествий турок - сельджуков" (стр.50). Будучи уверенным, что Верфель знал этот очерк, Альбен Мишель тоже ссылается на эту "информацию". Однако тот факт, что Ани был захвачен не сельджуками, а византийцами на целое поколение раньше, к тому времени уже не подлежал обсуждению: когда сельджуки прибыли в Восточную Анатолию, там не было уже ни малейшего следа армянского государства, даже полусуверенного. Вот почему издатели "Сорока дней…" Верфеля изъяли из текста его поэтические слова об Ани: "…Ани, столица со своими тысячами церквей, воспринималась как чудо света..."

Пропуск 5.

Немецкий оригинал: страница 358, французский перевод (пропуск стр. 305).

Часто, но как бы походя Франц Верфель упоминает о том, что просвещенные армяне (а их было много) полностью вросли в османское общество и что они говорили, по его прелестному выражению, "на скромном французском". Все это хорошо показывает, что у них было все. Этот аспект, иллюстрирующий благополучие жизни армян в лоне турецкого общества, благодаря стараниям тех, кто манипулировал французским текстом, не находит отражения у Альбена Мишеля.

Можно было задать себе хотя бы умозрительный вопрос: кто мог организовать и спровоцировать армянские волнения в Османской империи? Подстрекатели, действительно, находились не среди армян Османской империи, а в безопасном отдалении - в Бостоне, Париже или Санкт - Петербурге. Все это повторяется и в наши дни. Террористические акты никогда не организуются и не осуществляются турецкими армянами.

У Верфеля мы находим парадоксальную мысль: армянский ребенок, если бы роковая судьба не привела его в Сирию, никогда бы не почувствовал жизненную силу единокровия со своим народом, он остался бы в неведении о собственной сущности.

Рождение фантома

Преступления англичан в Ирландии и их усилия втянуть Соединенные Штаты в мировую войну привели к тщательно подготовленной клеветнической кампании против Османской империи, правители которой назывались не иначе как банда убийц. До нынешнего дня те армяне, которые не могут отличить пропаганду войны от исторической правды и которые принимают пустые обещания за дружбу, получают дивиденды, одновременно оставаясь жертвами этой кампании.

В ночь с И на 12 апреля 1916 г. возле пустынного ирландского побережья появилась немецкая подводная лодка, с которой сошел на землю Роджер Девид Кейзмент, борец за ирландскую независимость.

Начался один из самых кровавых эпизодов первой мировой войны. Кейзмент, уроженец Дублина, сделал блестящую карьеру. Британский консул в Португальской Африке и автор отчетов об ужасном положении рабов в Бельгийском Конго, он в 1912 г. был награжден титулом сэра. Из-за состояния здоровья несколько позже он вернулся на свою ирландскую родину, где столкнулся с немыслимой нищетой своих соотечественников, которые на протяжении веков страдали под британским игом.

Англичане явились причиной смерти, эмиграции миллионов ирландцев. В период между "большим голодом", спровоцированным метрополией (1845 - 1848г г.), и 1911 г., численность ирландского населения с 8,2 миллиона уменьшилась до 3,1 миллиона. Когда разразилась война, сэр Роджер Кейзмент усмотрел в этом прекрасный шанс для освобождения родины от британского ига.

В июле 1914 г. Кейзмент отправился в Соединенные Штаты, чтобы просить у бесчисленного множества ирландских иммигрантов помощи в осуществлении его намерения создать антибританские вооруженные формирования.

Сразу же после начала военных действий Кейзмент направился в Германию, где он намеревался найти поддержку немецкого штаба в случае, если вспыхнет давно уже готовящееся восстание ирландцев.

Сначала в Берлине был проявлен энтузиазм, но затем здесь охладели к плану восстания - немцы плотно увязли на Западном фронте. Роджер Кейзмент вернулся в Ирландию на борту немецкой подводной лодки, чтобы предупредить своих соотечественников о том, что поспешное восстание будет иметь роковые последствия. Десятью днями позже Кейзмент попал в руки британцев. Они перевезли его в Лондон, где он и был убит 29 июня 1916 г. - день в день два года спустя после убийства эрцгерцога Франца-Фердинанда.

В день Пасхи, 23 апреля 1916 г., вспыхнуло восстание. В понедельник Пасхи восставшие провозгласили "Ирландскую Республику". Британцам понадобилось пять дней, чтобы справиться с повстанцами. Результат: 300 убитых и 2000 раненых. Британцы убили не только сэра Роджера Девида Кейзмента, но также и народного лидера Пэрса и еще 14 героев восстания ирландского народа.

Резня на этом не закончилась - даже перемирие не принесло ирландцам свободы. В конечном итоге бойня, продолжавшаяся с 1919 по 1921 г, возмутила общественное мнение в Америке до такой степени, что премьер - министр Ллойд Джордж был вынужден дать "зеленый свет" созданию свободного ирландского государства.

Кстати, речь идет о том самом Ллойде Джордже, который утверждал, что "не имеет ни малейшего представления о том, что могло быть внесено турками в цивилизацию человечества, в искусство или в какой - либо другой человеческий прогресс... они являются раком человечества, ползучей метастазой в теле стран, которыми они плохо управляли и в которых они искореняли всякий след жизни" (Akaby Nassibian: Britain and the Armenian Question 1915 - 1932 - cancer of life)

В связи с волной возмущения, которая прокатилась по всему миру и должна была обрушиться с новой силой на англичан после пасхальной резни в 1916 г., а также в связи с недовольством Соединенных Штатов (Англия так страстно желала видеть их в войне!) британцы вынуждены были начать широкую контрпропагандистскую кампанию, чтобы отвлечь внимание мира от событий в Ирландии.

Британская рабочая комиссия, имеющая «ирландский опыт», начинает кампанию пропаганды против турок под названием "антиармянские зверства"

Существовала идеальная корпорация для реализации такого рода наступательной пропаганды, которая ставила перед собой цель отвлечь внимание мировой общественности от жестокостей, творимых в Ирландии: "British Armenia Committee", отпрыск британского "Balkan Committee", который уже отличился в период подготовки и проведения на Балканах войны против Османской империи в 1912 г.

После освобождения "христианских народов" Балкан - о результатах этого освобождения народов Балкан слишком хорошо известно в Бухаресте, Софии, Белграде и Тиране - "Balkan Committee" остался без работы и горел желанием проявить себя на новом поприще. Вскоре дамы и господа из комитета открыли для себя другой "христианский" народ, который срочно следовало "освободить". Почему - то они не думали о бурах Южной Африки или об ирландских католиках, находящихся прямо на пороге Англии. Нет, они решили освобождать армянских "христиан"!

Естественно, игнорировался тот факт, что в случае "освобождения" сербов, албанцев и болгар речь шла о совершенно определенных границах проживания народов, которые благодаря терпимости османов не утратили ни свой язык, ни свою религию (Ирландия же, наоборот, потеряла свой язык и частично даже традиционную католическую религию) и которые на протяжении веков располагали в османских провинциях устойчивым большинством.

С армянами, которых они жаждали "освободить", ситуация представлялась совершенно иной. Армяне потеряли национальный суверенитет, который, впрочем, существовал в течение всего нескольких десятилетий, две тысячи лет тому назад. Их последние полунезависимые княжества, такие как Ани, были раздавлены византийцами (в 1045 г.) или завоеваны мамелюками (Киликия, в 1380 г.). Даже в эту эпоху, когда османы только приступали к завоеванию Анатолии, не существовало ни одной провинции, где бы они располагали этническим большинством или даже тенью независимости. Тем, что они выжили как лингвистическая и религиозная общность, армяне были обязаны лишь религиозной и национальной терпимости османов.

Рассмотрим ближе людей, взваливающих на себя столь ретиво бремя "освобождения" далеких от них армян, в то время как угнетенный ирландский народ требует освобождения стоя прямо у дверей.

В 1916 г., когда стали вырисовываться контуры наступательной контрпропаганды англичан, президентом "British Armenia Committee" являлась леди Фредерик Кавендиш. Эта респектабельная дама была племянницей английского премьер - министра, либерала Уильяма Гладстона, которому в разные периоды своей деятельности удавалось удачно отстаивать армянские интересы, естественно, с целью реализации британских.

Люси - племянница Гладстона - вышла в 1864 г. замуж за лорда Фредерика Кавендиша, который восемь лет спустя стал личным секретарем Гладстона. Вскоре он стал правой рукой своего шефа. Во время одной из многих перипетий кризиса в Ирландии, которым, казалось, не будет конца, Гладстон пригласил своего близкого друга занять должность "chif - secretary for Ireland", работе как неблагодарной, так и опасной.

Он пребывал на новой должности в течение всего одного дня. 5 мая 1882 г. вместе с заместителем государственного секретаря Томасом Н.Берком он стал жертвой покушения ирландских участников сопротивления. Нападавших было четверо, и все они были застрелены.

Леди Фредерик Кавендиш пережила своего мужа на 43 года. Все ее старания и амбиции были направлены на борьбу за освобождение армян, а отнюдь не за освобождение несчастных ирландцев. Благодаря своему положению в обществе она могла оказывать полезные услуги комитету.

Один из ее наиболее близких сотрудников, миллионер Анеурин Уильяме был членом "Balkan Committee" и агентом по связям с армянами, проживающими во Франции. Как депутат, он всегда был солидарен с армянами и даже организовал в парламенте малочисленную, но активную "pressure-groгp".

Из рекламных соображений эту группу поддерживали такие фигуры, как Жозеф Блисс и братья Гарольд, протестантский священник Ноэль Бакстон. Но, несомненно, самой важной персоной был (не будучи даже официально включенным в комитет) Джеймс Брайс.

Первый виконт Джеймс Брайс (Белфаст, 1838 - 1911), британский посол в Вашингтоне, ранее - "главный секретарь по Ирландии", содействовал сначала подготовке билля "home rule" (предоставляющего ирландцам в урезанном виде некоторые права. - Прим. пер.), целесообразность которого он поставил впоследствии под сомнение. Его компетенция в вопросах, касающихся Соединенных Штатов Америки и Ирландии, обусловила круг задач, которые состояли в том, чтобы вытащить англичан из щекотливой ситуации, в которой они очутились после трагических событий в Дублине (1915 г.). Переписывая образцы аналогичных пропагандистских текстов, описывающие зверства, учиненные немцами в Бельгии и во Франции, он издал "Голубую книгу", лейтмотивом которой был армянский вопрос.

Во время войны он находился в постоянном контакте с армянскими лидерами и сделал все, что было в его власти, чтобы изрядно подмочить репутацию Османской империи. В письме, адресованном Брайсу, Погос Нубар напоминает, что во время встречи с Жоржем Пико и сэром Марком Сайксом во французском посольстве в Лондоне они заверили его в том, что армянские национальные стремления будут удовлетворены. И хотя происходило это в момент, когда уже было известно, что русские предполагают аннексировать Восточную Турцию, с целью разместить там казаков, такое развитие дел не помешало ни Брайсу, ни Нубару продолжать использовать армян в качестве пропагандистского материала.

Можно, отчасти, объяснить странности мотивов, которыми руководствовались все политики, окружающие Брайса, непонятной сегодня слепой верой в библейские сказания. Для того поколения гора Арарат была местом, к которому причалил Ноев ковчег, а раз так, то армян следовало считать потомками Ноя. Им не был известен факт, что армяне являются арийским племенем хайрасского происхождения, что они обосновались в этом регионе очень поздно, в VI в. до рождения Христова, и что они всегда представляли в регионе этническое меньшинство. Кроме того, Брайс пережил приключение, которое он считал знамением свыше: в 1876 г. он поднялся на Арарат.

В 1907 г. Джеймс Брайс стал послом Великобритании в Вашингтоне. И здесь, опять же благодаря своему произведению "The American Commonwealth", ему удалось занять прочные позиции во влиятельных кругах. Во время первой мировой войны он этим активно воспользуется против османов.

Реализация задачи отвлечения внимания мировой общественности от преступлений, совершенных англичанами в Ирландии, служила не только эффективности самой пропаганды в странах Антанты, но также и формированию позитивного общественного мнения в нейтральных странах, и прежде всего в Соединенных Штатах Америки, которые Великобритания стремилась как можно скорее втянуть в войну против стран Центральной Европы.

Вторжение немцев в Бельгию 3 августа 1914 г. - через день после объявления войны Франции - предоставило англичанам первую благоприятную возможность попытаться воздействовать на нейтральные государства с помощью прессы и пропаганды. Джеймс Брайс был назначен президентом комиссии, которая должна была проводить расследования "немецких преступлений в Бельгии". Результатом этой работы явилась публикация тенденциозного труда, нанесшего сокрушительный удар по репутации немцев в США.

"Голубая книга" создает новую "leyenda negra"

Еще во времена, когда шла борьба за гегемонию на океанах и за богатые испанские колонии в Америке, англичанам удалось изрядно подпортить репутацию испанцев с помощью широкой пропагандистской кампании. Чтобы надежнее отвлечь мировое общественное мнение от своих экспансионистских планов. Британия навесила на испанцев ярлык "католического эксплуататора". В историю эта пропагандистская кампания вошла под термином "leyenda negra" - "черная легенда". Испания до наших дней не может избавиться от ее негативного воздействия.

В 1915-1916 г г. тот же самый пропагандистский метод был использован против османов. Турция по сей день страдает от него.

Каковы же были методы британской пропаганды во время перши мировой войны? Сначала были проделаны удачные эксперименты с памфлетом, когорый Джеймс Брайс скомпилировал в книгу о немецком вторжении в Бельгию. Нет спора, немецкая агрессия против Бельгии была преступной акцией, но это не оправдывает методы, которые использовала английская пропаганда, сами способы влияния на общественное мнение, тем более что англичане и сами неоднократно послали на нейтралитет и целостность других стран...

Многие не хотели верить, что Джеймс Брайс, человек науки и политики - стал автором этой компиляции.

Как бы то ни было, на пасхе 1916 г., мэгда волна антианглийских настроений, вызванных массовыми убийствами в Ирландии, организация "Intelligence Bureau of the Depertment of Information" стала сценой, на которой разыфывалась драма принятия решения, чреватого тяжелейшими последствиям. Было достигнуто согласие относительно публикации досье, содержащего документы о переселении по указу османского правительства в прошлом году. Эта публикация преследовала три цели: во - первых, отвлечь внимание общественности от событий в Ирландии, во-вторых, вызвать симпатии к англичанам и, наконец, подтолкнуть Соединенные Штаты к вступлению в войну.

Крестовые походы всегда оборачивались для человечества тяжелой ценой, если даже они служили лишь тому, чтобы втянуть в войну какую-либо страну. Несмотря на то, что Джеймс Брайс был самой важной персоной в проведении этой акции - как публицист и ученый он пользовался мировой известностью, "Intelligence Bureau of the Depertment of Information" доверило большую часть работы юному историку, который быстро превратился в одного из самых амбициозных сотрудников бюро. Составленный им очерк вызвал настоящий обвал эмоций.

Этот обвал до сих пор обрушивается на турецкий народ, сильно вредя его репутации. Фигурально выражаясь, на площади, покрытой руинами правды, противники Турции воздвигли гигантскую конституцию, элементами которой являются инсинуации, клевета, полуправда и ложь. Эта конституция кажется нерушимой, и турки продолжают жить в тени этой клеветы, пусть даже эта тень несколько укоротилась.

Арнольд Тойнби - именно о нем идет речь - приступил к работе с большим творческим подъемом. Углубившись в тему, он собрал материал еще для нескольких статей, которые все до единой имеют одно общее свойство: они все оторваны от контекста исторической правды. В годы первой мировой войны он зарабатывал себе на жизнь составлением сомнительных опусов: "The murderous tyranny of the Turks", "Treatment of the Armenians" и т.д. Трудом, оказавшим самое заметное влияние как на мировую политику, так и на его личную карьеру, стала "Голубая книга", которую он разработал сообща с Дж. Брайсом.

Как и многие другие, он разделял заблуждения, что вся интеллектуальная и экономическая жизнь Османской империи зависит от армянских образовательного потенциала и рабочей силы. Для армян это мнение оказалось фатальным заблуждением. Они возомнили себя незаменимыми, и у них появилось твердое убеждение, что без них вся экономика и инфраструктура Османской империи рухнет.

Лишь после большого временного интервала Тойнби попытался смягчить негативный эффект своих публикаций на тему трагических событий времен первой мировой войны. Но было уже слишком поздно: диффамацию, порожденную им в отношении истории Османской империи, невозможно было исправить.

В своем трактате "The Treatments of the Armenians" Тойнби утверждает, что создание армянских революционных обществ было реакцией на учреждение союза "Хамйдийе" (своего рода османской жандармерии). В действительности армянские революционные общества были образованы намного раньше 1890 г. Если учесть, что "Hamidiye" было создано в 1891 г., а формирование революционных арменаков Вана датируется 1885 г., а партии Гнчак - 1887 - м, то сразу становится ясно, что Тойнби, а за ним Уолкер и Ланг (автор книги "Armenia – The Craddle of Civilization") переворачивают истину с ног наголову.

Вначале армяне основывают свои революционные общества, ответственные за преступления от Вана до Стамбула. Создание же султаном "Хамидийе" - лишь ответная реакция на это. Что же касается армянской трагедии 1915 г., историческая правда совершенно противоположна тому, что утверждает Тойнби и его последователи. Первый этап - армянские повстанцы захватывают город Ван, временно оставленный османскими войсками, убивая все исламское население и опустошая город; второй этап, который наступит намного позднее, - османы издают приказ о переселении армян.

Объективный факт, что именно лорд Брайс разыграл ванскую карту. Осенью 1915 г. он писал премьер - министру Асквиту: "Из многих источников до меня доходят ужасные новости о страданиях армянского населения в областях Вана и в той, что расположена между городом и русским фронтом..."

И ни единого слова о массовых убийствах мусульман Вана армянами, которые положили начало трагедии 1915 г. Еще до публикации "Голубой книги" Тойнби Джеймс Брайс, хорошо знавший Америку, связывал свои надежды с такой пропагандой, с помощью которой Соединенные Штаты могли бы найти мотив для вступления в войну против объединенных сил Центральной Европы.

Лорд Роберт Сесиль, заместитель секретаря парламента по иностранным делам (Parliamentary undersecretary for Foreign Affairs), доверенное лицо Джеймса Брайса, бросается в погоню за удачей: "This should be published for U.S." ("Это должно быть опубликовано в США") - отмечает он на документах. И как только соответствующие указания получены, он передает архиепископу Тураняну в Нью-Йорк: "То be made known to the American press" ("Это должно быть доведено до сведения американской прессы").

Бедный архиепископ старался изо всех сил. К несчастью, его услуги не удовлетворили армянских террористов. В конце концов они убили его на глазах прихожан, в соборе, где он служил, в день Рождества 1933 года…

Когда американский консул в Батуми доложил о прибытии бесчисленного множества армянских беженцев, о плачевном состоянии, в котором они пребывали (при этом не обременяя ни свое, ни чужое внимание положением мусульманских беженцев), английский министр иностранных дел послал в Санкт-Петербург зашифрованную депешу. "Нам дали знать, что если имеются фотографии армянских беженцев, то их можно было бы хорошо использовать в Америке" ("It has been suggested to us that if any photographs of Armenian refugees exist good use might be made for them in America"). B: Akaby Nassibian, Britain and the Armenian Question 1915 - 1923).

Этот вопрос, касающийся фотографий, составил целое досье из писем, даже сэр Эдвард Грей из Foreign Office был введен в курс дела. Увы, эти письма были продиктованы не гуманитарными соображениями, а исключительно целями антитурецкой пропаганды. Если бы это дело было осенено хоть частицей гуманитарной идеи, неизбежно было бы упоминание и о мусульманских беженцах, вынужденных бежать с русского Кавказа на юг и служивших мишенями для царских войск и для доведенных до фанатизма их армянских союзников.

Однако в конце концов почти никто реально не интересовался судьбой армян. Единственное, что представлялось важным: втянуть в войну Соединенные Штаты Америки. Существует документ, доказывающий, что никто среди людей, самым тесным образом связанных с армянскими руководящими кругами и британским правительством, не питал иллюзий относительно настоящих планов русских в час победы сил Антанты. Речь идет о документе, датированном 27 сентября 1916 г., который в настоящее время находится в коллекции документов Брайса.

Погос Нубар, глава армян в Париже (уполномоченный представитель католикоса Эчмиадзина), информирует Джеймса Брайса, что русские в случае победы союзнических войск намерены расселить казаков в шести вилайетах, о которых идет речь, чтобы вытеснить оттуда армян!

"Секретные" соглашения между Сайксом и Пико в Foreign Office были не более секретны, чем то, которое мы процитировали выше: они не требовали никакого "вознаграждения для бедных армян". Итак, очевидно, что плачевное состояние этого народа, который был втянут в мятежи англичанами, французами и русскими, послужило бы лишь временным интересам этих держав.

Конечно, можно было бы ожидать большей прозорливости от Погоса Нубара, учитывая хотя бы фактор его происхождения: его отец был вице-королем Османской империи в Египте, сам Погос Нубар получил отличное образование. То, что он сыграл свою роль в этой авантюре против собственного народа и продолжал играть вплоть до финала трагедии, заслуга тех армянских ученых, которые рьяно защищали его маниакальную политику.

Удалось ли армянам и англичанам, стремящимся любой ценой втянуть США в войну, завоевать "американский рынок пропаганды"? Они нашли здесь не только несколько выдающихся личностей, у которых, однако, отсутствовала политическая компетенция, но также и людей менее выдающихся, но более опытных во всем, что касается пропаганды. Их - то прежде всего и вербовали в кружки протестантских миссионеров, которые не унывали даже видя результаты своей деятельности, окончательно скомпрометированной событиями войны. Вот уже целый век, как американские миссионеры вкладывают уйму денег, мечтаний, труда и энергии в осуществление иллюзорной идеи: создание армяно - протестантской епархии, расположенной между "русскими ортодоксальными еретиками и мусульманскими дьяволами". Им уже казалось, что они видят, как реализуется план уничтожения армянской григорианской церкви... И вот теперь восстания и война ставят крест на всех этих надеждах.

Нет ничего более неприятного, чем очнуться от пьянящего сна. Непременно нужно найти виновников разрушения иллюзий, и английское министерство иностранных дел, не мешкая, преподнесло их на серебряном подносе. Тотчас же экс-президент Теодор Рузвельт взялся за "армянский вопрос", как того и желали англичане и англосаксы Соединенных Штатов Америки.

10 ноября 1903 г. президент США Теодор Рузвельт, который занял президентское кресло не в результате голосования, а в результате убийства президента Мак - Кинли, заявил по поводу посягательств на Панамский канал: Соединенные Штаты не могут более сгибаться под давлением тех, "кому географический случай предоставил господство над территорией, по которой должен пройти канал".

Это давление не что иное, как откровенно грубый империализм и циничная политика. Но, как и все политики, увязшие в столь трагической внешней политике Англии, - Ллойд Джордж, Асквит, Гладстон, наш Джеймс Брайс, все, кто обагрил руки репрессиями против ирландцев, Теодор Рузвельт, макиавеллевски лицемерный политик, который никогда не заботился о человеческих жизнях, проявлял нежданную деликатность в армянском вопросе.

Быть "гуманистом" на словах - ни к чему не обязывающая позиция. Поэтому освободительные войны, которые происходили рядом, воспринимались как обычные небольшие "волнения".

Своим заявлением Рузвельт отлил совершенно новый "принцип права народов": границы и территориальная целостность являются случайными характеристиками, которыми более сильный сосед по своему желанию имеет право пренебречь.

Эта концепция международного права была снова пущена в ход Теодором Рузвельтом, когда в 1906 г., опровергая доктрину Монро, он заявил, что Соединенные Штаты рассматривали себя как силу международной интервенции в страны Южной Америки. Годом раньше Куба была вынуждена уступить Соединенным Штатам Америки порты Гуантанамо и Байя-Хонда для размещения здесь военно - морских баз.

И этот человек опубликовал в номере "Нью - Йорк тайме" за 1 декабря 1915 г. статью, в которой заявлял, что сообщения о жестоком роке, обрушившемся на армян, должны вызвать "новый шок сочувствия и возмущения".

Его сочувствие и возмущение вызывала не судьба Кубы, ставшей жертвой его захватнической политики, а судьба воображаемой Армении, которая 2000 лет тому назад перестала существовать как независимое и суверенное государство.

Статья Теодора Рузвельта заканчивалась плохо замаскированным призывом к американской общественности вступить наконец в войну: "Злодеяния будут остановлены лишь людьми сколь мужественными, столь и справедливыми... теми, кто не страшится никаких рисков, даже таких крайних, каким является война". Эти принципы, толкнувшие его на использование силы в Панаме и на Кубе, требовали сейчас вступления в войну Соединенных Штатов Америки... за освобождение несуществующей "Армении"...

Посол Спринг - Райс имел все основания быть довольным. Верный последователь Брайса, он телеграфировал в Англию: "Америка поняла: то, что происходит сегодня в Армении, по жестокости не сравнимо ни с чем, что мы до сих пор знали. Информацию, кстати, нам передали американские миссионеры, которые до сих пор работали в Турции".

Круг замкнулся. На протяжении десятков лет американские миссионеры выказывали себя "дважды армянами" по сравнению со всеми чистокровными армянами. По образцу Англии, где существовал компактный, но очень влиятельный "British Armenian Committee", в Соединенных Штатах давно было учреждено общество "Society for Armenian Relief. Его президент Джон Моффат пользовался покровительством влиятельного сенатора Элиу Рута. Группа была намерена приступить к деятельности в Соединенных Штатах рука об руку с англичанами. Реакция Лондона была незамедлительной и безгранично благоприятной.

Чего мог более желать сэр Эдвард Грей? Он "очень тепло" ("most warmly") приветствует инициативу Рут-Моффат, обещая при этом поддержать масштабную общенациональную кампанию в поддержку Армении. Не так уж важно, что единственная цель этой кампании состояла во втягивании Америки в войну: наивные и вдохновленные гуманными идеями американцы слепо шли на поводу Грея и Брайса.

Книга Арнольда Тойнби появилась как нельзя кстати. Труд, составленный функционерами секции информации Министерства иностранных дел Великобритании и скомпонованный из совершенно непроверенных отчетов нескольких обманутых в надеждах и теряющих свое влияние пасторов, стал бестселлером для тех, кто хотел вступить в войну. Власти квалифицировали этот труд как "extremely moderate and conservative". Турки использовали бы "high and skilled ability", а их "low brutality" сделала бы свое дело. Нет, эти слова относились не к близкой Ирландии, а к далекой Армении. Как легко говорить о проблемах, тобой же созданных!

Грей хорошо знал, насколько Джеймс Брайс популярен и уважаем в США. Премьер - министр Асквит заметил способности Брайса еще во время выхода его первой книги в Бельгии. Теперь оба могли поздравить друг друга с новым успехом в Америке - выходом в свет книги Тойнби о событиях в Османской империи, показанных глазами американских миссионеров и лиц, не способных справиться с ирландской проблемой.

23 ноября 1916 г., когда Джеймс Брайс отправил "Голубую книгу" своему учителю Эдварду Грею, была открыта новая страница в истории международной пропаганды. Немногие пропагандистские произведения, вышедшие до и после "Голубой книги", оказали столь серьезное влияние на события.

Это "собрание документальных свидетельств" - в большинстве случаев мизантропических заявлений разочаровавшихся миссионеров появилось под названием "Miscellaneous" (№ 31, 1916 г.). Позже Тойнби пытался дистанцироваться от этого опуса, пропагандирующего войну. Вспыхнул даже спор, кто был его настоящим подстрекателем - Брайс или лорд Роберт Сесиль? Но это сегодня не имеет никакого значения, как, впрочем, и тогда. Важен лишь вопрос об эффективности такой пропаганды войны.

"I suppose we are already making use of the Armenian question for propaganda in the U.S." [Я полагаю, мы уже имеем возможность использовать "армянский вопрос" в США с целью пропаганды] - ликующая телеграмма посла Спринг-Райса сэру Эдварду Грею (F.O.371/45923). А три четверти века спустя армянский ученый Акаби Насибян мог констатировать с еще большим ликованием: "Таким образом, распространение новостей о массовых убийствах и переселении армян в условиях войны становилось одним из аспектов британской политики и оружием в руках этих премудрых господ из Foreign Office с целью привлечь симпатии американцев к державам Антанты".

Напрасно немецкий посол в Соединенных Штатах Америки Йоган Генрих Граф фон Бернстофф пытался осведомить государственный департамент о настоящих арьер - фондах британской кампании в поддержку армян, которая разворачивалась с помощью протестантских миссионеров.

Тот факт, что организатором английской контрпропаганды была такая авторитетная личность, как Джеймс Брайс (газета "New York Tribune" писала, что его слово было "равноценно слову Верховного суда"), объясняет активное участие "American Broad of Missionaries" в кампании. В свою очередь Ф. Г.Мастерман, чиновник US Department of Information, делал все, чтобы дипломатическая удача отвернулась от немецкого посла Бернстоффа. Уже отчет по Бельгии привел его в трепет: "Your report has swept America". Теперь он всеми силами поддерживал армянскую кампанию. И все ради великой цели. Какой? В этом контексте не следует забывать, что главной целью антитурецкой пропаганды, развернувшейся вокруг армянского вопроса, были не турки, задача состояла в том, чтобы вовлечь в войну Соединенные Штаты Америки, а заодно заклеймить немцев как военных преступников и тем самым резко поубавить большие симпатии, которые Германия встречала в США.

Этот маховик пропаганды, закрутившись, позволил за мельтешением сообщений об армянских восстаниях скрыть реальные факты. Никого не интересовало, что Турция вынуждена была вести войну на пяти фронтах и не могла допустить развязывания гражданской войны в тылу.

Как и все другие, Ф.Мастерман наблюдал спектакль армян, которые выдавали себя за героев на всех фронтах: начиная с Кавказского и Суэцкого до Марны, которые не уставали поздравлять друг друга с подвигами в османском тылу. После войны, когда мечты рассеялись, они прикинулись невинными овечками, безоружными и неспособными защититься. После войны Ноэль Бакстон из "British Armenian Committee", как и оба премьер-министра Г.ГАсквит и Стэнли Болдуин, признался, что англичане сознательно использовали армянский вопрос, для вовлечения Америки в войну.

Ноэль Бакстон, рассказывая о своей беседе с влиятельным советником президента Вильсона по иностранным делам полковником Хаусом, пишет, что, по его мнению, "Голубая книга" стала одним из действенных факторов, благодаря которым президент Вильсон решился вступить в войну на стороне Франции и Англии. Подобное же признание сделали Асквит и Болдуин, заявившие в двадцатых годах премьер - министру Рамси Мак - Дональду, что "Голубая книга" Брайса и Тойнби была очень эффективно "использована в пользу союзнической пропаганды. У нее была огромная точность попадания в центр американского общественного мнения, она сыграла свою роль в принятии президентом окончательного решения о вступлении в войну" [Bodlein Library, Toynbee papers, Box of Armenia, 'Memorial', 26.09.1924].

Вильсон благодарил армян и рисовал на карте Восточной Анатолии гениальный чертеж будущей Армении. Затем с видом "звезды" из фильма ужасов он поставил подпись под своим произведением. Когда те, кто был действительно задет, то есть турки, поставили точку в процессе тиражирования мифов, проект рухнул, и армянские пешки остались без работы, как актеры, в которых больше нет необходимости.

Бригада авторов - Брайс, Тойнби и Мастерман - давно уже получила гонорары. Все трое были богаты и завоевали известность во всем мире. Пешки были бы правы, если бы подали на них в суд. Брайс предполагал посвятить свою книгу "Закавказье и Арарат" ("Transcaucasia and Ararat") Гладстну, но передумал, так как не хотел давать тему для пересудов в либеральных кругах. Что касается Гладстона, то он был очарован этими рассказами. Именно в это время появились рассказы о дьявольском Султане, который тиранит христиан. Все это в целом похоже на психологическую компенсацию: когда британскому правительству не удалось уничтожить ирландских католиков, оно предприняло поход в глубь края христиан, чтобы воевать против мусульман, которые были совершенно терпимы ко всем другим религиям. Тем не менее его преданность не может не восхищать: говорят, что даже свою последнюю речь он посвятил армянскому делу.

Стр.| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 |