Другая “активистка” — Елена Боннэр-Алиханян. Она по крови, якобы, полу-, ну а по поведению — стопроцентная армянка. Используя доброе имя академика Андрея Сахарова и еврейскую фамилию Боннэр, она требует перекройки границ, кидая воинственный клич во имя армянства. А евреи знают, кто она такая на самом деле, отмежевываются от нее и требуют ее разоблачения.

Вот, например, письмо Б.3.Фридмана, совестливого человека, текст которого я привожу без изменений [Панорама Азербайджана, № 3, 9—15 марта, 1992 г.]:

“ХОЧУ ЯСНОСТИ!

Уважаемый редактор!

Первый экземпляр этого письма я послал в “Аргументы и факты” и прошу редакцию “ПА” проследить за его опубликованием на страницах “АиФ”. В противном случае прошу вас опубликовать его у себя в “Панораме Азербайджана”.

Правда ли, что Елена Боннэр имеет девичью фамилию Алиханян и является дочерью видного армянского физика, одного из братьев Алихановых или Алиханян (ныне покойных), лауреатов Государственной и Ленинской премий? Или она все же урожденная Боннэр? Если это так, то становится непонятным, каким образом, выйдя замуж за Сахарова, она становится Боннэр?

Недавно прочитал книгу Н. Н. Яковлева “ЦРУ против СССР” (Москва, изд-во “Правда”, 1983) и узнал много любопытных фактов. Понятно, что книга издана в 1983 году, написана еще раньше, составлена тенденциозно, со всеми вытекающими...

Однако тут приведена масса аргументов и фактов о распущенной в молодости девице “Люсе Б.”, героине рассказа Льва Шейнина “Исчезновение”, профессиональной соблазнительнице и последующей обирательнице пожилых и, следовательно, с положением вдовцов. Причем, как видно из простого их перечисления, в основном, еврейского происхождения, которые в пылу романа с этой “роковой” особой (речь идет, как вы поняли, о Елене Боннэр), не останавливались перед преступлениями и даже убийством; это Моисей Злотник, Владимир Дорфман, Яков Киссельман, Иван Семенов и др. Приведенное легко доказать или опровергнуть. Но... только фактами и аргументированно. Например, назвав подлинное отчество детей Боннэр — Алексея и Татьяны Киссельман-Семеновой-Боннэр, а теперь уже и Янкелевич по мужу (только, пожалуйста, не путайте с подлинной дочерью академика Татьяной Андреевной Сахаровой). Так ли все это или нет?

Ведь факты — вещь упрямая и их следует или опровергать или принимать. Но опровержений нет, следовательно, остается второе?!

Но тогда позвольте спросить, с кем мы имеем дело? Кто нас поучает, не сходя с высоких трибун и считая народ быдлом (это ее излюбленное выражение)? “Бедный” А. Сахаров уже избавился от града ударов (если верить не опровергнутому Н. Н. Яковлеву) и издевательств этой фурии Боннэр, а каково остальным. Какова “правозащита”, представляющая нас в мире и вещающая аж в сенате США?! Да разве мыслимо было бы такое аморальное явление в той же Америке, где за куда более мелкие и ничтожные компрометирующие факты из биографии низвергают даже президентов!

Наконец, я прошу, если вы истинный приверженец правды, демократии и фактов и не боитесь армянского лобби, мафии “Боннэр и К°”, опубликуйте мое письмо и ответьте на него. Разоблачите эту престарелую авантюристку, прожженную аферистку и махровую армянскую националистку. Воистину многострадальный еврейский народ, которому она столько навредила и к которому продолжает примазываться.

С уважением Б. 3. Фридман.

От редакции. Трехмесячное “слежение” за “АиФ” оказалось делом бесплодным — газета, как и надо было ожидать, письмо бакинца Б. 3. Фридмана не опубликовала. Следуя желанию автора, письмо напечатали мы. И еще: из трех вопросов, поставленных автором, мы способны ответить только на самый первый — об изначальной фамилии Е. Боннэр, и то с помощью самой Елены Георгиевны. Как она сообщает в “Огоньке” (№ 8, 92), отец ее Алиханов Геворк Саркисович, мать Боннэр Руфь Григорьевна. Тут, правда, возникает новый вопросик: почему же Георгиевна, а не Геворковна, как полагалось бы. Но, видимо, у Е. Боннэр были веские основания для подмены имени папы, ровно как и для отказа от его фамилии”.

А требование Фридмана справедливо и законно: действительно, надо “разоблачить эту престарелую авантюристку”.

Чтобы помочь исполнению этого желания, следует привести тот отрывок из книги Яковлева, на которую ссылается Фридман. Хотя это весьма неприятная обязанность, — уж больно грязная история, — но приходится выполнить, так как она о “лучшем” представителе армянства, что и является нашей темой. Яковлев пишет:

“...Все старо как мир — в дом Сахарова после смерти жены пришла мачеха и вышвырнула детей. Во все времена и у всех народов деяние никак не похвальное. Устная, да и письменная память человечества изобилует страшными сказками на. этот счет. Наглое попрание общечеловеческой морали никак нельзя понять в ее рамках, отсюда поиски потусторонних объяснений, обычно говорят о такой мачехе — ведьма. А в доказательство приводят, помимо прочего, “нравственные” качества тех, кого она приводит под крышу вдовца, — своего отродья. Недаром народная мудрость гласит — от яблони яблочко, от ели шишка.

Вдовец Сахаров познакомился с некой женщиной. В молодости распущенная девица отбила мужа у больной подруги, доведя ее шантажом, телефонными сообщениями с гадостными подробностями до смерти. Разочарование — он погиб на войне. Постепенно, с годами пришел опыт, она достигла почти профессионализма в соблазнении и последующем обирании пожилых и, следовательно, с положением мужчин. Дело известное, но всегда осложнявшееся тем, что, как правило, у любого мужчины в больших летах есть близкая женщина, обычно жена. Значит, ее нужно убрать. Как?

Она затеяла пылкий роман с крупным инженером Моисеем Злотником. Но опять рядом досадная помеха — жена! Инженер убрал ее, попросту убил и на долгие годы отправился в заключение. Очень шумное дело побудило известного в те годы советского криминалиста и публициста Льва Шейнина написать рассказ “Исчезновение”, в котором сожительница Злотника фигурировала под именем “Люси Б.”. Время было военное, и, понятно, напуганная бойкая “Люся Б.” укрылась санитаркой в госпитальном поезде. На колесах раскручивается знакомая история — связь с начальником поезда Владимиром Дорфманом, которому санитарка годилась разве что в дочери. Финал очень частый в таких случаях: авантюристку прогнали, списали с поезда.

В 1948 г. еще роман с крупным хозяйственником Яковом Киссельманом, человеком состоятельным и, естественно, весьма немолодым. “Роковая женщина” к этому времени сумела поступить в медицинский институт. Там она не считалась из последних — направо и налево рассказывает о своих “подвигах” в санитарном поезде, осмотрительно умалчивая об их финале. Внешне она не очень выделялась на фоне послевоенных студентов и студенток.

Что радости в Киссельмане, жил он на Сахалине и в центре бывал наездами, а рядом однокурсник Иван Семенов, и с ним она вступает в понятные отношения. В марте 1950 г. у нее родилась дочь Татьяна. Мать поздравила обоих — Киссельмана и Семенова со счастливым отцовством. На следующий год Киссельман оформил отношения с матерью “дочери”, а через два года связался с ней узами брака и Семенов. Последующие девять лет она пребывала в законном браке одновременно с двумя супругами, а Татьяна с младых ногтей имела двух отцов — “папу Якова” и “папу Ивана”. Научилась и различать их — от “папы Якова” —деньги, от “папы Ивана” — отеческое внимание. Девчонка оказалась смышленой не по-детски и никогда не огорчала ни одного из отцов сообщением, что есть другой. Надо думать, слушалась прежде всего маму. Весомые денежные переводы с Сахалина на первых порах обеспечили жизнь двух “бедных студентов”.

В 1955 г. “героиня” нашего рассказа, назовем наконец ее — Елена Боннэр, родила сына Алешу. Так и существовала в те времена гражданка Киссельман-Семенова-Боннэр, ведя развеселую жизнь и попутно воспитывая себе подобных — Татьяну и Алексея. Моисей Злотник, отбывший заключение, терзаемый угрызениями совести, вышел на свободу в середине пятидесятых годов. Встретив случайно ту, кого считал виновницей своей страшной судьбы, он в ужасе отшатнулся, она гордо молча прошла мимо — новые знакомые, новые связи, новые надежды.

В конце шестидесятых годов Боннэр наконец вышла на “крупного зверя” — вдовца, академика А. Д. Сахарова. Но, увы, у него трое детей — Татьяна, Люба и Дима. Боннэр поклялась в вечной любви к академику и для начала выбросила из семейного гнезда Таню, Любу и Диму, куда водворила собственных — Татьяну и Алексея. С изменением семейного положения Сахарова изменился фокус его интересов в жизни. Теоретик по совместительству занялся политикой, стал встречаться с теми, кто скоро получил кличку “правозащитников”. Боннэр свела Сахарова с ними, попутно повелев супругу вместо своих детей возлюбить ее, ибо они будут большим подспорьем в затеянном ею честолюбивом предприятии — стать вождем (или вождями) “инакомыслящих” в Советском Союзе... Громкие стенания по поводу “попрания прав” в СССР, несомненно по подстрекательству Боннэр, шли, так сказать, на двух уровнях — своего рода “вообще” и конкретно на примере “притеснений” вновь обретенных “детей”. Что же с ними случилось? Семейка Боннэр расширила свои ряды — сначала на одну единицу за счет Янкелевича, бракосочетавшегося с Татьяной Киссельман-Семеновой-Боннэр, а затем еще на одну — Алексей бракосочетался с Ольгой Левшиной. Все они под водительством Боннэр занялись “политикой”. И для начала вступили в конфликт с нашей системой образования — проще говоря, оказались лодырями и бездельниками. На этом веском основании они поторопились объявить себя “гонимыми” из-за своего “отца”, т .е. А. Д. Сахарова, о чем через надлежащие каналы и, к сожалению, с его благословения было доведено до сведения Запада...

Итак... свободу “детям академика Сахарова!” Вступился за них и “отец” Сахаров... Боннэр... взяла в обычай бить его чем попало. Затрещинами приучила интеллигентного ученого прибегать к привычному для нее жаргону — проще говоря, вставлять в “обличительные” речи непечатные словечки. Под градом ударов бедняга кое-как научился выговаривать их, хотя так и не поднялся до высот сквернословия Боннэр...

Янкелевич с Татьяной и Алексей Боннэр с Ольгой в 1977 г. укатили в Израиль, а затем перебрались в Соединенные Штаты, Янкелевич оказался весьма предусмотрительным — у академика он отобрал доверенность на ведение всех его денежных дел на Западе, т. е. бесконтрольное распоряжение всем, что платят Сахарову...

Он, лоботряс и недоучка, оказался оборотистым парнем — купил под Бостоном трехэтажный дом, неплохо обставился, обзавелся автомашинами и т. д. Пустил на распыл Нобелевскую премию и гонорары Сахарова... Боннэровские детки быстро подъели сахаровские капиталы...

Режиссер постановки шумного балагана “Дети академика Сахарова” — Елена Боннэр. Это она объявила своих великовозрастных тунеядцев его “детьми”, это она провернула их денежные дела... и когда средства для разгульной жизни на Западе стали иссякать, подняла вой о “воссоединении” семьи, потребовав отпустить на Запад “невесту” своего сына Елизавету, пребывавшую при Боннэр прислугой...

Сахаров под градом ударов Боннэр также стал выступать за “воссоединение” семьи... объявил голодовку. И отпустили... побудив тем самым чудака возобновить нормальный прием пищи” [Н. Н. Яковлев ЦРУ против СССР, М„ Правда, 1983, с. 290]. . .

Тут следует сказать о самом главном, парадоксальном. Вы обратите внимание на сочетание: Сахаров—Боннэр. Какой контраст! Замечательный ученый и прожженная аферистка, честнейший гуманист и обирательница вдовцов... Найти такого “пожилого вдовца”, так его прибрать к рукам и обирать, причем уже не имея данных представительницы древнейшей профессии, а будучи в облике “престарелой авантюристки”. Ни один чикагский вор или сицилийский мафиози не может похвастаться такой добычей!

Речь не о квартире академика, имуществе, деньгах — сотнях тысяч долларов Нобелевской премии, не о 200-граммовой, из высокопробного золота медали Нобелевского лауреата. Это мелочи, чепуха.

Боннэр украла гораздо большее, неоценимое. Она украла СОВЕСТЬ... Совесть, имя Андрея Дмитриевича Сахарова, и растрачивает ныне по праву “вдовы нобелевского лауреата”, своего энного и самого ценного из всех имевшихся супругов.

Еще при жизни мужа Боннэр начала пускать эту совесть в расход, поставив на крапленую “карабахскую карту”. Она заставляла своего “дорогого” мужа повторять за ней слова, не известные ему из теории атомного ядра: “Исторически вся область Нагорного Карабаха (Арцаха!) являлась частью Восточной Армении”. А на вопрос — “Где же она, эта Восточная Армения, где проходили ее границы?” — гениальный физик ответить при всем желании не мог. Да и никто не сможет—их просто никогда не было.

“Кровавой ошибкой А. Д. Сахарова” назвал поддержку сепаратистов Нагорного Карабаха израильский публицист Роберт Давид [по 49, с. 81]. После смерти мужа Боннэр уже сама, особенно активно стуча по кафедрам международных трибун, действует в своем амплуа “прожженной аферистки”. “Известия” [07.11.91] писали: “Вдова покойного лауреата Нобелевской премии мира А. Сахарова, находящаяся в столице Норвегии, заявила журналистам, что Нобелевский комитет отклонил ее требование об исключении имени академика Сахарова из списков нобелевских лауреатов...”

Она разыгрывала протест против Нобелевского комитета за то, что тот наградил Нобелевской премией мира и М. С. Горбачева, а тот, по мнению мадам Боннэр, сделал не все для осуществления армянской авантюры в Нагорном Карабахе. Сенсация? Нет очередной скандал. Теперь уже более крупный, чем в Клошмерле — скандал в Осло.

Продолжим цитату из той же статьи в “Известиях”: “По утверждению Боннэр, она все равно не смогла бы вернуть комитету золотую (весом в 200 граммов) медаль нобелевского лауреата, поскольку ее “похитил КГБ” [кавычки “Известий”]. То же самое и с денежной частью премии: частично она истрачена на медицинские (?) нужды, частично на благотворительные цели. Оставшуюся часть средств [даже остаток!] Е. Боннэр не считает необходимым возвращать кому бы то ни было” (!).

Бедный А. Д. Сахаров. Поистине, во время он ушел в мир иной.

Проще говоря так: Боннэр, выражая протест против награждения Горбачева Нобелевской премией, и не подумала отказаться от материальной ее части. Медаль “похищена КГБ!” — поди найди... А деньги? Их, даже остаток, Боннэр “не считает необходимым возвращать...” Вот такая банальная авантюра. А Боннэр даже приобрела — получила еще одну, очередную аудиторию, международную, где стала разглагольствовать о “притеснениях” многострадальных армян, еще раз обвинять Азербайджан, который смеет не соглашаться и сопротивляться. Пользуясь моментом, Боннэр обвинила “в нарушении прав человека” также и Грузию — врага № 3 (после Азербайджана и Турции), где находится грузинский Карабах — Ахалкалаки, по мнению армян, тоже “исконно армянская земля”: “Вдова нобелевского лауреата призвала западные страны при оказании помощи воздержаться от направления средств в Грузию и Азербайджан”. Т. е. всю “гуманитарную” (читай — военную) помощь направлять только Армении, которая ведет войну за “освобождение исконно армянских земель” от местного населения. Да так “освобождает”, что там не остается ни одного живого человека, чтобы можно было нарушать его права. Армяне решают вопрос о правах человека радикально.

Грузины, разумеется, выразили протест: “Госпожа Боннэр, мы ознакомились с Вашим человеконенавистническим заявлением, сделанном в Осло...” и т. д. [Свободная Грузия, 13.11.91]. Но, увы. Голос Грузии, целой страны, прозвучал даже не как глас вопиющего в пустыне, а словно из-под снежного обвала, точнее — обвала армянской и проармянской дезинформации. Грузия... Азербайджан... Таджикистан... Молдова... Что их трагедии по сравнению со словами “вдовы нобелевского лауреата”, которую слушает с благоговеньем весь мир? Слушает и терпит.

В другом своем выступлении в газете “Известия” 125.11.92] под заглавием “Помогите Ельцину” (из статьи выясняется: помогите в том, чтобы он передал Нагорный Карабах Армении) Боннэр авторитетно поучала: “ООН и страны Хельсинского акта нуждаются в концептуальном пересмотре принципа нерушимости границ...”

Не посмев не опубликовать выступление “вдовы нобелевского лауреата”, “Известия” все же осмелились чуточку урезонить зарвавшуюся пропагандистку всеобщей межнациональной войны, напечатав, рядом с выступлением Боннэр свою редакционную статью: “Перекройка границ — это дорога к войне”.

А мир слушает и терпит — пока.

Я смотрю на фотографию в газете. Плачущие женщины, печальные старики, жмущиеся к взрослым дети. Это — беженцы. Они бежали от армян, оставив им все, что имели, они потеряли свою родину на своей родине. Они потеряли и самих себя — беженцы никому не нужны. А что у них в душе? Там выжжено все самыми горькими слезами — слезами, беженца... Эти более миллиона несчастий, разбитых судеб — результат выступлений “вдовы нобелевского лауреата” и ей подобных.

А тем временем Боннэр продолжает. Она обвиняет этих несчастных людей в нарушении прав “человека”. А мир слушает и терпит — пока. До каких пор?!

И мадам Боннэр не одинока. В ее команде еще целый ряд арменизированных, вернее “карабахизированных” интеллигентов. Они даже создали особый комитет. Вдумайтесь в его название: “Комитет российской интеллигенции Карабаха”. Что это? В Карабахе есть российская интеллигенция? Или Карабах переместился вдруг в Россию? Нет? Но почему же тогда эти “интеллигентные” поджигатели не создали до сих пор, скажем, комитет российской интеллигенции Северной Ирландии, или Квебека, комитеты Франции, Конго, Новой Зеландии?

Даже грамматика у этой “российской” интеллигенции прихрамывает, не говоря уж о совести. Но КриК этот — не русский. Это отбросы еврейской и других наций, предающие и продающие интересы не только азербайджанской, турецкой, но и своих — еврейской и других наций. Я их за евреев не считаю. Это люди-вырожденцы, иначе они не защищали бы бредовые захватнические идеи и кровавые дела армянства. Это люди, готовые торговать своей совестью, а ее очень мало, почти нет. Таланта — тем более. А жить-то надо. Вот они и решили торговать своей совестью и чужой кровью. Активный КриК-ун (терминология Помпеева) Андрей Нуйкин так прямо и говорит: “Я знаю, вы все считаете, что мы куплены” (тут он был точен: “куплены” — все правильно) [Бакинский рабочий, 23.10.91].

Что сказать об этой компании — о А. Нуйкине, Л. Графовой, И. Беляеве, А. Шведове, И. Бурковой и прочих мелких КриК-унах? О подобных деятелях сказано в уже цитированном нами выше источнике: “...Не верят в свое дело, но работают в этом направлении потому, что подобная деятельность доставляет им средства к пропитанию...” [27, с. 8]. И я бы добавил: средства крупные, в долларах. А что ожидает в конце подобных деятелей? Чем кончилась такая деятельность Г. Старовойтовой — мы уже знаем, дождались. И она дождалась.

А что же Нуйкин? Им заинтересовалась прокуратура. Было публичное сообщение о том, что против А. Нуйкина возбуждено уголовное дело в связи с публикацией 6 апреля 1991 г. в “НГ” его статьи “Где же ты была, русская интеллигенция?”, посвященной ситуации в Нагорном Карабахе. В том же месяце, как стало известно редакции “НГ”, “старший помощник Генерального прокурора СССР” В. И. Алюхин возбудил в отношении А. Нуйкина уголовное дело по статье 74, ч. 1 УК РСФСР (“Разжигание национальной вражды”). 23 мая в редакции побывал старший следователь Московской городской прокуратуры, которому было поручено вести предварительное следствие по этому делу, и “произвел выемку” оригинала статьи А. Нуйкина” [Независимая газета,25.05.91].

Что было потом — мне не известно. Судя по всему, Нуйкин отделался легким испугом. Во всяком случае в тюрьму его не посадили — пока. А заслуживает. Ведь не Тер-Петросяну, а лично ему, Нуйкину, принадлежит известное изречение: “Мы своими руками создаем Карабахи” [см. 49, с. 5].

На Востоке для подобных рук существовала справедливая мера пресечения, вернее, отсечения. Нуйкин заслуживает именно такой меры: ведь его руки по локоть в крови карабахцев-азербайджанцев, да и армян, которых он видел разве что только на банкете в Ханкенди. Но Москва не Восток, хотя справедливые люди там тоже имеются. Вот они и подготовили подходящее место, куда следует посадить Нуйкина.

“Издательство “Палея” учредило оригинальный приз — “Любимые галоши М. Суслова”, присуждаемый писателям и журналистам, наиболее отличившимся по части дезинформации читателей. Первыми лауреатами его, как сообщает руководитель издательства Н. Мишин, стали А. Нуйкин, И. Голембиовский, К. Кедров и Е. Киселев. Разработан нагрудный знак лауреата” [Правда, 11.08.92].

Так что Нуйкину уготовано теплое место, которое он заслужил.

В ходе изучения “армянского вопроса” я пришел к выводу, что все апологеты “армянского дела”, все адвокаты армянства заканчивают свою карьеру примерно одинаково — конфузом, многие даже позором, публичным осмеянием. Рано или поздно выясняется, что они аферисты, в лучшем случае — хорошо оплачиваемые конъюнктурщики. Перечислим некоторых из таких деятелей. Г. Старовойтова — карьера кончилась — ее выбросили в политический мусоропровод.

Е. Боннэр. — Ей уже перестали аплодировать, не поддакивают, начали возражать — кривая карьеры пошла вниз. Близок конец — мусорная свалка истории.

А. Нуйкин — прошел такие этапы: “известный писатель”-—публицист, не внушающий доверия—подозреваемый в уголовном преступлении. Приближается конец — публичное осмеяние.

К. Кокс. — Эта особа “импортная”, она приезжает в Азербайджан из Англии контрабандными путями с конъюнктурным товаром. За последнее время сильно поредела ее клиентура, т. е. аудитория, ее уже всерьез не воспринимают. Очевидно, до бесславного конца осталось тоже немного. А как было раньше?

Лорд Брис — усиленно помогал армянам вооружаться для нападения на мирное турецкое население в тылу турецкой армии во время первой мировой войны. Потом он же лицемерно обвинял Турцию в “геноциде армян”. “Геноцид” не был доказан и история осудила деятельность Бриса как кровавую конъюнктуру [см. 40, с. 45, 52].

Тойнби — “...Вместе с английским “Комитетом по возрождению Армении”, кухней армянской пропаганды, возглавляемой лордом Брисом, опубликовал в 1916 г. “Голубую книгу”, рассказы псевдосвидетелей об обращении с армянами в Турции” [40, с. 52]. Правда, впоследствии он сам признал, что “Голубая книга” была произведением военной пропаганды [40, с. 52].

Доктор Лепсиус — немецкий пастор, “опубликовал мстительную работу” о Турции, заочно (не побывав в Турции), которая была запрещена немецкой полицией [40, с. 55].

Моргентау — американский посол в Турции, активно поддерживал т. н. “армянское дело” с чисто политическими целями чтобы скомпрометировать недружественную в то время страну, Турцию, ее правительство. Именно так было понято и правильно оценено злонамеренное “сочувствие” этого деятеля современниками и историками. Все эти и другие армянофилы оставили в истории кровавый и дурно пахнущий след.

Были, правда, и такие случаи, когда сочувствующий армянам оказывался честным человеком, искренне заблуждавшимся, запутавшимся в сетях армянской лжи. Приведем один из таких случаев:

“...Корреспондент “Темпе”, некий Кутули. Едва приехал он в Тифлис, как его захватил хитрый горбун, талантливый политический агитатор Арцруни, редактор-издатель газеты “Мшак”. Начали армянские богачи ублажать и закармливать Кутули, ни на шаг не отпуская его от себя. Он совершенно утратил способность смотреть на окружающее собственными глазами. Дошло до того, что всех красивых женщин, встречаемых на пути, ему выдавали за армянок, а всех уродливых — за грузинок. Получился такой комизм, что даже грузины, у которых историко-археологическое самолюбие чрезвычайно обострено, не в силах были сердиться, читая путевые впечатления доверчивого или податливого француза” [14, с. 71].

Возникает и все чаще обсуждается в прессе еще одна проблема: христианско-исламская война. Кто же делает ставку на нее? Армянские националисты — страстные любители войн. И не удивительно — ведь их бредовые захватнические планы, как они полагают, можно воплотить в жизнь только военным путем. Но открыто они в такой роли стараются не выступать, по крайней мере пока. Зато вот диктор московского телеканала “Вести” Татьяна Миткова с нескрываемый удовольствием рассказывает о такой войне, как о какой-то занимательной и даже приятной вещи. А зрители возмущаются глядя на нее — “российскую интеллигентку”. Но ведь автор текста этих передач не она! Там, за кадром скрывается хозяин “Вестей” Минасян.

Нет, как известно, ничего хуже, опаснее, разрушительнее, чем война, — и для самих воюющих стран, и для их соседей. Религиозная война вдвойне опаснее для всех стран, всех народов. Исламско-христианская война! О таком страшно даже подумать — это война без примирения, до полного взаимоистребления. Ведь мусульмане и христиане живут рядом, вместе, на всех континентах, почти во всех странах. А такие регионы, как Кавказ, такие страны, как Россия, Израиль и другие вообще находятся между двумя мирами — через их живое тело пройдут фронты, их разорвут на части воюющие стороны.

Не знаю как армянам, но мне эта перспектива не улыбается. Думаю, она придется не по вкусу любому здравомыслящему человеку, не затронутому, конечно, армянским психозом,

Но довольно о перспективах армянских чаяний. Я немного расскажу о моих земляках — ведь вспоминать о добре, говорить о дружбе всегда приятно.

Передо мною длинное, очень сердечное письмо. Оно от американских бакинцев, и адресовано Президенту Азербайджана, бакинцам, всем азербайджанцам. Приведу отрывки из него. “Президенту Азербайджанской Республики Глубокоуважаемый господин Президент! Дорогие азербайджанцы, наши родные бакинцы и друзья! В американской русскоязычной газете “Новое русское слово” опубликовано обращение президента независимой суверенной демократической Азербайджанской Республики к зарубежным соотечественникам. Уже в первые утренние часы телефоны в квартирах бакинцев не переставали трезвонить. Друг другу передавали весть об Обращении Президента, люди стали собираться, обмениваться мнениями. Были и слезы, воспоминания о друзьях-товарищах, о минувших счастливых днях. Этот день стал праздником для нас, бакинцев, проживающих в Нью-Йорке и соседнем штате Нью-Джерси. Наши земляки — эмигранты из других республик с доброй завистью поздравляли нас с Обращением Президента. Впервые в истощи массовой эмиграции из СССР лишь бакинцы получили от Президента своей республики такое теплое, глубоко содержательное и человечное Обращение, чем мы очень гордимся...

Соединенные Штаты Америки — свободная, демократическая страна, и это — наше самое большое приобретение в жизни. Постепенно налаживается наш быт, кругом фантастическое изобилие; живем хорошо и этому радуемся. К хорошей жизни привыкать нетрудно. Одного нам не хватает — Баку и бакинцев. И никто не может нам вас заменить. Никто из нас не забыл край, где родились и выросли мы, он был и остается для нас самым родным. Вы правы, господин Президент: Баку — Ваш и наш город, город нашего детства, юности, обретений и любви. Мы грустим без вас, наших родных, друзей и товарищей. Плохо нам без вас! Но мы гордимся тем, что принадлежим к особой нации — бакинцам. Наша любовь к Азербайджану, Баку и бакинцам навсегда осталась с нами.

Проживая в США, живя благополучной и спокойной жизнью, мы ни на минуту не забываем, что мы бакинцы. Мы повествуем американцам об Азербайджане и азербайджанцах, о древних поэтах, современных писателях, ученых, инженерах, с людях. Мы с гордостью рассказываем о том, что азербайджанский народ никогда не вел захватнических войн, о его обычаях и гостеприимстве, любви к Родине, уважении к многочисленным народностям, в мире и дружбе проживающим сотни лет на его земле. Многие из нас принимают участие в деятельности американо-азербайджанского культурного центра “Вэтэн”...

Мы верим в Азербайджан, самое богатое государство Закавказья, в его талантливый трудолюбивый народ...

Мы с вами, дорогие бакинцы, в этот трудный час. Приезжая в Азербайджан, мы будем приезжать не в гости, а в свой дом, который все это время не переставал быть им для нас. В дом, где нас ждут друзья и товарищи, соседи-бакинцы, наши сограждане...

Мы верим, что Азербайджан возродится как независимое высокоразвитое, с передовой экономикой, государство и с радостью примем участие в его становлении и развитии...

Заверяем Вас, бакинцев, наших друзей и товарищей, соседей и близких, что, находясь в далекой Америке, мы не изменились и остаемся верными в дружбе и любви всем вам, азербайджанскому народу.

С глубоким уважением:

Ефим ГОЛЬЦФАРБ — старший советник юстиции, бывший заместитель начальника следственного отдела Прокуратуры гор. Баку;

Моисей ГИНЗБУРГ — магистр технических наук, бывший главный инженер НИС Миннефтехимпрома Азербайджана;

Лев ГУРЕВИЧ — инженер-электрик, бывший заместитель директора Сумгаитского завода компрессоров;

Илья ХАЛДЕИ — бывший юрисконсульт мостопоезда № 100.

НЬЮ-ЙОРК” [Бакинский рабочий, 20.12.91].

Я перечитываю это письмо, даже не знаю, в который раз. И каждый раз оно трогает меня, как впервые.

Спасибо, мои бакинцы, за искренние чувства благодарности, за ваши благородные сердца. Мы с вами не знакомы, но я узнаю вас — бакинцев. И, может быть, когда-нибудь мы увидимся и я пожму ваши руки.

Приведу еще отрывок из письма бакинца-израильтянина Э. Фельдмана:

“Днем рождения землячества стало 23 января 1992 г... А в начале мая будет созван Всеизраильский съезд выходцев из Баку” [Бакинский рабочий, 08.03.92].

И еще: “В Азербайджане создается общий фонд мусульман, православных, иудеев. Основная цель фонда... удовлетворение разносторонних потребностей верующих, развитие национальных культур, традиций всех народов, живущих в Азербайджане... Здесь будут возведены мечеть, церковь и синагога... [Известия, 26.03.93].

Повторяю, в Азербайджане жили и живут сегодня люди разных национальностей, разного вероисповедания и никто никогда, никого не ненавидел, никто никого не гнал, не резал — у всех равные права, возможности, обязанности. Исключение составляли лишь армяне — со дня их прихода сюда в начале прошлого века.

Азербайджанские турки, наши соотечественники, как известно, живут во многих странах мира (более 30 миллионов человек) и нигде они не занимались и не занимаются т.н. “революционной деятельностью”, “освободительным движением”, терроризмом, они не бунтовали, не выступали с поджигательскими, человеконенавистническими лозунгами и призывами. Армяне же во всем мире (их всего 8 миллионов) — полная противоположность.

Очевидно, в этом и заключен ответ на вопрос “Кто есть кто”.

Стр.| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 |